Истина как предмет философского анализа

При помощи органов эмоций, интуиции и мышления человек постигает объективную реальность, получает знания. Целью познания являются подлинные знания. Но, познания имеется сложный и противоречивый процесс субъекта объекта познания и взаимодействия познания, направленный на постижение субъектом объекта познания, проникновения в сущность явлений и предметов. Все формы познания субъектом мира как-то соотносятся с внешним миром, совпадая с ним либо нет. Для выражения этого соотношения в философии употребляется категория «истины». На вопрос: «Что имеется истина?» ответы смогут быть самые различные:

а) это соответствие знаний действительности;

б) это умелая подтверждаемость;

в) это свойство самосогласованности знаний;

г) это полезность знания, его эффективность;

д) это соглашение ученых и др.

Вследствие этого появляется следующий вопрос: «Свойством чего есть истина?»:

а) свойством действительности;

б) свойством мышления;

в) свойством языка, высказывающего отечественные мысли о действительности?»

Это уже философская неприятность, которая требует осмысления.

1) Приписывание действительности особенностей истины может трактоваться лишь в утверждении: существуют либо несуществуют те либо явления и иные предметы.

2) Свойством мышления, его творческой активностью, мы можем приписать явлениям и предметам какие-либо свойства, кроме того отсутствующие. Вместе с этим, как раз мышление (идея) оценивает их истинность т. е. соответствие действительности. Еще Аристотель думал, что подлинное и фальшивое находятся не в вещах, а в мысли.

3) Свойством языка есть возможность мыслить и высказывать мысли о действительности. Но, еще Тютчев подчернул, что изреченная идея имеется неправда. Философы с покон веков подметили, что язык и мышление (выраженная идея) не совпадают.

а) Мышление одно, а языков большое количество. Языки имеется более либо менее развитые. В неразвитых языках достаток выражений обеспечивается за счет интонаций, а не за счет развитой грамматики. Одно да и то же слово, произносимое с различной интонацией, будет иметь различное значение. Это затрудняет, кроме того искажает идея.

б) Мышление начинается значительно стремительнее, поскольку оно отражает, воспроизводит скоро изменяющуюся реальность (ежедневно случаются новые явления, открытия в науке). А язык изменяется весьма медлительно, он отстает от развития мышления и для объяснения того либо иного нового просто не хватает слов. Из этого, появляются неестественные языки науки, опытные языки, сленги, жаргон, что кроме этого затрудняет процесс понимания.

в) Сейчас стала активно использоваться ненормативная лексика. Применяя ее, отечественные современники, общаясь между собой, по большому счету обходятся тремя – четырьмя нецензурными словами, высказывая ими все оттенки собственных чувств и мыслей.

г) Между мышлением и языком – сложные противоречивые отношения. Одно дело – думать, а совсем второе – сообщить, о чем думаешь. Слово предназначено для явлений и обозначения предметов, для описания их внутренних черт, для утверждения либо отрицания определенных особенностей, для выражения отношения человека к миру, к тому же в слове нечайно отражаются субъективные изюминки конкретного человека, его темперамент, темперамент и другое. Многие отечественные эмоции, да и мысли, мы не можем ясно высказать – не достаточно слов, исходя из этого в полной мере правомерно сказать о том, что истина имеется свойство и языковых выражений, потому, что язык есть средством выражения мысли.

Вопрос о том, существует ли истина, выступал в истории философии как неприятность. Уже Аристотель приводит сложившиеся в его время разные позиции в ответе этого важного вопроса.

Одни философы утверждали, что истины не существует по большому счету и в этом смысле нет ничего, что действительно. Обоснование: истина имеется то, чему свойственно прочное бытие, в действительности же нет ничего, что существует как что-то прочное, неизменное. Следовательно, все ложно, все существующее лишено действительности.

Другие полагали, что все, что существует, существует как подлинное, потому, что истина имеется то, чему свойственно бытие. Следовательно, все существующее действительно.

Тут направляться иметь в виду, что истина не тождественна самому бытию вещей. Она имеется свойство знания. Само же знание — итог размышления. Совпадение (тождество) содержания мысли (идеи, понятия, суждения) и содержания предмета имеется истина. Так, в самом неспециализированном и несложном понимании истина — это соответствие (адекватность, тождество) знания о предмете самому предмету.

В вопросе о том, что такое истина, разграничивают две стороны.

1. Существует ли объективная истина, т.е. может ли в людских представлениях быть такое содержание, соответствие которого объекту не зависит от субъекта? Последовательный материализм на данный вопрос отвечает положительно.

2. Смогут ли человеческие представления, высказывающие объективную истину, высказывать ее сходу, полностью, непременно, полностью либо же лишь примерно, условно, довольно? Данный вопрос имеется вопрос о соотношении истины безотносительной и относительной. Современный материализм признает существование абсолютной и относительной истины.

С позиций современного (диалектического) материализма истина существует, она единосущна, т.е. – объективна, полна и относительна

Критерии истины

В истории развития философской мысли вопрос о критерии истины решался по-различному. Выдвигались разные параметры истины:

• чувственное восприятие;

• отчётливость и ясность представления;

• непротиворечивость знания и внутренняя согласованность;

• простота (экономность);

• сокровище;

• полезность;

• общепризнанность и общезначимость;

• практика (материальная чувственно-предметная деятельность, опыт в науке).

Современный материализм (диалектический материализм) разглядывает практику как базу познания и объективный критерий истинности знания, потому, что она владеет не только преимуществом всеобщности, но и яркой действительности. В естественных науках подобным практике критерием считается опыт (либо экспериментальная деятельность).

1) Познание человеком мира представляет собой процесс, и переход от эмоций к разуму как в историческом ходе, так и в любом познавательном акте не может быть осознан вне диалектики. Это указывает, во-первых, признание перерыва постепенности, качественного скачка при переходе от ощущения к мысли не только в ходе становления людской общества на базе трудовой деятельности, но и в любом отдельном акте познания; во-вторых, это указывает единство разума и чувств как противоположностей единого целого – людской познания, каковые не только не существуют приятель без приятеля, но и взаимопроникают приятель в приятеля.

В случае если чувственное познание выступает как знание яркое, то знание в форме понятий, знание логическое есть опосредованным, потому что, как доказал еще И. Кант, в противном случае, как через посредство эмоций, разум с вещами соприкасаться не имеет возможности. В следствии опосредования происходит выделение неспециализированного из чувственных восприятий (из единичного). Главной формой рационального познания есть понятие, которое имеется итог двух диалектически связанных операций: выделения неспециализированного в последовательности сходных по тому либо иному показателю объектов и отъединения, абстрагирования от вторых показателей, другими словами понятия в один момент являются неспециализированными и абстрактными, будучи одновременно с этим и значительными. Так, понятие берет неспециализированное и значительное, то, что снабжает его бытие как определенную данность.

На базе понятий формируются более сложные формы умозаключения мышления – и абстрактного суждения.

Так как абстрактное мышление отстоит дальше от настоящего мира, чем чувственное познание, то оно содержит в себе в основном возможность отлета от действительности. Но, иначе, за счет того, что мышление дает знание неспециализированного о процессах и вещах, оно разрешает значительно глубже познать мир, сущность вещей его составляющих, законы его развития. Но, при рассмотрении диалектики чувственного и рационального принципиально важно иметь в виду и второе: творческие моменты в чувственном познании.

Все нюансы связи чувственного и рационального в познании смогут быть осознаны как следствие их взаимопроникновения, сплетения, сотрудничества на базе практической деятельности. В практике мыслительный и чувственно-предметный моменты слиты, потому, что она в один момент имеется предметная, чувственная и духовная деятельность.

Чем глубже постигаются разумом вещи, тем уже делается свойство их восприятия. Отличие людской восприятия состоит как раз в незримом присутствии в нем разума: человек видит то, на что направлен его разум.

Мышление, включаясь в практику, ставя цель для действия, приобретает чувственные данные в процессе осуществления цели и реагирует на них по принципу обратной связи самым ярким образом. Без людских чувств не может быть искания истины. Это разумеется. Но обращение к практике, опосредованное понятием, воображением, фантазией, волей полностью нужно и в ходе абстрактного мышления, в то время, когда оно демонстрирует, казалось бы, собственную полную самостоятельность, притом на обоих дорогах, по которым движется познание.

Первый путь – это путь от конкретного к абстрактному, от данного в практике конкретно-чувственного материала к неспециализированным, абстрактным понятиям. Дабы дать верное, соответствующее действительности обобщение, мышление должно выделить значительное в самих явлениях действительности и отвлечься от того, что в них случайного, второстепенного. Для этого необходимо идти не только от конкретного, но и всегда контактировать с практикой и с объектом. В единстве с практикой база истинности абстракций.

Совокупность понятий, отражающих объективную реальность и обобщающих чувственное восприятие, создается по мере исторического развития человечества, и любой человек, придя в эту жизнь, приобщается к уже имеющимся понятиям. Овладев понятиями, пропустив через личный опыт, человек приспосабливается к миру и приобретает базу для включения себя в процесс познания, расширения его, создания новых понятий.

На втором пути познавательной деятельности, на пути от абстрактного к конкретному, мышление пользуется имеющимися в его распоряжении неспециализированными понятиями, дабы воссоздать в разуме определенное явление мира во всей его конкретности и полноте. Создаваемую мышлением конкретную картину того либо иного явления не нужно смешивать с чувственно-конкретным. В чувственно-конкретном отдельное слито с неспециализированным, тогда как тут отдельное уже выступает как следствие знания неспециализированного, как сочетание бессчётных понятий. И чтобы создаваемый мышлением при помощи совокупности понятий конкретный образ действительности был верным, нужно, дабы сверка с фактами, с чувственными данными, взятыми в практике, происходила на каждой ступени разработки теории. Практика, как и эти эмоций, обязана все время как бы находиться на протяжении абстрактного мышления и на пути от конкретного к абстрактному, и на пути от абстрактного к конкретному. Нужно не забывать, что оба этих дороги смогут быть поделены только теоретически для удобства рассмотрения. В настоящем ходе познания они переплетены и неразрывны.

Неспециализированная формула субъективный образ объективного мира касается не только ощущения, представления и восприятия, другими словами форм чувственного познания, но и форм логического мышления, абстрактно-мыслительных образов. Но на ступени абстрактного мышления в соотношении объективного и субъективного появляются новые черты. В случае если в ощущении это соотношение неразрывно слито, то в мышлении человек способен отделить субъективное от объективного и проанализировать под этим углом ощущения и зрения. Это вероятно вследствие того что в мышлении образ принимает новый вид. Как указывалось выше, мышление прямо не соприкасается с объектом, оно исходит из показаний органов эмоций. Диалектика развития свойства отражения такова, что растущее отдаление от объекта и усиление субъективных элементов в совершенном образе снабжает возрастание адекватности образа объекту, другими словами приближает познание к сущности объекта и углубляет объективное содержание отражения. Отечественная свойство к воображению, фантазии самый очевидным образом воплощает в себе субъективные моменты, потому, что воображение разрешает отходить от конкретно данного в эмоциях, в восприятии. Но это-то и позволяет более глубоко постигать объективный мир.

Воображение появляется уже на стадии представления как высшей формы чувственного познания, как связующего звена между эмпирическим и логическим познанием, как праобраза понятия. Создание элементарнейшего понятия (стол, дом…) предполагает отвлечение от частностей и выделение неспециализированного в настоящих конкретных процессах. Обе эти операции неосуществимы без фантазии, воли и т.п.

В еще большей степени субъективный момент присутствует в ходе оперирования понятиями, соединения их в суждения и, потом, в умозаключения, при создании целостной картины мира, иногда кроме того увлекая мышление в сторону от действительности. Возможно, на таком ходе базируется религия. Подобно без творческого воображения не существует мастерство, частично и наука (как эмпирия, так и теория).

В эмпирическом знании на его низшем уровне, в восприятии и ощущении, объективное и субъективное еще не расчленены. Любой следующий этаж эмпирического знания характеризуется более развитой противоположностью субъективного и объективного. Восхождение от эмпирии к теории, от теории низшего уровня к теории более общей открывает все довольно широкие возможности для проникновения в сущность процессов, другими словами для

2) Познание распадается как бы на две половинки, а вернее части: чувственную и рациональную. Главные формы чувственного познания: чувство, восприятие, представление.

Чувство — это отражение отдельных особенностей предмета либо явления. При стола, к примеру, — его формы, цвета, материала (древесный, пластмассовый). По количеству органов эмоций различают пять главных видов (модальностей) ощущений: зрительные, звуковые, осязательные (тактильные), вкусовые и обонятельные. самая важной для человека есть зрительная модальность: через нее поступает более 80% чувственной информации.

Восприятие дает целостный образ предмета, отражающей уже совокупность его особенностей; в отечественном примере — чувственно-конкретный образ стола. Исходным материалом восприятия, так, являются ощущения. В восприятии они не просто суммируются, а органически синтезируются. Другими словами мы принимаем не отдельные картины-ощущения в той либо другой, (чаще калейдоскопической) их последовательности, а предмет как что-то целое и устойчивое. Восприятие в этом смысле инвариантно относительно входящих в него ощущений.

Представление высказывает образ предмета, запечатленный в памяти. Оно есть воспроизведением образов предметов, влиявших на отечественные органы эмоций в прошлом. Представление не такое четкое, как восприятие. Кое-что в нем опускается. Но это и прекрасно: опуская одни черты либо показатели и удерживая другие, представление делает вероятным абстрагирование, обобщение, выделение повторяющегося в явлениях, что крайне важно на второй, рациональной, ступени познания. Чувственное познание являет собой яркое единство объекта и субъекта; они даны тут как бы слитно, нераздельно. Яркое не означает ясное, очевидное и неизменно верное. Ощущения, восприятия, представления часто искажают реальность, неточно и однобоко воспроизводят ее. К примеру, карандаш, опущенный в воду, воспринимается как изломанный.

3)Углубление познания, выделение объективного из того субъект-объектного единства, которое дано на чувственном этапе познания, ведет нас к рациональному познанию (время от времени его именуют еще абстрактным либо логическим мышлением). Это уже опосредованное отражение действительности. Тут также три главных формы: понятие, умозаключение и суждение.

Понятие — это идея, отражающая неспециализированные и значительные особенности предметов, процессов и явлений действительности. Составляя себе понятие о предмете, мы отвлекаемся от всех его живых подробностей, личных линия, от того, чем конкретно он отличается от других предметов, и оставляем лишь его неспециализированные, значительные черты. Столы, например, разнятся между собой по высоте, цвету, материалу и т. д. Но, формируя понятие стол, мы как бы не видим этого и сосредотачиваемся на вторых, более значительных показателях: возможность сидеть за столом, ножки, ровная поверхность…

умозаключения и Суждения сущность формы познания, в которых движутся понятия, в которых и которыми мы мыслим, устанавливая те либо иные отношения между понятиями и стоящими за ними предметами. Суждение — это идея, утверждающая либо отрицающая что-либо о предмете либо явлении: процесс отправился, в политике нельзя верить словам. Суждения закрепляются в языке посредством предложения. Предложение по отношению к суждению есть его необычной материальной оболочкой, а суждение образовывает совершенную, смысловую сторону предложения. В предложении выделяются сказуемое и подлежащее, в суждении — предикат и субъект.

Мысленная сообщение нескольких суждений и выведение из них нового суждения именуется умозаключением. К примеру: Люди смертны. Сократ человек. Следовательно, Сократ смертен. Суждения, каковые кладутся в базу умозаключения либо, по-второму, суждения, из которых выводится новое суждение, именуются посылками, а выводимое суждение — заключением.

Умозаключения бывают разных видов: индуктивные, дедуктивные и по аналогии. В индуктивном умозаключении идея движется от единичного (фактов) к неспециализированному. К примеру: В остроугольных треугольниках сумма внутренних углов равна двум прямым. В прямоугольных треугольниках сумма внутренних углов равна двум прямым. В тупоугольных треугольниках сумма внутренних углов равна двум прямым. Следовательно, во всех треугольниках сумма внутренних углов равна двум прямым. Индукция не редкость полной и неполной. Полная — в то время, когда посылки исчерпывают, как в приведенном примере, целый класс предметов (треугольников), подлежащих обобщению. Неполная — в то время, когда таковой полноты (целый класс) нет, в то время, когда число индуктивно обобщаемых случаев либо актов неизвестно либо неисчерпаемо громадно. Примером неполной индукции могут служить регулярные опросы публичного мнения по тому либо иному вопросу, кто станет президентом, к примеру. Опрашиваются по выборке немногие, кое-какие, а обобщение делается на все население. Индуктивные заключения либо выводы носят, в большинстве случаев, вероятностный темперамент, не смотря на то, что в практической достоверности им также отказать запрещено. Для опровержения индуктивного обобщения часто бывает достаточно одного коварного случая. Так, до открытия Австралии считалось общепризнанным, что все лебеди белые, а все млекопитающие живородящие. Австралия разочаровала: оказалось, что лебеди смогут быть и тёмными, а млекопитающие — ехидна и утконос, кладут яйца.

В дедуктивном умозаключении идея движется от общего к частному. К примеру: Все, что усиливает здоровье, полезно. Спорт усиливает здоровье. Следовательно, спорт нужен.

Аналогия — это умозаключение, в котором на основании сходства предметов в каком-то одном отношении, делается вывод об их сходстве в другом (вторых) отношении. Так, на основании света и сходства звука (прямолинейность распространения, отражение, преломление, интерференция) был сделан вывод (в форме научного открытия) о световой волне.

Что серьёзнее в познании — чувственное либо рациональное начало? В ответе на данный вопрос имеется две крайности: рационализм и эмпиризм. Эмпиризм — это точка зрения, в соответствии с которой единственным источником всех отечественных знаний есть чувственный опыт, то, что мы приобретаем посредством зрения, слуха, осязания, вкуса и обоняния. Нет ничего в уме, чего бы не было прежде в эмоциях. Рационализм, напротив, имеется позиция, в соответствии с которой знание (настоящее, подлинное, точное) возможно получено посредством одного ума, без всякой опоры на эмоции. Абсолютизируются наряду с этим законы науки и логики, процедуры и методы, развитые самим разумом. Примером настоящего знания есть для рационалистов математика — научная дисциплина, развиваемая только за счет внутренних резервов разума, его формотворчества, его конструктивизма.

Вопрос все-таки нужно ставить по-второму: не противопоставление чувственного и рационального познания, а их внутреннее единство. Одной из конкретных форм этого единства выступает воображение. Оно подводит чувственное разнообразие открываемого нами в познании мира под абстрактно-неспециализированные понятия. Попытайтесь, к примеру, без воображения подвести Иванова, Петрова, Сидорова под понятие человек. И не только вследствие того что это отечественные люди, но и в принципе, по существу. Для абстрактного мышления образы воображения помогают чувственной опорой, необычным средством обличения в смысле обнаружения, заземления, оплотьнения. Само собой разумеется, воображение делает не только эту функцию — моста, связи. Воображение в широком смысле имеется свойство создавать новые образы (чувственные либо мыслительные) на базе преобразования взятых от действительности впечатлений. Посредством воображения создаются догадки, формируются модельные представления, выдвигаются новые идеи опытов и т.д.

Необычной формой сопряжения чувственного и рационального есть кроме этого интуиция — свойство яркого либо прямого (в виде какого-либо озарения, инсайта) усмотрения истины. В интуиции четко и светло осознается только итог (вывод, истина); конкретные же процессы, к нему ведущие, остаются как бы за кадром, в глубинах и области бессознательного.

В общем, познает неизменно целостный человек, человек в полноте всех его сил и жизненных проявлений.

1.1. Предмет философии науки


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: