Бедный я, счастливые они

Жизнь в качестве самого младшего монаха в Таиланде казалась таковой несправедливой. Старшие монахи приобретали лучшую пищу, сидели на самых мягких подушках, им ни при каких обстоятельствах не приходилось толкать тележку. В то время как моя единственная за целый сутки пища была ужасной; на протяжении церемоний мне приходилось сидеть по многу часов на твёрдом цементном полу (что ко всему другому был целый в буграх, по причине того, что в бетонировании крестьяне совсем безнадёжны); и иногда мне приходилось делать весьма трудную работу. Бедный я, радостные они.

Я израсходовал продолжительные, неприятные часы, обосновывая правомерность собственных жалоб самому себе. Быть может, старшие монахи так просветлены, что вкусная еда попусту растрачивается на них, исходя из этого лучшую еду направляться отдавать мне. Старшие монахи годами сидели в позе со скрещёнными ногами на твёрдом полу и привыкли к этому, исходя из этого солидные мягкие подушки должны быть у меня. Более того, старшие монахи из-за потребления лучшей пищи так или иначе были толстыми, исходя из этого ниже поясницы у них и без того были «естественные подушки» для комфортного сидения. Старшие монахи лишь приказывали нам, младшим монахам, делать работу, наряду с этим сами ни при каких обстоятельствах не трудились. Как же имели возможность они осознать, как жарко и утомительно толкать тележку? Так или иначе все проекты являлись их идеями, исходя из этого трудиться должны они! Бедный я, радостные они.

Став старшим монахом, я ел лучшую пищу, сидел на мягкой подушке и делал мало физических работ. Но я поймал себя на том, что питаю зависть к младшим монахам. Им не приходится всё время выступать с публичными речами, целый сутки выслушивать неприятности людей и часами заниматься административными вопросами. На них не лежит ответственность, и у них так иного времени для самих себя. Я услышал собственный голос «Бедный я, радостные они!»

Скоро я осознал, в чём дело. У младших монахов существуют «страдания младших монахов» У старших монахов имеется собственные «страдания старших монахов». Став старшим монахом, я одну форму страданий на другую.

Полностью то же самое происходит с одинокими людьми, каковые питают зависть к женатым, и с людьми, пребывающими в браке, каковые питают зависть к одиноким. Сейчас всем нам должно быть ясно, что, в то время, когда мы женимся, мы всего лишь обмениваем «страдания одинокого человека» на «страдания женатого человека». Позже, в то время, когда разводимся, мы лишь меняем «страдания женатого человека» на «страдания одинокого человека». Бедный я, радостные они.

Будучи бедными, мы питаем зависть к богатым. Однако многие из тех, кто богат, питают зависть к подлинной свободе и дружбе от ответственности, каковые имеется у бедных людей. Разбогатеть — значит всего лишь поменять «страдания бедного человека» на «страдания богатого человека». снижение и Увольнение уровня доходов — всего только смена «страданий богатого человека» «страданиями бедного человека». И без того потом. Бедный я, радостные они.

Думать, что вы станете радостны, став кем-то вторым, — это заблуждение. Став кем-то вторым, мы лишь меняем одну разновидность страдания на другую. Но, в то время, когда вы довольны тем, кто вы имеется на данный момент, младший либо старший, женатый либо разведённый, богатый либо бедный, тогда вы свободны от страдания. Радостный я, бедные они.

Совет на случай заболевании

Во второй год моего монашества в Северо-Восточном Таиланде я заразился цуцугамуши (японской речной лихорадкой, разновидностью тифа). Лихорадка была таковой сильной, что меня послали в больничную палату для монахов регионального военного госпиталя в Убоне. Тогда, в середине семидесятых годов, Убон являлся отдалённым захолустным городом весьма бедной страны. Ощущая себя не сильный и больным, лёжа под капельницей, я увидел, что медбрат покинул собственное рабочее место в 6.00 вечера. Спустя полчаса всё ещё никто не пришёл ему на смену, исходя из этого я поинтересовался у монаха, лежащего на соседней койке, не нужно ли нам предотвратить кого-то из руководства, что ночная сиделка не пришла. Мне скоро объяснили, что в палате для монахов не бывает ночных сиделок. В случае если ночью ваше самочувствие ухудшится, значит, у вас легко неблагая карма. Мне хватало не хорошо от того, что я серьёзно болен, а сейчас, ко всему прочему, я был легко в кошмаре!

в течении четырёх недель каждое утро и вечером медбрат, телосложением похожий на азиатского буйвола, колол мне в ягодицы антибиотики. Это была бедная национальная поликлиника в неразвитом районе одной из государств третьего мира, исходя из этого одинаковые иглы применяли по многу раз, значительно больше, чем это позволялось кроме того в Бангкоке. Дабы ввести иглу в тело, медбрату с крепкими руками приходилось в буквальном смысле слова вонзать её с недюжинной силой. Считается, что монахи — сильные люди, но это не касается моих ягодиц: они стали сильно болеть. В тот момент я ненавидел этого медбрата.

Я испытывал боль, был весьма не сильный — ни при каких обстоятельствах в жизни я не ощущал себя таким несчастным. в один раз по окончании полудня в палату для монахов вошёл Аджан Ча; он пришёл, дабы посетить меня. Посетить меня! Я был так польщён и впечатлён. Я почувствовал духовный подъём. Мне было так прекрасно — ровно , пока Аджан Ча не открыл рот. То, что сообщил мне Аджан Ча, как я узнал позднее, он сказал многим вторым больным монахам, которых посещал в поликлинике.

Он сообщил мне: «Ты или поправишься, или погибнешь».

После этого он ушёл.

Мой энтузиазм был разбит вдребезги. Моя радость от его визита провалилась сквозь землю. Хуже всего было то, что Аджана Ча ни в чём не было возможности обвинить. Сообщённое им являлось безотносительной истиной. Или я выздоровею, или я погибну. Так или иначе, но все недомогания, каковые доставляет заболевание, не будут продолжаться всегда. Страно, но это весьма обнадёживало. Произошло так, что, вместо того дабы погибнуть, я выздоровел. Каким великим преподавателем был Аджан Ча!

Тест: вы Станете Богатым Либо Бедным?


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: