Гл. vii. твари не суть подобие эонов, находящихся в плироме.

1. Итак, они утвержают, что без ведома мироздателя, Спаситель почтил Плирому сотворением чрез посредство матери, произведши образы и подобие высшего. Но я уже продемонстрировал, что нереально, дабы вне Плиромы было что-то такое, в чем, согласно их точке зрения, сотворены были подобие того, что находится в Плиромы, либо дабы данный мир был создан кем-либо вторым, а не первым Всевышним. Но в случае если прекрасно в полной мере опровергнуть их и уличить как лгунов, то сообщу против них, что в случае если вещи (этого мира) были сотворены Спасителем в честь горнего, по Его подобию, то они должны бы постоянно пребывать, дабы почтенное постоянно находилось в чести. Но в случае если эти вещи приходят, то какая польза от таковой краткосрочной чести, которой ни при каких обстоятельствах не было, и которая снова окончится? При таких условиях Спаситель, как я покажу, более стремился к суетной славе, чем оказал честь горнему. Потому что какая честь для вечного, неизменно пребывающего, временное, для неизменяемого преходящее, для неразрушимого тленное? И у людей, каковые сами временны, не имеет преимущества скоропреходящая честь, но лишь та, которая длится, сколь быть может, долее. Посему, по совести возможно заявить, что вещи, исчезающие в тот же час по окончании собственного происхождения, скорее сотворены в бесчестие тем, о которых считаюм, что они почтены ими; и что вечное терпит бесчестие с разрушением и повреждением его образа. Но что, если бы их мать не плакала, не смеялась и не приходила в отчаяние? Тогда Спаситель не имел бы, чем почтить Полноту, по причине того, что последнее смешение ее не имело собственной сущности, при помощи которой мог быть почтен Первоотец.

2. О тщеславная честь, скоро исчезающая, и уже непоявляющаяся! Будет эон, что вовсе не будет иметь таковой чести, и горнее исходя из этого будет без чести; либо нужно будет снова произвести для чести Плиромы другую плачущую и смущенную маму. Какой несоответственный и одновременно с этим постыдный образ! Образ Единородного, сообщите вы мне, произведен мироздателем, — Которого почитаете кроме этого Умом Отца всего, — и этот-то образ не знает самого себя, не знает ни творений, ни матери, ни всего существующего и им сотворенного; и вы не краснеете сами перед собою, возводя неведение до самого Единородного? Потому что в случае если эти вещи сотворены Спасителем по подобию горнего, и сам (Демиург), что произведен по подобию, был в столь великом неведении, то нужно такое неведение в духовном отношении должно существовать около Того и в Том, по подобию Которого был произведен неведущий. Потому что нереально, дабы в то время, когда они оба были произведены духовным образом, а не образованы либо составлены, в одном удержалось подобие, а в другом утратился образ подобия, что для того и был произведен, дабы быть сходным с образом горнего произведения. И если он не сходен, то вина падет на Спасителя, Что произвел, подобно негодному живописцу, несхожий образ: потому что они не смогут заявить, что не имел силы произвести Спаситель, Которого они именуют все. В случае если исходя из этого, образ несходен, то нехорош живописец, и вина падает на их Спасителя. В случае если же он сходен, то такое же неведение окажется и в уме их Первоотца, т. е. в Единородном; и Ум Отца не знал Самого Себя, не знал и Отца, не знал и того, что Сам произвел. В случае если же Он это знал, то нужно и произведенный по Его подобию Спасителем обязан знать то, что подобно; и так по их же началам разрушается их богохульное учение.

3. Сверх того, как твари, столь разные, разнообразные и бесчисленные, смогут быть образами тех тридцати эонов в Плиромы, имена которых, какие конкретно дают эти люди, привел я в предшествующей книге? И не только разнообразие целого творения, кроме того разнообразие одной какой-либо части его, жителей ли неба либо почвы либо воды, не смогут они привести в согласие с малостью их Плиромы. Потому что сами они свидетельствуют, что их Плирома складывается из тридцати эонов, а что в одной из названных частей творения насчитывается не тридцать, но большое количество тысяч видов, — это каждый согласится продемонстрировать. Каким же образом разнообразные твари, так разные по собственной природе, воюющие друг против друга и друг друга умерщвляющие, смогут быть подобиями и образами тридцати эонов Плиромы, в то время, когда сии, по словам их, имеют одну природу, однообразны по своим особенностям и не имеют никакого различия? И в случае если эти твари сущность подобие тех (эонов), то, именуя некоторых людей от природы хорошими, вторых от природы злыми, должны они продемонстрировать такое же различие и в их эонах и сказать, что одни из них произведены от природы хорошими, а другие от природы злыми, чтобы предполагаемые ими образы соответствовали эонам. Помимо этого, поскольку в мире одни твари ручные, другие дикие, одни безвредны, другие вредны, и других умерщвляют, и одни живут на суше, другие в воде, иные в воздухе, другие на небе, — то должны они кроме этого доказать, что и эоны имеют такие же свойства, в случае если одни сущность образы вторых. Потом должны они растолковать, кого из горних эонов воображает подобие вечный пламя, что уготовал Папа ангелам и диаволу его (Мф. 25:41), по причине того, что и он причисляется кроме этого к творению.

4. Если они говорят, что эти вещи сущность образы Помышления, впавшего в страсть эона, то нечестиво поступают, во-первых, в отношении к их матери, объявляя ее виновницею злых и преходящих образов. Во-вторых, как смогут многие, несходные и по природе противоположные твари быть образами одного и того же? Если они сообщат, что в Плироме большое количество ангелов, и многие твари сущность их образы, то и это основание их не устоит. Потому что, во-первых, должны они продемонстрировать противоположные друг другу различия ангелов Плиромы, поскольку и дольние образы их по природе собственной противоположны между собою. И без того как кроме того многие и бесчисленные ангелы окружают Творца, как все пророки признают, что тьмы тем предстоят пред Ним и многие тысячи тысяч помогают Ему (Дан. 7:10), — то в соответствии с с мнением их, ангелы Плиромы будут иметь собственными образами ангелов Творца, а все творение пребывает образом Плиромы; при таких условиях тридцать эонов не смогут соответствовать многообразному различию творения.

5. Еще потом, в случае если дольние вещи образованы по подобию горних, то по подобию чего будут снова сотворены эти последние? В случае если мироздатель сотворил их не от самого себя, но, как малый живописец и начинающий обучается мальчик, заимствовал из чужих первообразов, — откуда же их Глубина взяла пример для собственного первого произведения? светло так, что эта должна была забрать пример от другого, высшего ее; а данный снова от другого. И обращение о подобиях нисколько не меньше, как обращение о всевышних, будет простираться в бесконечность, в случае если мы не утвердим отечественную идея на одном живописце, и на Едином Всевышнем, Что сотворил Сам по Себе созданное Им. Либо кто, допуская в отношении к людям, что они сами по себе изобретают что-либо нужное для жизни, — в отношении же к Всевышнему, сотворившему мир, не допустит, что Он Сам произвел образ сотворенного и изобрел красивое устройство его.

6. Снова, как эти вещи смогут быть образами горних, в то время, когда они им противоположны и ничего не смогут иметь с ними неспециализированного? Но вещи противоположные смогут быть разрушительными для тех, которым они противоположны, но никак их подобиями; как, к примеру, огонь и вода, тьма и свет, и другое, никак не смогут быть друг другу подобиями. Таким же образом вещи телесные, земные, сложные и преходящие не будут образами тех существ, каковые, согласно их точке зрения, духовны; если они не допустят, что и эти кроме этого сложны, ограничены пространством, имеют фигуру и уже не духовны, не разлиты обширно и необъятны. Потому что, дабы быть им подлинными образами, должны они иметь ограничение и вид, а при таких условиях ясно, что они не духовны. В случае если же они именуют их духовными, неограниченными и необъятными, как смогут вещи, имеющие вид и ограниченные пределами, быть образами того, что не имеет фигуры и необъятно?

7. В случае если же они сообщат, что эти вещи подобие не по форме и виду, а по порядку и числу произведения, то, во-первых, их запрещено уже назвать подобиями и образами горних эонов. Потому что как именно вещи, не имеющие ни формы ни вида тех, смогут быть их образами? Во-вторых, они должны числа и порядки высших эонов в полной мере приравнять к порядкам и числам низших творений. Но так как они приводят лишь тридцать эонов и столь очень много тварей именуют образами этих тридцати, то по совести будем обвинять их в неразумии.

Фильм \


Понравилась статья? Поделиться с друзьями: