Гуманистическое противостояние бихевиоризму

Позитивизм был совсем преодолен западной культурой только к середине XX в. Изменяется методологический климат эры. Всё большую популярность (особенно по окончании Второй мировой) приобретают такие менее рациональные философские совокупности, как экзистенциализм и феноменология. В этих совокупностях обращается внимание на необходимость для человека в любой момент собственной жизни делать выбор, говорится об «обреченности человека на поиск смысла» (М. Мерло-Понти), о том, что «человек постоянно натыкается лишь на собственную ответственность» (Ж.-П. Сартр).

И как раз к середине XX в. группой психологов был заявлен прямой протест бихевиоризму. Великие блестящие имена и люди: А. Маслоу, Р. Мэй, Г. Оллпорт, К. Роджерс, В. Франки, Э. Фромм… Значительно чаще их относят к школе гуманистической психологии. Но, сторонников данной школы объединяет не столько единый подход к психологическим проблемам, сколько психотерапевтическая практика, неспециализированная этическая ориентация и направленность на личностное развитие, личностный рост человека. Человек формирует себя сам, говорят гуманисты XX в. Он сам решает собственные неприятности, сам сооружает собственную судьбу (психотерапевт может лишь оказать помощь ему стать тем, кем он способен стать)-Отвлечённые американские психологи — уверенные бихевиористы — их не осознавали и не принимали. Тогда они вынужденно пошли в наступление.

Бихевиоризм удалил из психологии сознание, а вместе с ним удалил осознание человеком себя и нужную для принятия ответа свободу выбора. Человек в бихевиоризме начинается лишь под воздействием среды, он не имеет никакой возможности самоизменения, саморазвития. Бихевиорист уверяет, что он по заказу способен сделать из любого ребенка музыканта, ученого либо преступника. Это неправда, отвечают гуманистически ориентированные психологи. (Действительно, как умные эксперты, осознающие неприятности вторых людей, они, само собой разумеется жe, говорят не столь быстро. К примеру, так: 99% того, что написано по так называемой теории научения, легко неприменимо к развивающемуся

людской существу). Жизнь человека — процесс постоянного выбора, и лишь сам человек несет за него ответственность.

С данной точки зрения идет и неприятие позиции функционалистов. Человек не пытается достигнуть приспособления, равновесия со средой. Это страшное заблуждение, утверждает В. Франкл. «Люди, жаждущие только успехи равновесия, понижения напряжения, очевидно патологичны», — подмечает К. Гольдштейн. «В их заинтересованностях нет ничего созидательного, они не могут переносить страдание», — додаёт Г. Оллпорт. Человек — это созидательное существо, направленное к вероятно более полной реализации самого себя, к обнаружению и развитию способностей и своих возможностей, к достижению собственного предназначения, к поиску смысла собственного существования. Как психотерапевты, они знают и знают справедливость слов Ф. Ницше: «Тот, кто имеет для чего жить, может вынести практически любое как».

В. Франкл поясняет это примерами из собственной психотерапевтической практики (и из собственных переживаний в концентрационном лагере)’. Так, он пишет: «в один раз пожилой практикующий доктор консультировался у меня по поводу собственной важной депрессии. Он не имел возможности пережить утрату собственной жены, которая погибла два года назад и которую он обожал больше всего на свете. Но как я имел возможность оказать помощь ему? Что я имел возможность сообщить? Я отказался по большому счету от каких-либо бесед и вместо этого поставил перед ним вопрос; «Что было бы, врач, если бы вы погибли первым, а супруга ваша осталась бы в живых?» — «О, — сообщил он, — для неё это было бы плохо, как бы она страдала!» Затем я заметил: «Видите, врач, каким страданием ей бы это обошлось, и как раз вы вынудили бы её так мучиться. Но сейчас вы платите за это, оставшись в живых и оплакивая её». Он не сообщил ни слова, лишь пожал мне руку и без звучно ушел. Страдание каким-то образом перестает быть страданием в тот момент, в то время, когда обнаруживается его суть — как, например, суть жертвенности».

Гуманистические психологи не приняли и безотносительный детерминизм психоанализа, не смотря на то, что многие из них начинали как практикующие психоаналитики. Человек для них — существо, самостоятельно детерминирующее собственный поведение. Тут ими вводится последовательность синонимичных терминов: самоактуализация, самореализация и т. п. По А. Маслоу, «самоактуализация — это труд для того, дабы сделать прекрасно то, что человек желает сделать»2— «Человека делает человеком его свойство

1 Франкл В. Человек в отыскивании смысла. М., 1990; Франкл В. Поиск смысла жизни и логотерапия,// Психология личности. Тексты. М., 1982, с, 118-126.

2Маслоу А. Самоактуализация. // Психология личности. Тексты. М., 1982, с. 113.

создавать самого себя», — говорит Э. Фромм. В этом, продолжает он, были уверенны многие мистики и философы Запада и Востока. Человек не должен плыть по течению внешних событий либо глубинных неосознанных внутренних жажд. Лишь он сам сознательно может отыскать собственный персональный суть бытия и понять собственный назначение в жизни. Никто за него это сделать не сможет,

Человек сам выбирает не только собственный путь, но кроме того ту помощь, которая выясняется для него нужной. И опять — пример из психотерапевтической практики. Говорит К. Роджерс; «Я трудился с весьма культурной матерью, у которой сын был мелким чудовищем, Обстоятельство, разумеется, лежала в отвержении мальчика в прошлом, но в течении многих бесед я не имел возможности оказать помощь ей понять это. Я старался привлечь её внимание к данной теме. Я мягко приближал ее к тем обстоятельствам, о которых она мне сама поведала, для того, чтобы она встретилась с ними суть. Но всё было зря. Наконец я сдался. Я сообщил ей, что, думается, мы оба старались, но потерпели неудачу и что нам лучше всего расстаться. Она дала согласие. На этом мы завершили беседу, попрощались, и она отправилась к двери. После этого она обернулась и задала вопрос: «А взрослых вы консультируете?» Взяв положительный ответ, она сказала: «Прекрасно, тогда помогите мне». Она подошла к стулу, с которого только что поднялась, и начала выплескивать собственный отчаяние по поводу замужества, запутанных взаимоотношений с мужем, неудач и своего смятения.

Всё это так отличалось от стереотипной «истории заболевания», которую она преподнесла ранее! Тогда и началась настоящая психотерапия, и в конечном итоге она была весьма успешной». Роджерс из многих подобных случаев сделал, как он говорит, очень важный вывод для собственной предстоящей работы: клиент, т. е. человек, пришедший за помощью к психотерапевту, знает, не смотря на то, что и не всегда светло поймёт, какие конкретно неприятности для него являются значительными, в каком направлении нужно идти. Исходя из этого, продолжает Роджерс, в ходе психотерапии лучше опираться на клиента, в то время, когда выбираешь, куда двигаться и что делать ‘.

Психологи-гуманисты вернули в психологию неприятности, каковые раньше из нес деятельно изымались как ненаучные: поиск смысла жизни, Путь личностного развития, персональная ответственность. И это было храбрым выбором. Так как авторитетный для многих из них З. Фрейд сказал: «В то время, когда человек задает вопрос о ценности и смысле судьбы, он нездоров». Будучи прежде всего практиками, они включали в собственные практические технологии элементы, заимствованные и у функционалистов,

‘ Роджерс К. Взор на психотерапию. Становление человека. М., 1994, с. 53.

и у бихевиористов, и у гештальтистов, и у мистиков Востока. Любой, кто разговаривал с ними либо просматривал их умные книги, ощущал, что он стал чуть лучше, нравственно чище, что он общался с людьми, достигшими настоящих духовных высот. Психологи-гуманисты всё время ищут и обычно находят экспериментальное подтверждение собственных идей.

Но, сама гуманистическая психология однако не стала естественной наукой. Гуманисты ощущали себя пионерами, первопроходцами, каковые открывают новые, ещё неизведанные почвы. Кропотливый труд экспериментаторов — хоть данный труд и образовывает, согласно их точке зрения, хребет науки ‘ — на этом этапе развития психологии не так ответствен, А в итоге нанесенный ими удар по бихевиоризму был отнюдь не смертельным. Бихевиористы в полной мере имели возможность продолжать экспериментировать. Прислушаемся, с позиций естественной науки, к тому, что говорят гуманисты.

Главное понятие для этого направления — самоактуализация. Но что, фактически, должно актуализироваться? Самоактуализация, по Маслоу, — это процесс постоянного выбора: лгать либо оставаться честным, поступать в университет либо не поступать, пойти на вечеринку либо остаться дома и т. п. Выбор, подчеркивают гуманисты, существует неизменно. Кроме того обреченный на смерть человек свободен по-различному чувствовать и вести себя при её приближении. Самоактуализация свидетельствует, что человек прислушивается к самому себе, а не к голосу мамы, папы, власти либо традиции. «Само слово «самоактуализация, — продолжает А. Маслоу 2, — подразумевает наличие Я, которое может актуализироваться. Человек — это не tabula rasa и не податливый воск. Он неизменно уже имеется что-то, как минимум некая стержневая структура. Человеческое существо имеется уже как минимум определенный темперамент, определенный химический баланс и т. д. Имеется собственное Я, да и то, что мной время от времени именовалось «прислушиванием к голосу импульса», свидетельствует предоставление возможности этому Я проявляться». Сходное вывод высказывает и К. Роджерс 3: человек в ходе самоактуализации движется к пониманию самого себя и собственного опыта, он открыт этому опыту, прекрасно приспосабливается к меняющимся условиям, у него возрастает рвение жить настоящим, он не опасается собственных эмоций, доверяет собственному организму и всем организмом выбирает направление перемещения при психотерапевтической свободе двигаться куда угодно…

‘ Ср. Маслоу А. Дальние пределы людской психики. СПб, 1997, с. 18.

2 MacлoyA. Ук- соч., с. 112.

3См. Роджерс К. Ук. соч., с. 237-247.

Итак, Я либо организм каждого человека знают, что ему необходимо. Сознание может или вести его по этому верному пути, или уводить с данной дороги. В этом содержится свобода выбора. Если бы сознание не мешало человеку, если бы он пользовался «бесплатно свободного неискаженного осознания», он бы в обязательном порядке двигался верно, прислушиваясь к голосу организма либо внутреннего импульса. Любопытно, что в случае если заменить термин «внутренний импульс» словами «Божественное откровение», то текст гуманистов будет по существу тождественен текстам христианских и восточных мистиков. Иными словами, гуманисты практически обожествляют некое «организмическое» чувство, присущее человеку от природы. Наряду с этим сами они отнюдь не обязательно религиозны ‘.

Гуманисты большое количество и красиво рассуждают о уважения и достойной любви яркой (хорошей) природе, присущей человеку от рождения, о созидательности данной природы, её творческом начале. (То же самое, только с более ясными эпитетами, говорят христиане о Всевышнем…) Гуманисты говорят: человек неизменно обязан принимать ответа сам, доверяя самому себе, а не ориентироваться на вывод мамы, палы, друзей, власти и т. п. (Христиане пересказывают слова Христа: «Кто обожает что-либо иное, не считая Меня, и кто привязан к отцу, К матери либо каким-либо вторым вещам, тот недостоин Меня» 2). Гуманисты учат: человек обязан жить настоящим, обстановкой «здесь-и-теперь», которая практически понимается ими как вневременная, потому, что «сейчас» не может быть расчленено на более небольшие временные куски, нe измеряется в микросекундах, а обозначает продолжающееся, не прекращающееся мгновение 3. (Христиане также говорят, что Всевышний живет вне врепространства и мени, т. е. для него каждая обстановка имеется неизменно обстановка «здесь-и-теперь».) Сходство тем более улучшается, что сами христиане показывают, что Всевышний — в человека, а не вне его 4. И

1 К примеру, А. Маслоу «ненавидел религию и сомневался в Всевышнем». В этом, отмечают биографы, во многом повинна его набожная мама, неизменно угрожавшая сыну божьим наказанием—см .Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. СПб, 1997,с.480.

2 Мейстер Экхарт. рассуждения и Духовные проповеди. М., 1991,с. 74. .

3 В этом тонкость уговора Фауста с Мефистофелем: когда Фауст захочет «остановить мгновение», т. е. время, он обязан будет дать собственную утратившую время душу Мефистофелю, для которого времени как процесса по большому счету не существует — потому что ангел, хоть и падший, живет в вечности, во вневремениости.

4 «Что такое моя жизнь? — задаёт вопросы Мейстер Экхарт. — Это то, что движимо ‘ изнутри меня. Тот, кто движим извне, не живет… В случае если человек принимает ответ либо приемлет что-либо оттого, что исходит извне, он заблуждается. Не должно ни опасаться господа, ни думать, что он вне тебя, но нужно думать, что Он имеется мы сами да и то, что в нас самих». — Цит, по: Фромм Э. этика и Психоанализ. М., 1993, с, 204.

217

не просто так А. Маслоу в качестве характерной изюминке гуманистической психологии именует ресакрализацию—восстановление духовности ‘.

И неприятность, ответ которой не смогут отыскать гуманисты, прекрасно известна теологам. Всевышний, как мы знаем, — всемогущий, всезнающий и всеблагой. Он предопределяет путь каждого человека, хочет ему блага и может сделать так, дабы человек точно избрал верный путь. Отчего же человек не всегда идет по этому, предначертанному ему пути? Природой человека, обсуждают гуманисты, заблаговременно предопределено, к чему он рекомендован. Но требуются огромные упрочнения, дабы человек осознал это собственный назначение, актуализировал его и тем самым отправился верным методом. Вот для этого, — пишет Роджерс, — собственно, и нужна психотерапия, дабы «человек стал своим организмом — без самообмана, без искажений»2.

Но как человек может определить, вправду ли он верно, без самообмана, «стал своим организмом»? В первую очередь, он не должен контролировать собственный взор на себя какими-то внешними достижениями — это, по Э. Фромму, «неплодотворные ориентации характера». Запрещено объективизировать собственную оценку ни числом того, что ты имеешь (что бы это ни было: деньги, знания, любовницы — не имеет значение), ни тем, как к тебе относятся другие люди, ни полнотой достигнутой власти, ни ценой (а также в виде социального статуса), которую дают тебе на рынке, ни жертвенностью, с которой ты относишься к любимому человеку… Что же такое плодотворная ориентация характера?

«Плодотворность — это людская свойство применять собственные силы и реализовать заложенные в человеке возможности… Плодотворность свидетельствует, что человек принимает себя как воплощение собственных сил и как «творца»; что он чувствует себя единым со собственными силами и одновременно с этим что они не скрыты и не отчуждены от него» 3. Что-то похожее утверждает и А. Маслоу. Зрелые самореализовавшиеся люди, уверяет он, тратят намного меньше времени и энергии на борьбу с собой, они меньше нуждаются в других людях, они свободны от стереотипов, открыты собственным чувствам. Для таких людей «сомнение, напряжённость, неуверенность, предполагаемая необходимость делать принятое ответ — всё, что для большинства людей есть мукой» только приятный стимул, увлекательное опробование, взлёт, а не падение 4. Вес

‘ Маслоу А. Новые пределы развития человека. // Хрестоматия по гуманистической психотерапии. М., 1995,с. 158.

2Роджерс К. Ук. соч., с. 148.

3См. Фромм Э. этика и Психоанализ. М„ 1993.

4Маслоу А. Психология бытия. М.-Киев, 1997, с. 172-179.

предложенные Маслоу характеристики не дают никому возможности оценить собственную самореализованность в противном случае, не считая как посредством ориентации на личные ощущения. Полноценно функционирующий человек, продолжает Роджерс, «применяет полную свободу, в то время, когда спонтанно, вольно и добровольно выбирает и хочет того, что полностью детерминировано»’. Что же тогда мешает человеку сходу пойти предначертанным, «полностью детерминированным» методом?

Вероятны два варианта решения проблемы. Первый — природа человека генетически задана. Его сознание, всё, что он делает, именновивается, заблаговременно детерминировано внутренними программами, свойственными организму, а также программами, реагирующими на каждые трансформации внешней среды. Второй — человек сам, своим сознанием творит собственную историю, его поведение вольно и по большому счету ничем не предопределено (очевидно, за исключением некоторых ответственных для жизни, но не значительных для данной истории мелочей). Разумеется, что оба варианта заведомо неверны. Но как их совместить? Запрещено же быть чуть-чуть свободным (это значит — быть несвободным), как и нельзя быть чуть-чуть детерминированным (это значит — быть недетерминированным).

He отыскав решения, гуманистические психологи пользуются метафорами. Э. Фромм пишет: «Математическая теория постоянных и переменных размеров окажет помощь прояснить отечественную точку зрения. Возможно заявить, что в человеке, с того времени как он стал человеком, имеется что-то неизменно постоянное — природа; но человеку свойственно кроме этого очень много временных факторов»2. Не более ясен В. Франкл. «Человек, — пишет он красиво, но неясно, — существо самотрансцендирующее»3, т.е. возвышающееся над объективными условиями, выходящее за пределы собственного опыта. Свобода, по Франклу, — это только один нюанс людской бытия, второй нюанс которого — детерминизм. «Как невролог, я ручаюсь, что в полной мере правомерно разглядывать компьютер как модель, скажем, центральной нервной совокупности… Да, человек — это компьютер (т. e. жестко детерминированная совокупность — В. А.), но в один момент, он что-то вечно большее, чем компьютер — большее в другом измерении».

К. Роджерс более детально проводит сравнение человека с компьютером, и это сравнение, на мой взор, ужасает. Он рассуждает так: если бы человек был полностью открыт собственному опыту, он бы верно строил собственный поведение. Как раз для того чтобы человека возможно назвать полнополезно функционирующим. Для того чтобы человека, по Роджерсу, возможно сравнить с огромной счётной электронной машиной. Он так же, как машина, вбирает в себя все бессчётные эти и скоро вычисляет, как функционировать, дабы в следствии был взят самый экономичный вектор удовлетворения потребностей в каждой конкретной ситуации. К сожалению, у многих из нас имеется недочёты, которые приводят к неточностям в этом ходе. К примеру, включается информация, которая не относится к данной обстановке, либо исключается информация, которая к ней относится, сознание не допускает в обработку определенные пугающие переживания и т. п. Итак, в случае если я правильно осознал Роджерса, полноценно функционирующий человек — это хороший (всецело детерминированный) компьютер, а простой человек — это сломанный компьютер, у которого бывают сбои и нарушения детерминации. Могу согласиться, что в таковой интерпретации мне совсем не хочется быть простым человеком, но ещё менее хочется становиться полноценным.

Гуманисты-психологи большое количество говорят и пишут о осознания и роли сознания в ходе свободного выбора, С одной стороны, как уже говорилось, сознание мешает идти человеку предначертанным методом, но с другой — лишь через осознание этого предначертания человек может принять верное ответ. Вот вывод Э. Фромма: «Ясное осознание обстановки есть решающим причиной при принятии решения в пользу лучшего, а не нехорошего. Наряду с этим речь заходит:

об осознании того, что прекрасно и что не хорошо;

об осознании того, какой метод действия в конкретной обстановке подходит с целью достижения желаемой цели;

об осознании собственных неосознанных жажд;

об осознании настоящих возможностей, между которыми имеется выбор;

об осознании последствий, каковые повлечет за собой ответ;

об осознании того, что осознание, как таковое, нам не окажет помощь, если оно не идет рука об руку с жаждой функционировать, с готовностью взять на себя лишения и боль — неизбежные, в случае если действовать наперекор своим страстям» 3.

1Роджерс К. Ук. соч., с. 241.

2Фромм Э. Душа человека. М., 1992, с. 95,

Роль сознания скорее декларируется, чем внятно логически обосновывается. Она поясняется хорошими примерами из судьбы либо психотерапевтической практики. Проникновение сознания в личные внутренние импульсы, организмические эмоции и неосознанные жажды описывается по существу как мистический процесс. Неприятность проверки правильности для того чтобы мистического проникновения действительно не обсуждается. Так, самая ответственная неприятность для мистического незнания отходит на второй (если не на третий) замысел. Человек, подразумевается, лучше кого-либо другого знает и осознаёт сам себя, пускай и не поймёт этого. Предполагается, к тому же, что в конкретной обстановке как раз психотерапевт может оказать помощь человеку понять, «правильно осознать» собственные эмоции. Психотерапевт приобретает право возможность играться особенную роль — на Востоке людей с таковой ролью, предварительно прошедших тернистый путь духовного очищения и передающих собственный миропонимание вторым людям, именуют гуру.

Гуманистически ориентированные психологи поймут незавершённость и теоретическую слабость собственной позиции. Но, додают, она и обязана такой являться, чтобы твёрдый каркас теории не мешал им в настоящем ходе психотерапии попадать в изменчивый мир другого человека. Прекрасные книги, написанные гуманистами с художественным блеском, практические удачи, в особенности заметные в области групповой психотерапии, где их технологии и замыслы принесли спасение миллионам людей, духовность основателей и личная мудрость гения создали гуманистически ориентированной психологии огромную популярность. К тому же, часть научной массы смогла подхватить развитые в ней технологии и стала деятельно, «с эмоцией глубокого личного удовлетворения», их использовать.

Это содействовало формированию идей гуманистов в психотерапевтическом сообществе. Но это выяснилось и очень страшным. Так как многим так приятно, не совершая никаких духовных подвигов, действуя в соответствии с заданным предписаниям, внезапно появляться в роли гуру. Современные психологи-практики, специализируясь на работе с группами и овладев элементами гуманистической разработке, уже не обязательно опираются на этическую позицию и воззрения гуманистов. Они что попало додают к ним каждые учения (от бихевиоризма до психоанализа), тем болеее каждые методы практической работы — всё, что возможно приспособить к потребностям клиентов 1.

Подведём результат.

1 См. Рудестам К. Групповая психотерапия. М., 1990.

* Гуманисты вернули в психологию неприятности, каковые раньше из нее деятельно изымались как ненаучные: осознание себя и собственного назначения в жизни, смысл жизни, личная ответственность и свобода за собственные поступки.

* Осознание собственных помыслов — тяжёлая задача. Однако, человек знает, не смотря на то, что и не всегда светло осознаёт, какие конкретно неприятности для него являются значительными, в каком направлении ему нужно идти. Лишь через осознание этого предначертания человек может принять верное ответ.

* Ответ многих личных неприятностей, излечение от психологических травм зависит от осознания обстановки и самого себя. Осознание играется замечательную роль в организации собственного поведения.

* Осознание как таковое не окажет помощь, если оно не идет рука об руку с жаждой функционировать наперекор своим страстям. Бихевиоризму был нанесен важный урон. Но гуманистическая психология, со собственными не через чур рациональными конструкциями, освободила от бихевиоризма только маленькую область практической деятельности, покинув ему для разработки практически всё поле конечнонаучной работы. Она не создала настоящей концепции, которая имела возможность бы противостоять исследовательскому азарту бихевиористов. Окончательно собственного очарования для широкой массы поклонников бихевиоризм лишился лишь по окончании очередной революции в психологии.

08 Гуманистическая психология


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: