Исламская догматика (акида)

Таухид и шахада

Фундаментальным принципом исламской веры есть единобожие (таухид).

Само слово «таухид» происходит от арабского глагола «уахада», означающего «быть единым, единственным».

Само это слово в Коране ни разу не видится и было введено в качестве термина, обозначающего единобожие, потом факихами.

В Коране в аяте 112:1 говорится, что «Аллах – ахад».

В большинстве случаев на русский язык эту фразу переводят так: «Аллах – один (един)».

Всецело же сура 112 гласит:

Сообщи: «Он – Аллах – един (ахад),

Аллах вечный; не родил и не был рожден,

и не был Ему равным ни один (ахад)!

Но в случае если конечное потребление слова «ахад» в конце суры не вызывает вопросов с позиций стандартной фразеологии литературного арабского языка, то в первом случае оно очень нетипично.

Слово «ахад», в большинстве случаев, употребляется не само по себе, но в разных словосочетаниях. К примеру, «ахад мин аль кафирин» – один из неверных. Другими словами слово «ахад» по собственной семантике таково, что оно не предполагает единственности в смысле уникальности, неподражаемости и несравненности, а, наоборот, предполагает одно явление, предмет из многих ему аналогичных.

К примеру, по-арабски возможно сообщить: «Ля уриду ан ухбира газа сиррун иля ахад». Это значит: «Я не желаю информировать эту тайну ни единому (из людей)».

В качестве приемера отыщем в памяти начало муааллки Набига Аз-Зубаяни, где он применяет как раз слово «ахад», в то время, когда желает сообщить о том, что в милых его сердцу развалинах становища племени его любимой нет ни единого из людей:

«…остановился я перед ними (развалинами)поутру, взывая к ним.

Но ответа не было, и нет ни единого (ахад) в становище…»[18].

В доисламских письменных монументах слово «ахад» употребляется неизменно как раз в подобном смысле, и нигде не употребляется в качестве синонима слова «уахид», означающего «один», «единственный».

Аль-Маарри в собственных стихах в один раз упрекал людей за слепое следование традиции и за то, что они не думают над данной изюминкой Корана:

Во всех делах твоих ограничиваешься ты традицией,

Кроме того именуешь Господа твоего Единого «ахад».

Вправду, комментарии Корана обходят эту проблему молчанием.

В комментариях муфассиры мало подходящее в данном контексте слово «ахад» словом «уахид», имеющим в арабском языке именно требуемое в данном контексте значение «один», «единственный», говоря наряду с этим, что «ахад» в этом случае значит «уахид», и на этом успокаиваются…

Попутно стоит подчернуть, что сура 112 «Честность» содержит еще одно загадочное слово – «самад».

В тафсирах этому слову дают объяснение не просто как лексической единице, а как лексической единице, существующей в строго определенном контексте, да к тому же говорящей о всевышнем.

Табари (погиб в десятом веке) приводит мнения ранних толкователей (последователей Мухаммада), в соответствии с которым, «самад» в этом случае толкуется как «не имеющий утробы, дабы имеется и выпивать», «цельный», «тот, из коего нет ничего, что выходит», «имеющий величие и славу», «пребывающий, что не закончится», «вечный»[19].

Из этого видно, что самые ранние толкователи из сахаба и табиун сами были в полном неведении относительно значения данного слова в данном контексте и, наверное, ориентировались на целый спектр вероятных значений этого слова в арабском языке.

Спектр данный достаточно широк, так, в соответствии с самым фундаментальным толковым словарям по арабскому языку, слово «самад» вероятно значит: «мужественный», «терпеливый», «жёсткий», «утвержденный» и пр.

Эта многозначность видна и из потребления этого слова в доисламской поэзии, из языка которой, фактически, и вышел Коран.

Так, у доисламского поэта Тарафы ибн аль-Абда слово «самад» употребляется в значении «мужество/твердость»: «Они – приятели,имеющие разумность мужественности/твердости»[20].

Тот же поэт сравнивает себя со гором ровной,утвержденной/недвижной, применяя однокоренное слово«мусаммад»[21].

Итак, каков же Аллах, в соответствии с данной суре «ясного Писания», – совсем неясно кроме того для его последователей и сподвижников Мухаммада.

Но в хадисе сборника Бухари Мухаммад, говорит, что эта сура равна трети всего Корана.

Возвращаясь как раз к таухиду, направляться заявить, что противоположностью таухиду есть «ширк» – многобожествование, придание Аллаху сотоварищей, т.е. равных ему.

«Мушрикун» – многобожники – это нехорошие из неверных, стоящие на самой последней ступени в исламской иерархии кафиров.

В комментарии Ибн Касира на Коран 19:91 по поводу ширка читаем следующее:

«От многобожествования содрогаются небо, почва, горы и все творение… И как не приносят пользы многобожнику его хорошие дела, так мы сохраняем надежду, что Аллах забудет обиду грехи единобожников.

Так как посланник Аллаха сообщил: кто сообщит при смерти шахаду, что нет всевышнего, не считая Всевышнего (Аллаха), тому гарантирован эдем.

Они сообщили: «О, посланник Аллаха, а что тот, кто сообщит это в здравии?!» – «Тому гарантия из обеспечений. Клянусь тем, в чьей руке моя душа, в случае если небо, почву, все, что между ними, и все, что под ними, положить на одну чашу весов, а на другую положить свидетельство о том, что нет всевышнего не считая Всевышнего, – то она перевесит»[22].

Так, кроме того заступничество Мухаммада перед Аллахом за его дядю Абу Активиста движения Талибан, не сообщившего перед смертью «нет всевышнего, не считая Всевышнего», не избавило последнего от ада, а лишь обеспечило ему лучшее место в аду.

В этом месте адский пламя добывает ему только до щиколоток, но он так тепёл, что от него кипит кроме того его мозг[23].

Как раз исповедание единобожия есть первой частью шахады (исповедания веры).

Второй частью шахады есть исповедание Мухаммада в качестве пророка.

Сама шахада формулируется так: «Нет всевышнего, не считая Всевышнего (Аллаха), и Мухаммад – Его посланник».

Текста шахады в Коране нет и составлена она была потом.

Самое раннее ее письменное упоминание относится ко времени возведения омеядским халифом Абд аль-Маликом мечети на храмовой горе в Иерусалиме, на куполе которой и была высечена шахада.

В самых ранних исламских источниках мы находим разные варианты шахады.

В частности, в тафсире Табари в соответствующем хадисе говорится: «Воистину Аллах повелел мне сражаться с людьми, пока они не будут сказать «нет всевышнего, не считая Аллаха»[24].

Примечателен тот факт, что Мухаммаду было повеление сражаться лишь за первую часть нынешней шахады: «нет всевышнего, не считая Аллаха», но не за вторую: «и Мухаммад – Его посланник».

Совершенно верно в таком же варианте передает данный хадис ссылаясь на Бухари и Ибн Касир[25].

Но в случае если мы взглянуть на современный текст данного хадиса у Бухари, то найдём в том месте вставку. В этом тексте хадиса мы читаем: «До тех пор пока они не будут сказать: «Нет всевышнего, не считая Аллаха, и Мухаммад – его посланник»[26].

Фактически, во многих хадисах «шахада» не включает в себя прибавления «и Мухаммад – его посланник».

Имеется кроме этого традиция, возводимая к Мухаммаду, в соответствии с которой: «тот, кто погиб, зная, что нет всевышнего, не считая Всевышнего, тот вошел в эдем»[27].

Имеются и более пространные формулировки свидетельства исламской веры.

В одном из хадисов Мухаммад, отвечая на вопрос о том, что такое вера, говорит, что вера пребывает в том, дабы «верить в Аллаха, его ангелов, его Писания, во встречу с Ним, в его посланников и в воскресение мертвых».

В другом хадисе, Мухаммад отвечает: «Ислам пребывает в том, дабы верить в Аллаха и не приобщать к нему никого, выполнять предписанную молитву (по исламскому обряду), давать установленный закят (сумму в неспециализированную казну общины) и поститься в Рамадан»[28].

Лишь в некоторых хадисах к первому компоненту из списка составляющих ислама прибавляется «верить в Мухаммада как в посланника Аллаха»[29].

В некоторых хадисах это главное исповедание включает в себя и утверждение о том, что «Иисус – сын и раб Аллаха собственной матери и Его слово, которое Он кинул на Мариам, и дух от Него».

Тем, кто засвидетельствует это, обещается, что он не войдет в преисподняя, либо, в соответствии с второму варианту, «Аллах введет его в эдем любыми из восьми дверей»[30].

В еще одном хадисе в сборнике Муслима к определению того, что такое вера, прибавляется еще одна составляющая веры: «верить в предопределение всецело»[31].

Предопределение

В первую очередь, говоря о предопределении в исламе, нужно подчернуть, что концепция предопределения, как и фактически все в исламе, не есть чем-то уникальным кроме того в пределах арабской экумены. Эта концепция была частью вер арабов доисламской Аравии. Письменных тому свидетельств мы находим очень много в трудах доисламских поэтов.

Так, Амр ибн Кальсум в собственной муаллаке говорит среди другого:

Воистину, достигнет нас смерть, предопределенная нам,

И мы для нее предопределены…

Антара в одной из собственных касыд говорит не меньше светло о божественном предопределении:

В случае если определение Аллаха – дело предопределенное,

То как убежит от него человек либо предохранится?!

В соответствии с Корану, «Аллах сбивает с пути, кого захочет, и наставляет на прямой путь, кого захочет» (6:39).

Комментарии Корана информируют, что наставление от неверия к вере, равно как и введение в заблуждение от веры к неверию, осуществляется Аллахом в соответствии с тому, что написано в «Матери Писания»[32].

В исламской традиции утверждается, что предопределение о каждом человеке Аллах совершает, в то время, когда он еще находится в утробе матери.

Причем это предопределение таково, что, в случае если человек творит «дела людей ада» (злые дела) так, что между ним и адом расстояние остается меньше, чем в локоть, «написанное берет собственный» (????? ???? ??????), и он делает дела людей рая и входит в него»[33].

У Муслима имеются еще более категоричные хадисы о предопределении.

В одном из них Мухаммад показывает, что каждому уже написано его место в аду либо раю, а на вопрос, что же делать, он отвечает: «Ничего не делать, потому что каждому будет то, что ему уготовано»[34].

Практически такой же ответ дает, в соответствии с традиции, Мухаммад на вопрос о том, для чего же верующие трудятся (делая добро), в случае если уже известно, кто будет в раю, акто в аду[35].

Действительно, в рамках данной модели неясно, для чего сам Мухаммад, как мы определим из хадисов, сперва показывает, что сердца всех людей находятся в пальцах Аллаха и он распоряжается ими, как захочет, а после этого молитвенно взывает: «О, Распоряжающийся (букв. «крутящий») сердцами! Утверди сердце мое на твоей религии!»[36].

Само грехопадение, в соответствии с исламской традиции, кроме этого было выяснено самим Аллахом, по данной причине Адам в одном из хадисов заявляет о собственной невиновности в грехопадении[37].

В целом в исламе имеется достаточно необычная концепция грехопадения.

В частности: по окончании вкушения запретного плода Ева и Адам говорят, обращаясь к Всевышнему: «Господь отечественный! Мы поступили несправедливо по отношению к себе, и если Ты не забудешь обиду нас и не смилостивишься над нами, то мы обязательно окажемся одними из потерпевших урон».

На что Всевышний отвечает: «Низвергнитесь… Почва будет для вас предметом и обителью пользования на некое время» (7:23-24).

Из коранического повествования направляться, что, не обращая внимания на покаяние Евы и Адама, Всевышний изгоняет-таки их из рая.

Это, как минимум, необычное ответ для того, кто именуется в Коране «принимающим покаяние» и «милостивым» и к тому же сам выяснил этому грехопадению быть.

У муфассиров нет кроме того попыток разглядеть это наиболее значимое место в Коране. Никто из них по большому счету не обращает внимания на необычное несоответствие между фактом покаяния первых людей и наказанием, которому они подвергаются, как будто бы никакого покаяния и не было[38].

Это при том, что в Коране же утверждается, что Всевышний забыл обиду Адама и направил по верному пути (20:121-122).

Что еще более необычно, поскольку в случае если Аллах забыл обиду, то за что же и из-за чего тогда наказал, из-за чего не вернул в эдем?! Данный вопрос комментаторами Корана кроме этого не рассматривается.

Предопределение есть ответственным вероучительным нюансом ислама. Это вероучение сильнейшим образом отразилось на всей культуре, мышлении исламских народов и арабов по большому счету, что, со своей стороны, наложило сильнейший отпечаток на всю арабскую и исламскую литературу.

Один из величайших арабских поэтов написал такие строки о предопределении:

Объяли нас бедствия, от коих нет средства.

И в случае если имеется среди нас праведник, то уникальность он.

Но не испортились нравы отечественные по выбору отечественному,

Но при помощи обусловленного предопределением…

У того же поэта:

…В случае если случившееся – (часть) предопределения,

То замедление мое – не хуже стремительности[39].

Коран

Коран и современное корановедение

Хрестоматийные сведения о Коране имеются во многих российских отвлечённых изданиях. Характерной чертой большинства этих изданий есть большая точность в воспроизведении исламской версии происхождения Корана, сведении его в единый свод, канонизации и развитии его структуры и текста.

В соответствии с исламскому вероучению, Коран ниспосылался Мухаммаду отдельными порциями в течение 23 лет его пророческого служения через архангела Джибраила. Первые тринадцать лет – на протяжении его проживания в собственном родном городе Мекке, а последующие десять, по окончании его миграции (хиджры) в Медину, – в Медине.

Из этого следует разделение аятов и сур на мекканские и мединские.

Согласноисламским источникам, сподвижники Мухаммада стали записывать Коран еще при его жизни. Исламская догма с особенной настойчивостью показывает, что при жизни Мухаммада Коран был полностью письменно зафиксирован. Но не в этом виде единой книги, а в виде отдельных, еще не собранных совместно аятов.

Основная неприятность при изучении истории Корана, канонизации и процесса унификации его текста пребывает в том, что, в отличие от библеистики, в карановедении отсутствует кроме того полный каталог имеющихся манускриптов. До сих пор не проделана всецело работа по сравнительному анализу этих манускриптов между собой и с современным стандартным Кораном. Во многом такое положение позвано сопротивлением мусульман проведению таких изучений.

Мусульмане категорически против применения к манускриптам Корана тех же способов изучения, что и к манускриптом Нового Завета.

Так, к примеру, по окончании обнаружения старейших манускриптов Корана в столице Йемена Саане к ним были допущены двое германских ученых, сделавших тысячи снимков найденных манускриптов, но, по окончании того как они нашли огромное количество текстовых различий в этих манускриптах с текстом современного Корана, их заставили свернуть собственные изучения.

Но все же кое-какие рукописи были прочтены при действии инфракрасного света, что разрешает заметить написанный на них первоначально текст, а не тот, что был написан поверх потом, по окончании того как прошлый текст был смыт.

В следствии этого достоянием науки стали самые ранние текстовые вариации в Коране.

Во многом под влиянием указанных находок в 2006 году в Берлине под управлением известного исследователя Ангелики Нойер был запущен проект CorpusQuranicum, целью которого есть издание коранического текста с указанием всех известных его текстовых вариаций, раскрывающих сложную и продолжительную эволюцию текста Корана.

Так, на данный момент наконец-то корановедение имеет шанс вырасти в коранистику. Другими словами стать по примеру библеистики наукой, основанной на изучении материальных свидетельств, а не на информации, предоставляемой представителями самой религии из ее вероучительных источников, написанных практически двести лет спустя по окончании интересуемых событий.

Учение о несотворенности Корана

В соответствии с верам мусульман, Коран есть несотворенным, вечным словом Аллаха. Его текст не имеет земной истории и его сегодняшний вид точь-в-точь соответствует виду, что имеет Коран в «хранимой скрижали», находящейся на небесах и являющейся несотворенной и вечной.

Но, нигде в Коране нет обоснования данной догмы в формулировках, каковые бы давали возможность смертным заключить о его несотворенности. В Коране нигде не говорится, что его текст «несотворен» либо «вечен».

В исламской традиции считается, что указаниями на наличие несотворенного небесного оригинала помогают упоминания в Коране о «хранимой скрижали» и о «матери Писания» (13:39).Наряду с этим в исламе нет никакого четкого представления об этом небесном оригинале Корана.

Так, тафсиры приводят множество хадисов от сподвижников Мухаммада, призванных растолковать, что же такое «матерь Писания» и что имеется тут в виду под Писанием.

В соответствии с хадису, передаваемому от Катада, «матерь Писания» – это «его основа и совокупность Писания».

В соответствии с хадису от Дахака,это «его знание и совокупность Писания, другими словами то, что Аллах отменяет и утверждает».

Табари говорит, что у Него база Писания утвержденная и стертая (отмененная), а совокупность этого в Писании, которое – у Аллаха.

Глагол «утверждать» огласовывали по-различному, в следствии чего одни думали, что тут стоит глагол «юсаббиту» в значении «утверждает как имеется и не стирает»; другие же думали, что в данном аяте имеется глагол «юсбиту» в значении «он пишет».

Сам Табари стоит за первое чтение, потому, что второе предполагает, что Аллах что-то вычеркивает в матери Писания[40].

Упомянутая же в Коране «хранимая скрижаль» и созданное потом в исламе в контексте этого упоминания учение о несотворенности Корана неизвестно как именно согласуются с упоминаемыми в Коране (98:2) «очищенными свитками», каковые просматривает «посланник от Аллаха».

Так, Асфагани определяет свиток как что-то рапростертое/развернутое, на чем пишут, а «ляух» — как то, что из дерева и что, в соответствии с кораническому тексту, может иметь в себе гвозди (54:13)[41].

Соответственно, не светло, в каком же виде предвечно существует коранический текст, в виде доски/скрижали либо все-таки в виде свитков?! Наряду с этим в традиции эти два разных явления отождествляются.

Так, Табари в комментарии на 80:13-16 пишет о том, что под «почитаемыми, возвышенными, очищенными свитками» имеется в виду «хранимая скрижаль»[42].

«Хранимая», в соответствии с комментариям Корана, свидетельствует оберегаемая от «убавления и прибавления», и от «изменения и подмены».

Наряду с этим, в соответствии с хадису от Муджахида, эта скрижаль именуется «матерью Писания».

В соответствии с Катаде, она хранится «у Аллаха», в соответствии с Малику — «на лбу Исрафила»[43].

Но, в случае если хранимая матерь и скрижаль Писания – это сущность заглавия одного и того же различными наименованиями и в случае если хранимая скрижаль=матерь Писания потому именуется хранимой, что она оберегается Аллахом от «убавления и прибавления», то как же тогда Аллах «стирает и утверждает в ней», в соответствии с его комментариям и Корану?

И в случае если под очищенными свитками, каковые просматривает Мухаммад, имеется в виду хранимая скрижаль=матерь Писания, то получается, Мухаммад имел доступ к хранимой скрижали?

Но в случае если это так, то в чем тогда суть ниспослания ее Мухаммаду, к тому же через посредника (Джибраила)?

Сложность для того чтобы само себя опровергающего вероучения еще более осложняется тем, что, в соответствии с Ибн Аббасу и Икриме, существуют два Писания: Писание, в котором Аллах стирает и утверждает, и сама матерь Писания.

Наряду с этим ничего не говориться о том, где находится это второе, в котором Аллах стирает и утверждает. Не говоря уже о том, что неясно, для чего Аллаху черновик и чистовик Писания, в котором он черкает?!

Не светло кроме этого, Писание, которое для каждого срока собственный (13:38), в которых, в соответствии с хадису от Дахака, Аллах стирает и говорит, что захочет, соотносится как-то с матерью Писания=хранимой скрижалью=очищенными свитками либо нет?

Собрание Корана в аутентичность и свод его текста

Джалал ад-Дин ас-Суйути в собственном фундаментальном труде «Совершенство в коранических науках», приводя свидетельства сподвижников Мухаммада, пишет о том, что при жизни Мухаммада Коран не был собран: «Дайракули сказал в собственном произведении «Поучения»: «Говорил мне Ибрахим ибн Башшар, а ему говорил Суфйан Ибн Уйайна со слов Зухри, а тот от Убайда, а тот от Зайда ибн Сабита, что сказал: «В то время, когда пророк… скончался, Коран еще совсем не был собран»[44].

В соответствии с этим свидетельствам, единственная неприятность пребывала в том, что все записанные различными людьми аяты не были собраны в единый свиток. Но кроме того при поверхностном чтении исламских источников очевидно, что неприятность была как раз в том, что не все из Корана было записано в принципе.

Совсем точно известно из самих исламских источников, что сам Мухаммад не давал распоряжения собрать Коран, это сделал второй в череде преемников Мухаммад халиф -Умар, опасаясь потери текста Корана: «Ибн Дауд выводил через извод ал-Хасана ал-Басри, что Умар задал вопрос об одном аяте из писания Аллаха, а ему ответили: «Данный аят не забывал такой-то, а он убит в бою в Йамаме». Тогда Умар… повелел собрать Коран»[45].

Фактически, кроме того из этого свидетельства разумеется, что, по крайней мере, один коранический аят таки был потерян.

Но в сунне имеются прямые свидетельства о утрата частей изначального Корана.

Так, Сиджистани приводит хадис от Ибн Шигаба, в котором говорится: «В сутки битвы при Ямаме были убиты те, кто знал очень многое ниспосланное из Корана. По окончании же их смерти это уже не было известно и не было записано. В то время, когда же Усман и Умар собирали Коран, то они не нашли этого уже ни у кого более…»[46].

Дело собрания Корана в свод было инициировано Умаром по обстоятельству опасений утраты многого из Корана, поддержано правившим тогда Абу Бакром и поручено им Заиду ибн Сабиту, что был секретарем Мухаммада.

Вот как об этом повествует исламская сунна: «Говорил Заида ибн Сабит, что был одним из тех, кто записывал откровение: «В сутки смерти людей при Ямаме отправил за мной Абу Бакр (первый халиф, преемник Мухаммада на месте начальника исламской общины). (Когла я пришел) с ним был Умар.

Абу Бакр сообщил: «Пришел ко мне Умар и сообщил: «В сутки Ямамы была жаркая резня, и большое количество из чтецов (знатоков) Корана погибло. Я опасаюсь, что утраты среди чтецов Корана продолжатся и очень многое из Корана будет утрачено, разве лишь мы соберем его (Коран)»…Абу Бакр сообщил: «Я сообщил Умару: как мы можем делать то, чего не делал посланник Аллаха?!». Умар ответил: «Но так как это, клянусь Аллахом, дело благое!..»[47].

Из вторых хадисов мы определим, что сам Заид ибн Сабит не соглашался делать то, о чем не сказал Мухаммад.

В то время, когда же его таки убедили начать собирать Коран, то он сказал: «Если бы они (Абу Бакр и Умар) повелели мне перенести гору с ее места, то это было бы не так тяжело, как то, что они повелели»[48].

Но неприятности с собранием Корана в единый свод этим не исчерпываются. В частности, кроме того те части, каковые сохранились, были записаны с нарушением принципа «мутауатир» т.е. принципа точной передачи.

В частности, Бухари цитирует Заида ибн Сабита, которому было поручено Абу Бакром (по окончании уговоров Умара) заняться собранием Корана: «Я (Заид ибн Сабит) начал искать и собирать Коран с пальмовых листьев, камней и из сердец мужей». Финиш суры «Покаяние»: «Пришел к вам посланник…» и потом до конца суры «Отречение» (9:128-129): «Я отыскал у Абу Хузаймы ал-Ансари и больше ни у кого»[49].

Последнее свидетельство сложно примирить сучением исламской догмы о том, что Коран ко времени смерти Мухаммада был полностью записан, потому, что в случае если высказать предположение, что Сабит еще при Абу Бакре собрал Коран, то для чего тогда Умару задавать вопросы кого-то о некоем аяте из Корана, в то время, когда ему для этого необходимо было бы по уже записанному тексту, а не надеяться на память того, кто к тому же, как выяснилось, погиб к тому времени?!

Имеется кроме этого неприятность и с сохранностью начального записанного текста.

Так, Айша (любимая супруга Мухаммада) говорила, что лист, на котором были записаны два аята, один из которых был аятом о раджме (побивании камнями), а второй аят о кормлении грудью взрослых мужчин, пребывавший у нее, был съеден домашним животным, в то время до тех пор пока все были заняты похоронами Мухаммада[50].

Ахмад Али аль-имам передает свидетельство Суйути о том, что сура 33 вмещала 200 аятов и что, в то время, когда Усман собирал Коран, он смог отыскать лишь то, что имеется на данный момент, и что сура 9 в ее нынешнем виде представляет собой только четвертую часть оригинала.

Ибн Умар сказал то же самое: «Никому не нужно сказать, что он запомнил целый Коран, потому что он не знает, каков полный Коран, потому, что очень многое из Корана было стёрто с лица земли. Скорее, ему направляться сказать, что он запомнил то, что удалось отыскать из Корана»[51].

У Бухари по этому поводу имеются следующие свидетельства: «Говорил нам Раби` от Хишама… от Урвы от Айши, доволен ею Аллах, что она сказала: «Пророк, услышав (в один раз), как некоторый человек просматривал Коран, сообщил: «Да будет милостив Аллах к этому человеку, потому что он напомнил мне такой-то аят из такой-то суры».

Мухаммад ибн Умайд ибн Маймун говорил нам, что Иса передавал от Хишама (додавая): «что я потерял (забыл)». Ему (Мухаммаду ибн Умайду) следовали Алийун ибн Масгар и Абдат от Хишама»[52].

Следом Бухари приводит практически точь-в-точь такой же хадис от Ахмада ибн Аби Раджа от Абу Асамы … от Айши, в котором имеется следующее добавление: «аят, что я забыл по воле Аллаха» (букв.: я был вынужден забыть)[53].

«Говорил нам Абу Ну`aйм от Суфьяна от Мансура от Аби Уаиля от Абдаллы, что сказал: «Посланник Аллаха сообщил: «Не хорошо для кого-либо из них сказать: я забыл такой-то аят». (В действительности) было так устроено, что он забыл»[54].

«Говорили … от Анса ибн Малика, доволен им Аллах, что пара племен попросили посланника Аллаха оказать им помощь против их неприятелей и посланник Аллаха оказал им помощь семьюдесятью ансарами, которых в их время именовали чтецами. Они собирали днем дрова, а ночью совершали молитву. В то время, когда они пребывали у колодца Ма`уна, их вероломно убили. Пророк определил об этом и в продолжение месяца проводил утро в молитве, проклиная эти племена.

Анс сказал: «Мы просматривали (откровение) из Корана о них, которое позже было отменено: «Уведомьте отечественный народ довольно нас, что мы встретились с нашим Господом и он доволен нами, а мы довольны им…»[55].

Муслим приводит слова Абу Мусы: «Мы просматривали суру, по строгости и длине подобную суре «Корова». Я забыл ее и не забываю из нее лишь эти слова: «Если бы было две равнины, наполненные сокровищами для сына Адама, он захотел бы третьей, и ничего не наполнило бы пузо сына Адама не считая праха». Мы кроме этого просматривали суру, подобную одной из «Мусаббихат». Я забыл ее и не забываю из нее лишь это: «О, те, каковые уверовали, из-за чего вы рассказываете то, чего не делаете» и «Это записано на ваших шеях как свидетельство, и вы станете спрошены об этом в сутки Воскресения»[56].

Еще одна проблема заключается в том, что Мухаммад не считал Сабита лучшим знатоком Корана, потому, что, назвав четырех людей, у которых направляться обучаться Корану, Мухаммад по большому счету не упомянул Заида ибн Сабита: «Учитесь Корану четырех: у Ибн Мас`уда, Салима Мауаля ибн Хузайфа, Убаййя ибн Кааба и Магаза ибн Джабаля»[57].

Но проблемное поле не заканчивается на этом, а простирается еще дальше, потому, что из самих исламских источников как мы знаем, что лучшие специалисты по Корану, указанные самим Мухаммадом, уже собрали Коран до Сабита.

До тех пор пока Заид занимался собранием собственного свитка, что позже хранился у Абу Бакра, а по окончании него у Умара, а по окончании у Хафсы (одной из дочери Умара и жён Мухаммада), никакой оппозиции со стороны указанных лучших знатоков Корана не было, потому, что у них, как и у последовательности вторых сподвижников, были собственные свитки Корана[58], но в то время, когда Усман решил покинуть один свиток – свиток Сабита, а все остальные изъять и стереть с лица земли, Ибн Мас`уд как единственный из указанных четырех знатоков, кто был еще жив, выступил быстро против.

Сиджистани в его «Книге свитков» приводит с различными иснадами последовательность хадисов, в которых имеются свидетельства того, что ибн Мас`уд отказывался отдавать собственный вариант Корана и возмущался тем, что вариант Корана Сабита предпочли его варианту, говоря, что только бог ведает Коран так, как он, и что он взял лично от посланника Аллаха более семидесяти сур Корана, в то время, когда Зайд был еще ребенком и игрался с детьми (в соответствии с второму хадису, «я принял ислам, в то время, когда Заид был еще в чреслах собственного отца кафира»).

«Неужто мне покинуть то, чему я обучился лично у посланника Аллаха?!» и «Сподвижники пророка знают, что я лучше всех их знаю Писание Аллаха. Если бы я выяснил, что имеется человек, опытный лучше меня, то дайте мне верблюда, дабы я имел возможность съездить к нему»[59].

Бухари выводит два таких хадиса, оба с иснадом от Умра ибн Хафса. В этих вариантах слова ибн Мас`уда смягчены, из них изъято упоминание о том, что Ибн Мас`уд обучался Корану, в то время, когда Сабит был еще ребенком[60].

В «Громадных уровнях» Ибн Сагда имеется свидетельство о том, что Ибн Мас`уд был по большому счету первым человеком, что начал читать людям Коран (не считая, очевидно, Мухаммада): «Ибн Мас`уд первенствовал , кто начал распространять Коран в Мекке от посланника Аллаха»[61].

У Тармези мы находим хадис, в котором Ибн Мас`уд призывает мусульман не копировать Коран Заида ибн Сабита и прятать собственные свитки (от собирающих их для уничтожения правительства): «Аль-Зугри говорил… Ибн Мас`уд не принял то, что Заида ибн Сабита прописали копировать свитки… Он сказал: «О, мусульмане, избегайте копировать перечень свитка Заида и сторонитесь его!.. О, население украины, прячьте ваши свитки и скрывайте их! Аллах сообщил: «Кто что запрячет, с тем и явится в сутки Воскресения. Вы явитесь к Аллаху со свитками (Корана)»[62].

То, что при Усмане (преемнике Умара) имело место как раз редактирование текста Корана и дело не ограничилось легко объявлением свитка, хранящегося у Хафсы, каноническим, явствует, например, из свидетельств сунны.

«Тогда как Усман воевал вместе с иракцами в Азербайджане, Хузайфа ибн Яман, видя их (с иракцами) различия в Коране, пришел к Умару и сообщил: «О, повелитель верующих, удержи эту общину, пока она не разделилась по поводу Писания, как это произошло с христианами и иудеями! Вели отправить за свитком к Хафсе, дабы она отправила его мне. Мы перепишем его в пара свитков и пошлём ей обратно». Хафса отправила свиток Усману, Усман отправил за Заидом ибн Сабитом, Сагидом ибн аль-Асом, Абдаллой ибн Аль-Абдаллой и Харисом ибн Зубайром, дабы они переписали свиток в пара свитков, и сообщил этим трем курайшитам: «Те места, довольно которых у вас будут расхождения с Сабитом, записывайте на языке курайшитов, потому, что Коран был ниспослан на их языке».В то время, когда они закончили, Усман отправил в каждую область по свитку из тех, что они переписали, повелев все другие свитки либо части их, также свитка, сжечь»[63].

Факт уничтожения свитков Корана (среди них и свитков указанных лучших его знатоков) не подлежит сомнению, потому, что он а также содержится в сборнике Бухари: «И отправил во все провинции свиток, что они переписали, и повелел все другое из Корана на странице либо в свитке сжечь»[64].

Довольно того, что имел в виду Усман в данном конкретном случае под «пишите на языке (диалекте) курайшитов», мы находим в одном их хадисов: «Разошлись они (члены усмановой рабочей группы – Заид ибн Сабит и включенные в том направлении курайшиты) относительно того,писать ли «табуг» либо «табут». В то время, когда до Усмана дошло это, он сообщил: пишите «табут», потому, что так будет на языке курайшитов»[65].

Но из приведенных выше свидетельств сунны очевидно, что различия в свитках были такими существенными, что никак не исчерпывались диалектными различиями, которые связаны с написанием и произношением одних и тех же слов, потому, что эти различия касались как раз выражений и самих слов, каковые совсем различные в различных свитках. Порядок этих слов в свитках кроме этого разнился.

Но, само указание Усмана трем курайшитам в комиссии относительно того, дабы в случаях различий писать так, как они находят верным, а не Сабит, есть более чем необычным, потому, что Сабит все-таки был секретарем Мухаммада и очень многое из Корана знал лично от него.

Но в случае если вариант указанных трех курайшитов объявляется верным, а вариант Сабита – нет, то это указывает, что Сабит неправильно записывал Коран за Мухаммадом.

При таких условиях как имели возможность поручить как раз ему собрание официального свитка Абу Бакр и Умар?!

Как видно из самих исламских источников, никто из мусульман, включая четырех лучших знатоков Корана, указанных самим Мухаммадом, не считая халифов, осуществляющих политическое управление и заинтересованных в единстве и единообразии общины, не огорчался различиями в Коране.

Сейчас скажем о некоторых из известных различий.

В соответствии с Сиджистани, в свитке Ибн Мас`уда имелось: «Не ослабляй собственный голос (при чтении Корана), но и не возвышай его»

(????? ????????? ????? ??????? ??)[66].

В принятом сейчас варианте: «Не скажи твою молитву звучно и не приглушай собственный голос, просматривая ее» (????? ???????? ??????????? ????? ????????? ?????) (Коран 17:110).

ВсвиткеИбнМас`удабыло: «Воистину,Аллахнепоступитнесправедливосмельчайшейбукашкой» (?? ???? ?? ???? ????? ????) (Коран 4:40).

В принятом сейчас тексте по окончании усмановой редакции написано по-второму:

(?? ???? ?? ???? ????? ??? ), что стало причиной неточностям в переводах общепринятого текста усмановой редакции на русский и к трансформации начального смысла.

В частности, так случилось в переводе Кулиева: «Аллах не совершает несправедливости кроме того весом в небольшую частицу» и Крачковского: «Воистину, Аллах не обидит и на вес пылинки»[67].

Потом: в свитке Ибн Мас`уда было: «и кланяйся и падай ниц среди падающих ниц» (?????? ?????? ?? ????????) (Коран 3:43).

В усмановой редакции Заида ибн Сабита читаем: «Падай ниц и кланяйся с кланяющимися» (?????????? ?????????? ???? ?????????????).

Аналогичных различий в свитках Абу Дауд приводит множество.

Различия имеются, например, в сурах 2:196,197 и 2:202 и т.д. и т.д., практически во всех[68].

Вместо имеющегося в варианте Усмана «Небо готово расколоться»

(??????? ????????????? ????????????? ??????) в свитке Ибн Мас`уда стоял не только совсем второй глагол, но и другая грамматическая форма: «Воистину небо готово разверзнуться»

(??????? ????????????? ?????? ?????)[69].

Хорош внимания и тот факт, что Абу Хаян в собственном тафсире показывает, что в свитке ибн Мас`уда был лишь второй глагол, но грамматическая форма этого другого глагола была та же, что и у глагола в усмановой версии Корана: «разверзнуться» (??????)[70].

Акыда. Таухид. Святые святые и люди места


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: