Гартман н. старая и новая онтология

Николай Гартман

Историко-философский ежегодник. 1988. М., Наука, 1988. С.320-324

[320]

I

Мышление Нового времени видело главную философскую науку в теории познания. Наряду с этим предполагалось, что мы знаем больше о познании, чем о его предмете; но не подмечали, что познание само есть громадной тайной, поскольку отношение, с которым оно имеет дело, трансцендентное, т.е. практически — выходящее за пределы сознания. Потому что предмет познания существует независимо от самого познания.

Реакцией на это Сейчас есть антропология. Оказалось, что познание есть только одной из многих связей сознания с окружающим миром. Реагирование, воздействие, ненависть и любовь являются вторыми, параллельными трансцендентными отно-

[321]

шениями, и притом первичными, в то время как познание вторично и во временном отношении образуется кроме этого только в зависимости от них. В этом виделось указание на устройство людской существа, и исходя из этого науку о человеке было нужно поместить перед теорией познания.

Но и это выяснилось половинчатым. К подлинному пониманию людской существа относится, разумеется, знание о тех бытийных отношениях, в которых находится человек. Потому что человек — существо, зависящее от тысячи условий. Эти бытийные отношения сущность полнота мира. Итак, нужно было осознать человека, включая его сознание, исходя из его встроенности в целостность настоящего мира. Так, дошли до ветхой неприятности онтологии, т. е. той науки, которую когда-то для теории познания отодвинули и от которой в итоге совсем отказались.

Так, мы сейчас стоим перед задачей создания новой онтологии. В полной мере ясно, что по окончании всех удач науки ветхой онтологии больше быть не имеет возможности. Обращение уже не идет о материи и форме сущего. И не о потенции и акте. Потому что уже не целевое соотношение субстанциальных форм господствует над миром, никакая телеология не имеет возможности нам больше оказать помощь; нейтральные законы были господствующими силами природы, и следствия и отношение причины руководит мировыми событиями снизу.

II

Новая онтология исходит из вторых мыслей. Она усматривает строение (то, что в большинстве случаев именуют объектами) и процессы не раздельно, а совместно. Все реально сущее находится в становлении, оно имеет собственный уничтожение и возникновение; первичные динамичные образования от атомов впредь до спирального тумана являются так же процессными, как и членными (Gliedgef?ge) и оформленными (Gestaltgef?ge) образованиями. В еще большей степени это имеет место довольно органических образований, начиная от сознания как душевной целостности, и довольно порядков людской общества.

В этих образованиях действует другой метод сохранения, чем субстанциальность: сохранение через внутреннее равновесие, регулирование, самодеятельное воссоздание либо кроме того самодеятельное превращение. В отличие от субсистенции его возможно назвать консистенцией. Ее результатом есть не смотря на то, что и не вечная, но достаточно продолжительная продолжительность чтобы придать образованиям свойство быть носителем изменяющихся состояний (акциденций).

Ее каузальностью есть не causa immanens, которая сохраняет себя в действии, a causa transiens, которая исчезает в собственном действии. Ее воздействие исходя из этого не содержится в обстоятельстве, а появляется заново. Каузальный процесс в этом новом смысле не есть развитием чего-то, что уже находилось в обстоятельстве, а

[322]

представляет собой производительное созидание (produktives Hervorbringen).

Строение настоящего мира имеет форму наслоения. Любой слой есть целым порядком сущего. Основных слоев четыре: физически-материальный, органический-живой, душевный, исторически-духовный. Любой из этих слоев имеет собственные законы и принципы. Более большой слой бытия полностью строится на более низком, но определяется им только частично.

Метафизика, выстроенная на одном-единственном принципе либо на одной-единственной группе правил (как ее раньше постоянно конструировали), есть исходя из этого неосуществимой. Все сконструированные картины единства мира неверны — как метафизика снизу, так и метафизика сверху (исходя из материи либо из духа). Существует естественная совокупность мира, которая не есть сконструированной. Ее структуру возможно отыскать в феноменах. Но она не сводима ни к точечному либо централизованному единству, ни к причине либо наивысшей цели.

То, что возможно установить, — закономерность самого строения. В нем возможно охватить последовательность (?berh?hung) слоев, и самостоятельности и противодействие зависимости. Темперамент самой действительности при восхождении не изменяется. Душевные и духовно-исторические события не меньше настоящи, чем вещи и животные, процессы по большому счету не меньше настоящи, чем образования. Новое понятие действительности не связано с материальностью и пространственностью, а всего лишь со временностью, процессностью и индивидуальностью.

III

Само бытие запрещено ни выяснить, ни растолковать. Но возможно отличить виды бытия и разбирать их модусы. Тем самым их возможно осветить изнутри. Это осуществляется модальным анализом настоящего и совершенного бытия. Тут все связано с внутренними отношениями возможности, необходимости и действительности. Эти отношения в каждой из сфер бытия совсем различные; более того, они различные в логической сфере и в познании. Их нахождение образовывает предмет целой, и притом новой, науки: модального анализа. Модальный анализ — ядро новой онтологии.

Все другое относится к учению о категориях. Оно охватывает совместные правила (фундаментальные категории) и особые правила отдельных слоев бытия. Из последних не все ограничены одним из слоев, кое-какие попадают в более высокие порядки сущего, другие обрываются на границах слоев. Так, пространство, субстанция (включая материю) и математическая структура завершаются на органическом, в то время как время, процессность, каузальность и др., простираются потом вверх и вовнутрь духовного бытия: душевная судьба непространственна, нематериальна, нематематична, но временна и процессна, имеет собственную причинность и взаимодействие.

[323]

Иначе, на каждой границе слоев появляются новые правила. В органической природе все основывается на новом типе процесса, на морфогенетическом ходе, на саморегулирующемся равновесии процессов, на стихийном самовоссоздании (Selbstwiederbildung) индивида. К этому прибавляется (исходя из совокупности задатков) надкаузальная форма детерминации процесса самообразования. Но в душевное бытие эти категории не попадают. Они остаются связанными с пространственным миром.

Совсем иные формы бытия обнаруживает душевный мир: субъект и отличающийся от внешнего внутренний мир, замкнутость личных внутренних сфер по отношению друг к другу, поток переживаний со своей необычной формой процесса, предметное сознание, и содержания представления и противодействие (акта). Ко мне же относится и трансценденция таких актов, как хотение, воздействие, познание, ненависть и любовь, в сущности которых заложен выход из внутреннего мира и связывание его с пространственно-предметным миром.

С данной же трансценденцией в один момент начинается духовная жизнь, которая не сводится к сознанию индивида и образовывает над ним собственную плоскость бытия, плоскость исторически объективного духа. Язык, право, нравственность, мораль, оформление общества, религия, мастерство, техника составляют объективный дух. В нем нет актов, нет сознания (которое соответствовало бы ему как целому), нет наследственности; его продолжение безличностно, он передает себя так, что индивиды врастают в него, его перенимают и передают. Это его форма сохранения, консистенция особенного рода.

Индивиды же, по причине того, что они охвачены им, являются чем-то громадным, чем субъекты, они — личности. Главные категориальные определения личности опять-таки нового рода: предопределение и предвидение (целевая деятельность), сознание и свобода сокровищ. Лишь пребывав в обществе и в объективном духе, личность есть нравственным и способным к ответственности существом.

IV

В строении мира нет свободного парения более высоких слоев. Они существуют, только накладываясь на более низкие, носимы ими. Метод накладывания (das Aufruhen) разный. Органическая судьба носима неживой природой, поскольку имеет собственными кирпичиками ее образования (молекулы и атомы). Душевная же жизнь не имеет собственными кирпичиками образования и процессы, а поднимается над ними как совсем новый мир. В первом случае мы имеем дело с отношением переоформления, в последнем — с отношением надстройки. Притом категории более низкого слоя попадают в более большой, и значительная их часть остается в том месте. Строение мира из слоев определяется отношением законов (и категорий принципов) надстраивающихся приятель над втором слоев

[324]

Повторение более низких категорий в более высоких слоях бытия образовывает единство мира; появление новых категорий на более высоких слоях (категориальное novum) образовывает его несводимое разнообразие. Запрещено все в мире свести к одному знаменателю. Из этого провал всей монистической метафизики.

Самостоятельности более низких по отношению к более высоким слоям соответствует личная зависимость последних от первых. Появлению (der Einschlag) категориального novum в более высоких слоях соответствует их автономия (свобода) от более низких. Кроме того в отношении переоформления более низкие правила лишь по материи определяют более высокие формы. Собственный особенное своеобразие последние приобретают из самих себя.

Фундаментальный онтологический закон всемирный связи содержится в следующих двух положениях: 1) более низкие правила являются более сильными, всёносящими, они не смогут быть сняты более высокой формой и 2) не смотря на то, что высокие правила являются более не сильный, они однако в собственном novum являются независимыми и имеют неограниченный простор для действия на более низкие.

Свобода имеется на каждой ступени, в каждом более высоком слое по отношению к более низкому. Многодекларируемая свобода воли человека как моральной личности есть только особым случаем. Ее как таковую можно понять, только исходя из фундаментального онтологического закона. Все индетерминистские понятия свободы так же неверны, как и все детерминистские отказы от свободы. Индетерминизм не нужен, поскольку свобода есть не снятием существующей определенности, а началом более высокой.

***

Без критической онтологии Н. Гартмана тяжело представить картину развития философской мысли XX в. Наровне с учениями Э. Гуссерля, М. Шелера, М. Хайдеггера вариант философии бытия Гартмана есть одним из самых глубоких пересмотров традиции.

Публикуемый текст является докладом , сделанный Н. Гартманом на философском конгрессе в Испании (Mendoza, 1949). Это сжатое изложение баз его онтологического учения тем более Примечательно, что относится к позднему периоду творчества философа.

Перевод выполнен Д. Мироновой по изданию: Hartmann N. Kleinere Schriften. В., 1958. Bd. III. S. 333-337.

3.1 Онтология в структуре философского знания — Философия для бакалавров


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: