Индивидуальная уязвимость моральных структур личности

Какие конкретно же особенности морального сознания личности предрасполагают к переходу распрей в кризисы? Дабы ответить на данный вопрос, разглядим этические категории долга и счастья. Понятие счастья обозначает состояние громаднейшей удовлетворенности условиями собственной жизни, ее осмысленности и полноты, его идеалов представлений и осуществления человека о собственном назначении. В зависимости от того, как истолковывается смысл и назначение людской судьбе, понимается и содержание счастья. Так, понятие счастья у различных людей связывается с различными совокупностями значений, среди них и моральных. Для одних счастье пребывает в удовлетворении их материальных запросов, для других — в личной автономии, для третьих — в творчестве, служении людям и т.д. Но так или иначе, количественные градации счастья отражают в интегральной форме степень удовлетворенности потребностей человека, реализации его устремлений и нравственных идеалов. Долг же как этическая категория высказывает совокупность внешних нравственных требований, обязанностей перед обществом и другими людьми, он связан с понятиями ответственности, верности и т.п.

Различаясь по своим основаниям, долг и счастье в обобщенном виде ближе всего стоят к интересующему нас жизненному смыслу. Через них элементы морального сознания воздействуют на жизненный суть. Потеря счастья (либо происхождение несчастья) благодаря обрисованных выше конфликтных обстановок влечет и потерю смысла жизни — в случае если в структуре морального сознания личности не активизируется категория долга. Чувство долга может удержать жизнедеятельность на уровне, нужном для преодоления преград, стимулировать формирование крайне важных целей, наполнить существование смыслом, т.е. содействовать выходу из кризиса, так происходит, к примеру, с теми, кто испытывает ответственность за судьбу родных, имеет заботы и объекты привязанности. При отсутствии таких объектов, например, у одиноких лиц, возможностей для актуализации сознания долга значительно меньше и преодоление кризисных обстановок быстро затрудняется. Так, с позиций структуры морального сознания к переходу распрей в кризисы предрасполагает, например, субъективная несбалансированность долга и категорий счастья: чем больше разрыв между высокой низкой идеалов значимостью и значимостью счастья долга, тем уязвимее личность к психотерапевтическим кризисам.

Подобную уязвимость личности создают и диспропорции вторых элементов морального сознания, ведущие к необычной моральной акцентуации, к дисгармонии моральных сокровищ, и в итоге — понижается устойчивость жизненного смысла в стрессовых обстановках. Так, к примеру, происходит с людьми, очень чувствительными к ущемлению преимущества, очень совестливыми либо обостренно принимающими несправедливость (в том смысле, что они вкладывают в это понятие), Существуют и другие варианты уязвимости личности, которые связаны с фрагментарностью структур морального сознания, с ослаблением связей между его элементами, сужением сферы моральных представлений. В этом случае концепты хороша, справедливости, чести и др. функционируют изолированно, не подкрепляя друг друга, и это формирует устойчивости и потенциальную угрозу целостности жизненного смысла. К такому же результату приводит и отсутствие содержательных жизненных программ, личностно дальних целей и значимых интересов.

Более устойчивыми к кризисам оказываются люди с пропорционально развитой, гармоничной, целостной структурой морального сознания.

Для верного понимания изложенного нужно выделить два значительных момента. Во-первых, отмеченные изюминки морального сознания не порождают кризисного состояния, а только создают для него субъективные предпосылки, увеличивают возможность перерастания распрей в кризисы. Во-вторых — и это особенно принципиально важно в социально-этическом замысле — несбалансированность, акцентуация и тому подобные деформации структур морального сознания ни в коей мере не равнозначны понижению этического уровня личности и тем более безнравственности, безнравственности и т.д. (Отметим, что к числу факторов для того чтобы дисбаланса морального сознания выше была отнесена и обостренная совестливость.) Так что было бы неотёсанной неточностью раздавать лицам с хорошей социальной ориентацией отрицательные моральные оценки на том только основании, что их моральное сознание отличается необычной структурой, предрасполагающей к психотерапевтическим срывам в экстремальных обстановках.

Появляется вопрос: а подвержены ли психотерапевтическим кризисам нравственно незрелые личности либо те, у которых случилась деградация моральных сокровищ? Возможно высказать предположение, что нравственная незрелость, как и понижение нравственного уровня (безнравственность) чаще проявляются не в равномерной нивелировке элементов морального сознания, а в их фрагментации при качественных искажениях (ложно осознаваемое преимущество, извращение представлений о зле и добре, справедливости и т.д.) и социально-негативных ориентациях. Такие структуры не исключают возможности перерастания распрей в кризисы при своеобразных событиях. А вот более недоразвитие и резкое снижение морального сознания (что отмечается при серьёзных дефектах развития и душевных заболеваниях психики) сужает территорию кризисных обстановок. Полное же его отсутствие, по сути, не совместимо с понятием личности и происходящими с ней кризисами.

Социальная психология. Структура личности по К.К. Платонову.


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: