Альтернативный эпилог. человек.

БАЛ

— Элис, ты планируешь мне заявить, что происходит?

— Терпение, не так долго осталось ждать сама заметишь, — уклончиво улыбнувшись, распорядилась она.

Мы ехали на моем грузовике, но за рулем была она. Еще 20 дней и мне снимут гипс и я, наконец-то, смогу водить сама. Мне нравится сидеть за рулем.

Май доходил к концу и каким-то образом природа Форкса стала еще зеленее, чем в большинстве случаев. Само собой разумеется, это было красиво, и я начала привыкать к лесу, в основном по причине того, что начала проводить в нем намного больше времени. Мы с природой еще не стали приятелями, но становились все ближе.

Небо было серым, но и это мне также нравилось. Оно было перламутрово-серым, совсем не мрачным, не дождливым, и было практически тепло кроме того для меня. Тучи были густыми и надёжными, как раз такими как мне нравились за ту свободу, что имели возможность мне обеспечивать.

Но, не обращая внимания на все, что меня окружало, ощущала я себя не весьма. Частично из-за необычного поведения Элис. Она категорично настояла на проведении девичника этим субботним утром и повезла меня в Порт Анджелес, дабы сделать педикюр и маникюр. Я желала выбрать розовый оттенок лака для ногтей, но она отказала мне и приказала мастеру вместо него покрыть мои ногти темно-красным блестящим лаком, причем зашла так на большом растоянии, что настояла на том, дабы тем же лаком мне накрасили ногти кроме того на загипсованной ноге.

После этого она повела меня выбирать обувь, не смотря на то, что я имела возможность померить лишь половину каждой пары. Не обращая внимания на мои яростные протесты, она приобрела для меня пару самых непрактичных дорогих туфлей на высоких каблуках-«шпильках», очень страшных на вид, державшихся на толстых сатиновых лентах, перекрещивающихся около ноги и завязывающихся в тугой бант на лодыжке. Они были глубокого гиацинтового цвета, и я тщетно пробовала растолковать, что мне совсем не с чем их носить. Кроме того не обращая внимания на то, что мой шкаф был смущающее полон вещами, каковые она приобрела для меня в Лос Анджелесе, большая часть из которых были через чур легкими для Форкса, я была уверена, что у меня нет ничего для того чтобы же оттенка. А также если бы где-то в моем гардеробе затерялась вещь подходящего цвета, моя одежда совсем не доходила к каблукам-«шпилькам». Я совсем не доходила к каблукам-«шпилькам»: я с большим трудом безопасно хожу и в носках. Но моя неоспоримая логика на нее не подействовала. Она кроме того не стала спорить со мной.

— Ну, это, само собой разумеется, не Бивиано, но они подходят – загадочно пробормотала она и больше не сообщила ни слова, пока работники магазина с благоговейным страхом опустошали ее кредитку. В бистро прямо из автомобиля она приобрела мне завтрак, дабы я перекусила, но имеется сообщила прямо в машине, отказываясь, но, растолковывать, в чем обстоятельство таковой спешки. Более того, по пути к себе мне было нужно пара раз напоминать ей, что мой грузовик просто не может ехать как спортивная машина, даже в том случае, если его усовершенствует Розалии, и просить ее дать несчастному передышку. В большинстве случаев, Элис была моим любимым водителем. Совсем не казалось, что ее утомляет необходимость тащиться со скоростью, не превышающей допустимый лимит более чем на двадцать либо тридцать миль, в то время как кое-какие этого не могли.

Но то, что Элис что-то разумеется скрывает, было лишь половиной неприятности. Так же я была взволнована тем, что не видела лица Эдуарда уже практически шесть часов, а это был рекорд за последнее время.

С Чарли было тяжело, но в полной мере вероятно. В то время, когда он возвращался к себе, Эдуард всегда был у нас, и Чарли смирился с этим, считая, что ему не на что жаловаться, т.к. мы сидели с домашним заданием за кухонным столом. Казалось кроме того, что ему нравится компания Эдуарда, в то время, когда они совместно болели, смотря игры на ESPN. (прим. переводчика – спортивный канал) Но ежедневно ровно в десять вечера все с прошлой строгостью мрачно закрывал за Эдуардом дверь. Само собой разумеется, Чарли был полностью не осведомлен о способности Эдуарда за десять мин. ставить машину в гараж и возвращаться через мое окно.

Он был намного более приветлив с Элис, время от времени это смущало. Было разумеется, что до тех пор пока мой громоздкий гипс не заменят на что-то более эргономичное, мне была нужна женская помощь. Элис была ангелом, сестрой; каждое утро и каждый вечер она оказалась, что бы оказать помощь мне в моих потребностях. Чарли был очень благодарен, за то, что она избавила его от кошмара купать практически взрослую дочь. Такие вещи ставили его, да и меня также в неловкое положение. Но, из чего-то большего, чем легко признательность, Чарли именовал Элис «Ангелом» и ошеломленными глазами наблюдал, как она, радуясь, танцующей походкой перемещается по отечественному дому, освещая его. Ни один человек не имел возможности устоять перед ее ошеломляющей грацией и красотой и, он замирал любой раз, в то время, когда вечером она исчезала за дверью, ласково кинув «Увидимся на следующий день, Чарли».

— Элис, на данный момент мы едем к себе? – просила я. Мы обе осознавали, что я имею в виду белый дом над рекой.

— Да. – Улыбнулась она, превосходно меня зная. – Но Эдуарда в том месте нет.

Я бросила на нее хмурый взор. – А где он?

— Он обязан выполнить кое-какие поручения.

— Поручения? – безучастно переспросила я. – Элис, — льстивым тоном начала умолять я, — Прошу вас, сообщи мне, что происходит.

Она покачала головой, все еще обширно ухмыляясь. – Меня это через чур забавляет, – пояснила она.

В то время, когда мы возвратились к себе, Элис потащила меня сходу по лестнице наверх, в ее ванную размером со спальню. С удивлением я нашла в том месте Розали, которая со смиренной ухмылкой ожидала нас, стоя сзади низкого розового кресла. Рядом на полке в пугающем количестве пребывали косметические принадлежности и инструменты.

— Садись, — скомандовала Элис. Я около 60 секунд изучала ее, после этого, заключив , что при необходимости она будет использовать силу, я проковыляла к стулу и опустилась в него с большим преимуществом, на которое была способна. Розали срочно начала расчесывать мои волосы.

— Я кроме того не ожидаю, что ты мне сообщишь, что происходит? – задала вопрос я ее.

— Можешь меня пытать, — тихо сказала она. – Ни при каких обстоятельствах не сообщу.

Розали держала мою голову в раковине, пока Элис намывала волосы шампунем, вонявшим мятой и грейпфрутом. Элис шепетильно стёрла спутавшиеся волосы полотенцем, после этого еще мокрые волосы опрыскала еще чем-то, вонявшим огурцом, израсходовав практически всю бутылку, и опять стёрла волосы полотенцем.

После этого они скоро расчесали мои спутавшиеся волосы. Из чего бы не было сделано огуречное средство, пряди стали послушными. Нужно будет обзавестись таким. Позже любая из них забрала в руки фен, и они продолжили трудиться.

Бежали 60 секунд, а они все обнаружили влажные пряди, их лица стали мало обеспокоенными. Я весело улыбнулась. Кое-какие вещи не смогут ускорить кроме того вампиры.

— У нее плохо большое количество волос, — взволнованно прокомментировала Розали.

— Джаспер! – четко позвала Элис, не смотря на то, что и не звучно, — Отыщи мне еще один фен!

Им на помощь пришел Джаспер, принеся еще два фена, каковые он направил на мои волосы, честно забавляясь, пока сестры работали собственными.

— Джаспер… — с надеждой начал я.

— Забудь обиду Белла, но мне не разрещаеться что-либо сказать.

Он провалился сквозь землю с облегчением, в то время, когда волосы стали всецело сухими… и пышными. Они находились торчком на три дюйма от головы. (прим. переводчика – 1 дюйм = 2,54 см).

— Что вы со мной сделали? – в кошмаре задала вопрос я. Но они оставили без внимания меня, добывая коробку с тёплыми бигуди.

Я постаралась убедить их, что мои волосы не вьются, но они снова не обратили на меня внимание, нанося на каждую прядь что-то нездорового желтого цвета, перед тем, как намотать ее на тёплый бигуди.

— Ты отыскала ботинки? – задала вопрос Розали до тех пор пока они трудились, таким тоном, как словно бы ответ имел чрезвычайную важность.

— Да, они прекрасны, — удовлетворенно промурлыкала Элис.

Я видела в зеркало, что Розали кивнула так, как словно бы с ее души упал громадный камень.

— У тебя прекрасная прическа, — отметила я. Она всегда была совершенной, но сейчас Розали собрала волосы, и ее прекрасную голову венчало подобие короны из мягких золотых кудрей.

— Благодарю, — улыбнулась она. Они приступили ко второй упаковке бигуди.

— Что думаешь по поводу макияжа? – задала вопрос Элис.

— Обойдемся, — внесла предложение я. Они оставили без внимания меня.

— Большое количество не нужно: ее кожа смотрится лучше без него, — думала Розали.

— Тогда помада, – решила Элис.

— И еще подводка и тушь для глаз, — добавила Розалии. – Очень мало.

Я звучно набралась воздуха. Элис хихикнула. – Потерпи Белла, мы развлекаемся.

— Ну что ж, пока вам это доставляет наслаждение… — пробормотала я.

Сейчас все бигуди были хорошо и некомфортно зафиксированы на моей голове.

— Давай оденем ее, — голос Элис был полон волнительного ожидания. Она не стала ждать, пока я, хромая, выйду из ванной. Вместо этого она сгребла меня в охапку и понесла в громадную белую помещение Эмметта и Розали. В постели лежало платье. Конечно же, гиацинтово-светло синий.

— Ну, что думаешь? – прощебетала Элис.

Это был хороший вопрос. Оно было мало неестественным, с долгими задрапированными рукавами, собранными на запястье, предполагалось, что носить его нужно весьма низко, спуская с плеч. Под лифом начинался пояс из материала гиацинтового цвета с бледными цветами, он был сплиссирован и ниспадал гофрированной складкой с левой стороны. Материал цветочной расцветки позади был долгим, а спереди открывал пара слоев мягких гиацинтовых рюшей, каковые по мере приближения к подолу становились менее присборенными.

— Элис, — завопила я. – Я не могу это носить!

— Из-за чего? – твёрдым голосом настойчиво попросила ответа Элис.

— Лиф полностью прозрачный!

— Вниз наряжается это, — Розалии держала в руках бледно светло синий предмет гардероба ужасного вида.

— Что это? – с кошмаром задала вопрос я.

— Это корсет, глупышка, — нетерпеливо сообщила Элис. – Ты оденешь это сама либо мне нужно будет позвать Джаспера, дабы он подержал тебя, пока я буду одевать это на тебя? – припугнула она.

— А я то думала, ты мой дорогой друг, — обвинила я.

— Будь снисходительна, Белла, — набралась воздуха она. – Я не помню, что такое быть человеком, и я пробую организовать хоть какое-то подобие радости. Помимо этого, это для твоего же блага.

Я жаловалась и все время краснела, но им не потребовалось большое количество времени, дабы одеть на меня платье. Нужно признать, у корсета были собственные преимущества.

— Ух ты! – выдохнула я, посмотрев вниз. – А у меня, оказывается, имеется ложбинка. (прим. переводчика – прошу прощения за «корявый» перевод, в русском языке нет перевода слова cleavage – ложбинка между грудей)

— Кто бы имел возможность поразмыслить, — хихикнула Элис, восхищенная собственной работой. Но, я еще не до конца сдалась.

— Тебе не думается, что это платье мало… авангардное… для Форкса? – нерешительно задала вопрос я.

— Думаю, ты желала сообщить «высокая мода», — засмеялась Розали.

— Это не для Форкса, это для Эдуарда, — настаивала Элис. – Это то, что необходимо.

После этого они опять послали меня в ванную, раскручивая бигуди порхающими пальцами. Для меня было шоком, в то время, когда я заметила рассыпавшийся каскад кудрей. Солидную часть из них Розали подняла, закрутив в кудри с хвост, спадающий толстой копной по моей пояснице. До тех пор пока она трудилась, Элис скоро нарисовала узкую тёмную стрелку около каждого глаза, накрасила ресницы тушью и нанесла темно-красную помаду на губы. После этого она выбежала из помещения и скоро возвратилась с туфлями.

— Блестяще, — выдохнула Розали, пока Элис держала их, дабы возможно было оценить.

Умелой рукой Элис прочно завязала туфель, и вопросительно посмотрела на гипс на другой ноге.

— Думаю, мы сделали все, что было в отечественных силах, — безрадостно сообщила она. – Думаешь, Карлайл не разрешит нам?.. – она посмотрела на Розали.

— Сомневаюсь, — сухо ответила Розали. Элис набралась воздуха.

После этого они обе вскинули руки.

— Он возвратился. – Я знала кого они имеют в виду и почувствовала как словно бы в моем желудке порхают бабочки.

— Он может подождать. Имеется еще одна серьёзная вещь, – твердо сообщила Элис. Она опять подняла меня – в этом случае это было уже необходимостью, т.к. я была уверена, что не смогу ходить в этих туфлях – и понесла в собственную помещение, где бережно поставила меня на пол наоборот широкого в полный рост зеркала в золотой раме.

— Вот, — сообщила она, — Видишь?

Я уставилась на незнакомку в зеркале. Она смотрелась высокой в туфле на каблуке, долгое, узкое, облегающее платье усиливало данный эффект. Из-за лифа с глубоким декольте – тут мои глаза опять остановились на нежданно впечатляющем бюсте – шея смотрелась весьма долгой, это подчеркивала и охапка блестящих кудрей, ниспадающих по пояснице. Гиацинтовый цвет ткани был прекрасен, он оттенял нежность ее кожи цвета слоновой кости и розовый румянец на щеках. Она была весьма прекрасна, нужно признать.

— Да, Элис, — улыбнулась я. — Я вижу.

— Помни об этом, — приказала она.

Она опять подняла меня и отнесла меня к лестнице.

— Отвернись и закрой глаза! – крикнула она вниз. – И не лезь ко мне в голову – все сломаешь.

Она колебалась, спускаясь чуть медленнее, чем в большинстве случаев, пока не убедилась, что он повиновался. После этого остаток пути она просто пролетела. Эдуард стоял у двери спиной к нам, большой и в чёрном – ни разу я не видела, дабы он носил тёмное. Элис посадила меня, расправила складки платья, исправила локоны и покинула меня, отправившись к табуретке у рояля, дабы оттуда замечать. Розали последовала за ней, дабы занять собственный место среди зрителей.

— Возможно мне взглянуть? – его голос был полон волнительного ожидания, и это вынудило мое сердце неровно биться.

— Сейчас… да! – разрешила Элис.

Он срочно быстро развернулся и застыл на месте, обширно открыв глаза цвета топаза. Я почувствовала, как жар разливается по моей шее, а щеки покраснели. Он был так красив; я почувствовала новый всплеск ветхого кошмара, что это лишь сон, полностью нереальный. Он был одет в смокинг и как словно бы наблюдал на меня с киноэкрана, а не стоял наоборот. Я со страхом уставилась на него, не веря своим глазам. Он медлительно подошел, нерешительно задержавшись в шаге от меня.

— Элис, Розали… благодарю, — не отрывая от меня глаз, выдохнул он. Я услышала, как Элис удовлетворенно хихикнула.

Он сделал ход навстречу, холодной рукой забрал меня за подбородок и согнулся, дабы прижаться губами к моему горлу.

— Это ты, — не отрываясь от моей кожи, пробормотал он. Он отстранился, в второй руке он держал белые цветы.

— Фрезия, — сказал он, прикрепляя цветы к моей прическе. – Не смотря на то, что, само собой разумеется, в случае если сказать о запахе, то они уже лишние. – Он отстранился, опять окидывая меня взором. Улыбнулся собственной ухмылкой, от которой мое сердце останавливалось. – Ты поразительно прекрасна.

— Ты меня опередил, — я придала голосу всю беспечность, на которую лишь была способна. – Лишь я убедила себя, что в действительности настоящ, как ты появляешься в таком виде, и я опять опасаюсь, что дремлю.

Он скоро сгреб меня в охапку. Он был так близко от моего лица, глаза горели, притягивая меня еще ближе.

— С опаской с помадой! – скомандовала Элис.

Он заговорщически захохотал, но, губы опустились к ямочке над моей ключицей.

— Готова ехать? – задал вопрос он.

— А кто-нибудь планирует мне заявить, что происходит?

Он опять захохотал, посмотрев через мое плечо на сестер. – Она не додумалась?

— Нет, — захихикала Элис. Эдуард восхищенно захохотал, а я нахмурилась.

— Что я пропускаю?

— Не переживай, не так долго осталось ждать определишь, — уверил он меня.

— Спусти ее вниз, Эдуард, дабы я имела возможность сфотографировать вас, — Эсме спускалась по лестнице с серебристой фотокамерой в руках.

— Сфотографировать? – пробормотала я, пока он с опаской ставил меня на мои шатающиеся ноги. У меня начали появляться нехорошие предчувствия. – А тебя будет видно на фотографиях? – с сарказмом задала вопрос я.

Он улыбнулся мне.

Эсме сделала пара фотографий, пока Эдуард не стал со хохотом настаивать на том, что мы опоздаем.

— В том месте увидимся, — кинула Элис, пока он нес меня к двери.

— В том месте будет Элис? Где бы ни было это в том месте? – мне стало мало легче.

— И Джаспер, и Эмметт, и Розали.

От интеллектуальной деятельности мой лоб прорезали морщины, пока я пробовала разгадать секрет. Он похихикал над моим выражением лица.

— Белла, — позвала меня Эсме. – Тебя требует к телефону твой папа.

— Чарли? – задали вопрос мы с Эдуардом в один момент. Эсме принесла мне телефон, но пока она передавала его мне, он перехватил его, без особенных упрочнений удерживая меня одной рукой.

— Эй! – запротестовала я, но он уже говорил.

— Чарли? Это я. Что произошло? – в его голосе звучало беспокойство. Я побледнела. Но после этого выражение его лица стало удивленным и, нежданно, озорным.

— Дай ему трубку, Чарли, я желаю поболтать с ним, — что бы ни происходило, Эдуард через чур наслаждался собой, значит Чарли очевидно не угрожала опасность. Я мало расслабилась.

— Здравствуй, Тайлер, это Эдуард Кален, — его голос был весьма дружелюбным… снаружи. Я лишком прекрасно его знала, дабы уловить нотки угрозы. Что Тайлер делает в моем доме? Страшная правда начала проясняться для меня.

— Мне жаль, в случае если появилось какое-либо недопонимание, но сейчас вечером Белла недоступна. – Тон Эдуарда сменился, в то время, когда он продолжил, угроза в его голосе звучала более очевидно. – В случае если быть совсем честным, сейчас она недоступна любой вечер для всех не считая меня. Без исключений. Мне жаль, в случае если я сломал тебе вечер

Ему совсем не было жаль. Он захлопнул телефон, на его лице показалась широкая ухмылка.

— Ты везешь меня на бал! – в ярости обвинила я. Мое шея и лицо покраснели от злобы. Слезы бешенства наполнили мои глаза.

Было ясно, что он не ожидал от меня таковой сильной реакции. Его губы сжались, а глаза потемнели.

— Не будь таковой тяжёлой, Белла.

— Белла, мы все идем, — неожиданно из-за плеча подбодрила меня Элис.

— Из-за чего вы так поступаете со мной? – настойчиво попросила ответа я.

— Будет радостно, – все еще с оптимизмом заявила Элис.

Согнувшись, Эдуард без шуток тихо сказал мне в ухо своим бархатным голосом. – Белла, тебе лишь один раз суждено быть человеком. Развесели меня.

Позже он направил на меня всю силу собственных обжигающих золотых глаз, растапливая мое сопротивление их теплотой.

— Превосходно, — надула губы я, не в состоянии наблюдать на него так внимательно, как мне хотелось бы. – Я отправлюсь нормально. Но вы заметите, — мрачно предотвратила я. – меня опять подстерегает невезение, которого ты так опасаешься. Быть может, я сломаю вторую ногу. Ты лишь взглянуть на эту туфлю! Это же смертельная западня! – я вытянула ногу как подтверждение.

— Хммм. – он наблюдал на мою ногу продолжительнее, чем было нужно, а после этого горящими глазами посмотрел на Элис. – Еще раз благодарю.

— Вы опоздаете к Чарли, — напомнила ему Эсме.

— Хорошо, отправились, — он вынес меня через дверь.

— Чарли также в этом замешан? – через сжатые зубы задала вопрос я.

— Само собой разумеется, — ухмыльнулся он.

Я была занята мыслями, исходя из этого сперва не увидела. Я лишь обратила внимание на неизвестную серебристую машину и сделала вывод, что это Вольво. Но после этого он так низко согнулся, дабы посадить меня, что мне показалось, что он сажает меня на землю.

— Что это? – задала вопрос я, с удивлением найдя, что я сижу в незнакомом салоне. – Где Вольво?

— Вольво – моя машина на ежедневно, — с опаской сообщил он мне, опасаясь очередной вспышки моей ярости. – А это — машина для особенных случаев.

— Что поразмыслит Чарли? – неодобрительно покачала головой я, пока он садился и заводил машину. Двигатель заурчал.

— О, большая часть живущих в Форксе считаюм, что Карлайл ярый коллекционер машин. – Он ехал через лес к автостраде.

— А в действительности нет?

— Нет, это мое хобби. Розали также коллекционирует автомобили, но она предпочитает ковыряться в них, а не ездить. В данной она очень многое усовершенствовала для меня.

Я все еще недоумевала, для чего мы едем к Чарли, в то время, когда мы остановились наоборот его дома. Свет над входом горел, не смотря на то, что было еще не совсем мрачно. Должно быть, Чарли ожидал, вероятнее, он наблюдает в окно. А начала краснеть, гадая, будет ли первая реакция отца на платье такой же как моя. Эдуард обошел около автомобили, через чур медлительно для него, дабы открыть мою дверь, подтверждая мои подозрения, что Чарли следит за нами.

После этого, в то время, когда Эдуард аккуратно поднял меня из автомобиля, Чарли – что весьма нехарактерно для него – вышел во двор, дабы поприветствовать нас. Мои щеки запылали; Эдуард увидел это и вопросительно взглянуть на меня. Но мне не о чем было переживать. Чарли на меня кроме того не взглянул.

— Это Астон Мартин? – с почтением в голосе задал вопрос он Эдуарда.

— Да, Ванквиш. – Уголки его губ приподнялись, но он сдержался.

Чарли присвистнул.

— Желаете прокатиться? – Эдуард протянул ключ.

Глаза Чарли наконец-то оторвались от автомобили. Он наблюдал на Эдуарда с недоверием, но с оттенком надежды.

— Нет, — нехотя сообщил он. – Что на это сообщит твой папа?

— Карлайл будет совсем не против, – смеясь, правдиво сообщил Эдуард. – Давай. – Он сунул ключ в руку Чарли, протянутую с готовностью.

— Ну, лишь скоро прокатиться… — одной рукой Чарли уже гладил крыло автомобиля. Эдуард помог мне, хромая, пройти во входную дверь, и когда мы были внутри, сгреб меня в охапку, неся на кухню.

— Превосходно сработано, — сообщила я. – У него не было ни единого шанса упасть при виде моего платья.

Эдуард мигнул. – Я кроме того не думал об этом. – согласился он. Его глаза еще раз окинули взором мое платье, критически оценивая. – Думаю, прекрасно, что мы не забрали недорогую ерунду, не имеет значение хорошую либо нет.

Я нехотя отвела взор от его лица и увидела, что кухня загружена в непривычный полумрак. На столе находились свечи, их было большое количество. Возможно двадцать либо тридцать высоких белых свечей. Ветхий стол был накрыт долгим белым покрывалом, так же как и два стула.

— Ты этим занимался сейчас целый сутки?

— Нет, это заняло полсекунды. Целый сутки я готовил. Я знаю, что актуальные рестораны подавляют тебя, да и около не так много заведений, каковые попадают в эту категорию, но я сделал вывод, что ты не начнёшь возражать против собственной кухни. – Он посадил меня на один из покрытых белым стульев и начал доставать блюда из холодильника и духовки. Я увидела, что на столе устройства лишь на одного.

— Ты не планируешь кормить Чарли? Он так как также в конце конов возвратится к себе.

— Чарли не сможет съесть больше ни кусочка — как думаешь, кто был моим дегустатором? Мне же необходимо было убедиться, что все это съедобно. – Он поставил наоборот меня тарелку, полную еды, по виду через чур съедобной. Я набралась воздуха.

— Ты все еще злишься? – он притянул второй стул около стола, дабы возможно было сесть рядом со мной.

— Нет. Другими словами да, но не прямо на данный момент. Я – я считала, что хотя бы это я могу делать лучше, чем ты. Все выглядит великолепно. – Я опять набралась воздуха.

Он хихикнул. – Ты еще не попыталась – будь оптимистом, может это плохо.

Я попыталась кусочек, выдержала паузу и скривилась.

— Это плохо? – шокировано задал вопрос он.

— Нет, это восхитительно, правда.

— Ощущаю облегчение, — улыбнулся он собственной прекрасной ухмылкой. – Не волнуйся, имеется множество вещей, в которых ты лучше.

— Назови хотя бы одну.

Он ответил не сходу, своим холодным пальцем по моей ключице, не отводя горящих глаз от моего взора, пока я не почувствовала жар и румянец на моей коже.

— Вот это, — тихо сказал он, прикасаясь к румянцу на моих щеках. – Ни при каких обстоятельствах не видел, дабы кто-то заливался краской так же, как ты.

— Превосходно, — нахмурилась я. – Неконтролируемая реакция – это то, чем я могу гордиться.

— И к тому же ты самый храбрый человек, которого я знаю.

— Храбрый? – с насмешкой задала вопрос я.

— Все собственный свободное время ты проводишь в компании вампиров; это требует мужества. И ты без колебания находишься в страшной близости от моих зубов…

Я покачала головой. – Я знала, что ты не сможешь ничего придумать.

Он засмеялся. – Я без шуток. Но в общем не имеет значение. Ешь. — Он в нетерпении забрал у меня вилку и начал кормить. Само собой разумеется, вся еда была прекрасна.

Чарли возвратился к себе, в то время, когда я фактически закончила. Я с опаской всмотрелась в его лицо, но мне все еще везло, он был через чур ослеплен машиной, дабы подметить, как я была одета. Он вернул ключи Эдуарду.

— Благодарю, Эдуард, — он мечтательно улыбнулся. – Эта машина легко что-то.

— Не за что.

— Как все удалось? – задал вопрос он, глядя на мою пустую тарелку.

— Блестяще, — я набралась воздуха.

— Знаешь, Белла, ты обязана дать добро ему как-нибудь еще потренироваться в кулинарии у нас, – намекнул он.

Я бросила на Эдуарда мрачный взор. – Уверена, он так и сделает, пап.

Чарли пришёл в сознание в момент, в то время, когда мы находились в дверях. Эдуард держал меня за талию для поддержки и равновесия, пока я хромала в неустойчивой туфле.

— Мммм, ты выглядишь… весьма взрослой, Белла, — я слышала как в его голосе показалось отцовское осуждение.

— Меня одела Элис. Мне безтолку было что-то сказать.

Эдуард засмеялся так негромко, что смогла услышать лишь я.

— Ну, в случае если Элис… — он замолчал, пара успокоенный. – Ты правда прекрасно выглядишь, Беллз. – Он сделал перерыв, и в его глазах показалось озорство. – Итак, мне нужно ожидать появления вторых парней в смокингах сейчас вечером?

Я застонала, а Эдуард подавил смешок. Я не имела возможности осознать, как Тайлер возможно таким рассеянным. Мы с Эдуардом не через чур прятались в школе. Мы приходили и уходили совместно, он провожал меня на половину моих занятий, ежедневно я сидела с ним и его семьей за ланчеми, и он не особенно стеснялся целовать меня при посторонних. Тайлеру очевидно была нужно помощь экспертов.

— Надеюсь, — ухмыльнулся Эдуард моему отцу. – В холодильнике полно остатков еды – сообщи им, пускай не стесняются.

— Я так не думаю, еда моя, — пробормотал Чарли.

— Запиши имена для меня, Чарли, — намек на угрозу в его голосе был слышен лишь мне.

— Ох, хватит! – приказала я.

К счастью, мы наконец-то сели в машину и отправились.

НОВОЛУНИЕ

Другой эпилог. Человек.

Это был один из таких солнечных дней, каковые я обожала больше всего. Но Эдуард не имел возможности держать собственный обещание каждую 60 секунд. У него были потребности.

— Эллис может опять остаться с тобой – внес предложение он ночью пятницы. Я видела тревогу в его глазах – ужас, что я сойду с ума, в то время, когда он покинет меня одну, и сделаю что-нибудь сумасшедшее. К примеру, угоню мой мотоцикл из Ла Пуш либо сыграю в русскую рулетку с пистолетом Чарли.

— Со мной все будет прекрасно – сообщила я с фальшивой уверенностью. Продолжительные месяцы притворства отточили мои навыки обмана. – К тому же вам всем необходимо покушать. Мы к повседневной судьбе.

Практически все возвратилось в привычное русло, я кроме того не поверила, что это вероятно так скоро. В поликлинике Карлайла приняли назад с распростертыми объятьями, кроме того потрудившись скрыть восторг оттого, что Эсми отыскала жизнь в Лос-Анджелесе непривлекательной. По причине того, что я пропустила один тест, Элис и Эдуард сейчас имели лучшие шансы на успешный выпуск. Чарли не был радостен от этого, как и оттого, что ему нужно будет иметь дело с Эдуардом. Но, по крайней мере, Эдуарду разрешали — в течение определенного времени – опять посещать отечественный дом. Мне лишь не разрешали выходить за порог.

— Все равно мне необходимо написать все эти эссе – сообщила я, говоря о бланках заявлений на моем столе, Эдуард принес их изо всех учебных заведений, где еще не закончился срок подачи. – Мне не следует отвлекаться.

— Это действительно,. – сообщил он с некоей тяжестью. – У тебя достаточно дел. И я возвращусь, в то время, когда стемнеет.

— Применяй собственный время, – сообщила я и закрыла глаза, изображая усталость.

Я желала убедить его, что доверяю ему. И это было правдой. Ему не требуется знать о кошмарах с зомби. Они были не о утрата веры в него – легко я до сих пор не имела возможности положиться сама на себя.

Чарли остался дома, что было необычно для субботы. Я была занята заполнением заявлений на кухонном столе, так что он имел возможность легко следить за мной. Мне было скучно, а он время от времени отрывался от телевизора, дабы проверить, на месте ли я.

Я постаралась сосредоточиться на вопросах и формах, но это было тяжело. на данный момент я ощущала себя одинокой, мое дыхание участилось, и мне необходимо было побороть себя, дабы успокоиться. Я ощущала себя мелким двигателем, опять и опять повторяя: ты справишься, ты справишься, ты справишься…

Так что, в то время, когда в дверь позвонили, это было весьма кстати. Я понятия не имела, кто это был, да это было и не имеет значения.

— Я открою! – вскрикнула я, срываясь с места.

— Прекрасно, – сообщил Чарли безразлично. В то время, когда я пробегала мимо него, не было похоже, что он сдвинулся хоть на дюйм со собственного места.

Приветственная ухмылка уже растянулась на моем лице, готовая встретить продавца каких-нибудь товаров.

— Здравствуй, Белла! – сообщил Джейк, улыбнувшись, когда открылась дверь.

— О, Джейкоб, здравствуй, – промямлила я с большим удивлением. Я ничего не слышала о нем с того времени как возвратилась из Италии. Я приняла его прощание как финиш. Было больно думать об этом, но, честно говоря, моя голова была забита вторыми вещами.

— Ты свободна? – задал вопрос он, загадочность не провалилась сквозь землю из его голоса, он сказал каждое слово с особенной расстановкой.

— Это зависит… – мой голос начал подражать ему. – Я не весьма занята, но я под домашним арестом, так что не совсем свободна.

— Но ты так как одна? – спросил он с сарказмом.

— Чарли дома.

Он поджал собственные губы. – Я желал бы поболтать с тобой наедине… если ты не возражаешь.

Я развела руками. – Ты можешь задать вопрос Чарли, – сообщила я, скрывая успех. Чарли ни при каких обстоятельствах не выпустит меня из дома.

— Я не то имел ввиду. – его чёрные глаза неожиданно стали важными. – Я задавал вопросы разрешения не у Чарли.

Я недовольно уставилась на него: — Мой папа – единственный, кто может показывать мне, что делать, а что нет.

— Ну если ты так говоришь. – пожал он плечами. – Эй, Чарли – закричал он через мое плечо.

— Это ты, Джейк?

— Да. Не имела возможности бы Белла прогуляться со мной?

— Само собой разумеется, – сообщил Чарли нормально, и моя торжествующая ухмылка провалилась сквозь землю с лица.

Джейкоб озадаченно немного поднял бровь.

Один его насмешливый взор вынудил меня двигаться стремительнее, чем я ожидала. Через секунду я была на улице, захлопывая дверь сзади себя.

— Куда ты желаешь пойти?- задала вопрос я

На какое-то мгновение он смотрелся робким в себе.

— Правда? – задал вопрос он. – Ты, действительно, будешь со мной одна?

— Само собой разумеется, — ответила я. — Из-за чего нет?

Он не ответил и уставился на меня недоверчивым взором.

— Что? – негодовала я.

— Ничего – промямлил Джейкоб и начал двигаться в сторону леса.

— Давай отправимся данной дорогой – внесла предложение я, отправляясь вниз по улице. С меня хватало прогулок по лесам.

Он скоро посмотрел на меня, и опять с подозрением. После этого пожал плечами и медлительно зашагал по тротуару.

Это была его «вечеринка», исходя из этого я молчала и стала важнее на секунду.

— Согласиться, я удивлен, – наконец заговорил он снова, в то время, когда мы были на половине пути от поворота. – Разве маленькая кровопийца не поведала тебе ничего?

Я развернулась и зашагала обратно к дому.

— Ну что? – задал вопрос он с большим удивлением, легко догнав меня.

Я остановилась и уставилась на него. – Я не планирую с тобой говорить, если ты будешь сыпать оскорблениями.

— Оскорблениями? – он застыл в удивлении.

— Ты можешь упоминать моих друзей, именуя их по именам.

— О… – он все еще казался мало удивленным оттого, что я сочла его слова неотёсанными. – Она Элис, правильно? Не могу поверить, что она держала рот на замке. – Он отправился дальше, и я нехотя последовала за ним.

— Я не знаю, о чем ты говоришь.

— Тебе когда-нибудь надоест притворяться дурочкой?

— Я не притворяюсь. – сморщилась я. – По всей видимости, я и имеется дурочка.

Джейкоб пристально взглянуть на меня. – Хм… – протянул он.

— Что? – настойчиво попросила я.

— Она вправду не сообщила обо мне?

— О тебе? А что с тобой?

Его глаза сузились, и он опять пристально взглянуть на меня. После этого встряхнул головой и поменял тему.

— Они еще не вынудили тебя выбрать?

Я сходу осознала, что он имел в виду.

— Я сказала тебе, что они не будут делать этого. Ты единственный, кто помешан на принятии чьих-то сторон.

Он растянулся в ухмылке, и его глаза сузились опять. – Это мы еще посмотрим.

Неожиданно он согнулся и поймал меня в собственные медвежьи объятья, отрывая от почвы.

— Отпусти меня! – я яростно боролась. Он был через чур сильным.

— Из-за чего? – засмеялся он.

— По причине того, что я не могу дышать.

Он поставил меня на место, отошёл на ход, так же, как и прежде, радуясь.

— Ты на наркотиках! – сообщила я, в смущении уставившись в пол, делая вид, что поправляю рубаху.

— Легко не забывай, что я давал предупреждение тебя, – увидел он, снова наклоняясь, в этом случае, дабы обхватить мое лицо собственными громадными руками.

— Эм, Джейкоб.. – запротестовала я, мой голос зазвучал на октаву выше, а рука по-детски прикрыла рот.

Он проигнорировал меня, наклоняя собственную голову и прижимаясь губами к моему лбу. Поцелуй начинался как шутка, но в то время, когда он отстранился, я увидела злость в его лице.

— Ты обязана разрешить мне поцеловать тебя, Белла. – сообщил он, отступая назад и убирая руки. – Тебе может понравиться. Что-то теплое для разнообразия.

— Я сказала тебе сначала, Джейкоб…

— Я знаю – я знаю, – набрался воздуха он. – Моя вина. Я единственный, чья рука держит чеку от гранаты.

Я опустила глаза, прикусывая губу.

— Я так же, как и прежде скучаю по тебе, Белла. – сообщил он. – Весьма. И именно тогда, в то время, когда мы опять смогли быть приятелями, он возвращается!

Я уставилась на него. – Если бы не Сэм, мы до сих пор были бы приятелями.

— Ты так думаешь? – неожиданно Джейкоб улыбнулся, ухмылка была гордой. – Хорошо, тогда я оставляю это на него. – Окончательные слова определенно не относились к Сэму.

— Что ты имеешь в виду?

— Я буду твоим втором – в случае если у него не будет неприятностей с этим. – внес предложение он и засмеялся. Это очевидно смешило его.

Мне это не пришлось по нраву, но я не планировала упускать представившуюся возможность. – Замечательно. – я протянула руку перед собой. – Приятели?

Он пожал мою руку, радуясь. – Самое забавное в этом то, что если он разрешит тебе быть моим втором, – продолжил он с усмешкой, – вероятнее, все окажется. Я лучше в этом, чем все остальные. Сэм говорит, это у меня от природы. – он сделал гордое лицо.

— Что у тебя от природы? – задала вопрос я недоуменно.

— Я разрешу кровососу поведать тебе об этом, в то время, когда он начнёт объяснять, из-за чего нам нельзя быть приятелями. – снова засмеялся Джейкоб.

Я машинально развернулась, но он схватил меня за плечи.

— Прости, я забылся. Я имел в виду, разрешу Эдуарду, само собой разумеется.

Lost эпилог-Новый фаворит (станция гидра)


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: