Исторические предпосылки становления древнегреческой философии и её специфика.

В середине I тысячелетия до н.э. в один момент с Грецией появляется философия в Индии и Китае, являющихся очагами древних цивилизаций. На базе экономических, социальных, политических и духовных предпосылок складывалась духовная воздух, помогавшая рождению философии. Философия появляется как разрешение разногласия между мифологической картиной мира, выстроенной по законам воображения, и новым мышлением и знанием. Но философия появляется не из мифологии как такой, а из переходных мировоззренческих форм, каковые возможно назвать предфилософией. В ней, наровне с мифологическими формами, появляются и функционируют необычные «философемы», неразвитые философские формообразования.

Существуют неспециализированные закономерности развития древнеиндийской и древнекитайской философии. Во-первых, самосознание древних китайцев и древних индийцев конструируется по типу родовых субстанциально-генетических связей. Род объективирует собственный сознание в природе, но себя из нее не выделяет. Такое соотношение природы, сознания и человека в начальной либо первой индийской и китайской философии реализуется в мировоззренческих концепциях о духовном и телесном единстве природы и человека. Во-вторых, род выступает движущим основанием структурно-функциональных изменений родового сознания. стереометрия и Геометрия космического времени, пластики и пространства китайцев древних и сознания индийцев содержат в себе возможность числовой абстракции философской категории, которая после этого проявляется в философских учениях. В-третьих, телесно-духовные низа категорий и оппозиции верха предваряют активную познавательную работу мышления во всех сферах появляющейся философии. Выбор предфилософского типа фиксации сознания — мифа, ритуала либо табу — в качестве исходной философского направления и основы диктуется не произволом философа, а его классовыми интересами и социальными условиями. В частности, у китайцев даосизм выбирает миф, конфуцианство — ритуал, легизм — табу; у индийцев веданта выбирает миф, миманса — ритуал и т.д.

При всей специфике индийской и китайской предфилософии, обусловленной различием и культурным фоном в языках у обоих народов, в целом она обусловлена общекультурными закономерностями.

Предфилософия начинается в родовом обществе коллективными формами сознания. Любой этап ее развития сопровождается качественными трансформациями самосознания: дорефлективное родовое сознание сменяется послеродовыми мировоззренческими нравственными исканиями мудреца. В классовом обществе с национальным устройством предфилософия сменяется философским познавательным творчеством, первой философией. Понятийные образы предфилософии попадают в философскую разработку и выливаются в абстрактную всеобщность. Наряду с этим философия сохраняет в собственном категориальном арсенале понятийный образ первопредка, не смотря на то, что и трансформирует его, придавая ему другие значения.

Первая философия закладывает прочные основания традиционализма в сознании. Тем самым она начинает обслуживать устойчивые социально-экономические совокупности, сохранившиеся в Индии и Китае впредь до ХХ в. На каждом историческом этапе развития индийского и китайского обществ духовная древность тесно соседствовала с современностью.

Общность генезиса не исключала своеобразия дорог формирования систематизированного философского знания. В случае если в Индии бессчётные философские школы так или иначе соотносились в основном с буддизмом и брахманизмом, то в Китае — в основном с конфунцианской ортодоксией. В Индии размежевание на отдельные школы не стало причиной официальному признанию приоритета какого-либо одного из философских направлений, а в Китае конфуцианство во II в. до н.э. добилось официального статуса национальной идеологии, сумев сохранить его до начала ХХ в.

Отметим кое-какие, самые общие черты древневосточной философии, отличающие ее от философии древнегреческой. Во-первых, индийская философия как и китайская, характеризуется неполной отчлененностью от предфилософии. Но в случае если в древнеиндийской философии преобладало религиозно-мифологическое мировоззрение, задававшее древним индийцам собственные высшие сокровища, то в древнекитайской предфилософии преобладало обыденное сознание. Во-вторых, для древневосточной философии есть характерным то, что естественнонаучные знания (астрономия, физика) не обнаружили, за маленьким исключением, более либо менее адекватного выражения в философии. В-третьих, для древневосточной философии был характерен глубочайший традиционализм. В случае если, к примеру, в западноевропейской традиции философия всегда ассоциируется со скепсисом, неустанностью поиска истины, то для китайской типично осуждение сомнений, утверждение их бесплодности, а потому вредности. Восточная традиция, не обращая внимания на разнообразие школ, демонстрировала преемственность и постоянство в течении многих столетий. Одвременно с этим западная философия развивалась через борьбу идей, в ходе которой новые теории вызревали в недрах ветхих и, преодолевая их, приходили им на смену.

объяснение и Выявление своеобразных линия Запада и философии Востока, и обнаружение неспециализированных линия между ними сейчас стоит на повестке дня. Это нужно чтобы представить философское развитие человечества как единый и многообразный процесс.

2. Философия Старой Индии: понятие и принципы главных философских школ. Материалистические и идеалистические тенденции индийской философии, Философское содержание буддизма.

Предпосылками формирования старой индийской философии являются:

— экономические — переход от меди к железу, развитие товарно-финансовых взаимоотношений;

-социально-политические — ослабление родоплеменных взаимоотношений, развитие и возникновение страны;

-мировоззренческие — большой уровень развития религиозно- мифологического мировоззрения.

В целом в истории индийской философии принято выделять три периода:

— ведийский период, в то время, когда философские воззрения еще не существовали раздельно от религиозных и мифологических;

— хороший период, длившийся с V в. до н.э. впредь до X в. н.э.; как раз в это время сформировались главные ортодоксальные и неортодоксальные философские школы;

— постклассический период (с X в. по отечественные дни).

К главным философским школам относятся:

— ортодоксальные (признававшие авторитет Вед): веданта, миманса, санкхья, ньяя, йога, вайшешика;

— неортодоксальные: джайнизм, буддизм, школа Чарвака-Локаята.

В соответствии с установившейся традиции, вся ведическая литература (а именно она есть для нас источником древнеиндийского знания: само слово «веда» в переводе с санскрита свидетельствует «ведение», «знание») делится на четыре группы:

1. Самхиты (это четыре сборника: Ригведа, Самаведа, Яджурведа и Атхарваведа).

2. Брахманы («толкования высшей сути» и сборники ритуальных процедур).

3. Араньяки (букв. «лесные», лесные тексты для отшельников, стариков, скитальцев, предающихся философским размышлениям об истине).

4. Упанишады (букв. «сидение-ученика-подле-учителя»; потом – «сокровенное знание». Всего известно более двухсот упанишад.

Веды — это священные книги брахманов, которым они приписывали сверхъестественное происхождение. С позиций Вед, изначально существовали лишь Ничто и тепловая энергия — тапас. Потом из сотрудничества Ничто и тапас появилось Единое, которое после этого распалось на низ и верх, женское и мужское. Наряду с этим женское и мужское противопоставлялось друг другу как усилие и вожделение, каковые появились из жажды.

Потом Веды были дополнены рядом текстов комментирующего характера. В первую очередь, это упомянутые комментарии, каковые стали называться «Брахманы», потому, что они были составлены жрецами. В особенную группу выделяются «Араньяки» — комментарии к Ведам, подготовленные лесными отшельниками.

Но важнейшими среди них в связи с формированием философских представлений являются «Упанишады» (практически «сидеть около») — сборник, в котором излагаются базы учения о карме и переселении душ. Авторами Упанишад были ученики, каковые приходили к лесным отшельникам и жили у них некое время. Упанишады не представляют собой изложения единого учения; скорее они являются несистематическим изложением достаточно представлений и разнородных идей.

В Упанишадах описывается атман — база мира, одновременно и божественное начало, и безличный принцип. Атман тождественен Единому в Ведах. Это духовное начало любого личного существа, выражение сущности человека, то, что есть для него внутренним, сущностным, определяющим (в противоположность внешнему и случайному). Атман одновременно и духовен, и материален, не смотря на то, что духовное начало в нем преобладает. Такие особенности атмана стали для некоторых европейских философов основанием, дабы утверждать о сходстве между идеями «Упанишад» и идеалистической философией Платона.

Второе ответственное понятие, описывающееся в Упанишадах, — это брахман. Брахман является причиной всего сущего, которая покоится в себе самой, что-то, что находится везде, в любом явлении мира. Целью познания, с позиций Вед, есть полное осознание того факта, что атман и брахман едины. С таковой позиции атман как личное начало в человеке выясняется частью мира, неразрывно с ним связанной.

Древнеиндийский мудрец Уддалаки Аруни в «Чхандогья-Упанишаде» наставляет собственного сына Шветакету, что объективно сущее (Брахман) нераздельно присутствует во всех явлениях живой и неживой природы и в один момент эта верховная объективная субстанция тождественна началу субъективному, личному (Атману).

Формирование философии в Индии было связано с противостоянием брахманизму, опиравшемуся на обычаи и племенные верования и сохранившему большую часть ведического ритуала, что был зафиксирован в четырех Ведах, либо самхитах, — сборниках, объединявших гимны, каковые прославляли всевышних. толкователями и Истинными знатоками ведической мудрости считались представители высшей касты — брахманы. Потом к каждой веде был создан брахман (описание, комментарий). Конечно, собственный наименование брахманы получили от имен жрецов, каковые их создали.

К ортодоксальным школам индийской философии относятся ньяя и вайшешика, каковые появились как независимые, а потом слились в одну школу.

Их приверженцы полагали, что атомы, не различаясь с позиций размера и формы, одновременно с этим владеют различающими их качествами: температурой, вкусом, цветом и т.д. Но, их учение заметно отличалось от атомистических учений, созданных в Греции. Дело в том, что вайшешики полагали, что атомы формируют не материальный мир, а дхарму, другими словами моральный закон, что руководит миром.

Школа ньяя известна кроме этого созданием сложной логической совокупности. В ее основе лежало выделение 7 категорий: субстанции, качества, деятельность, отношение общности, отношение изюминки, отношения присущности и небытие. Не смотря на то, что число категорий не сходится с совокупностью Аристотеля, между ними возможно отыскать интересные соответствия. Основной же целью логического учения была формулировка рекомендаций о правилах вывода.

Санкхья и йога — еще два схожих течения индийской мысли. Различия между ними сводились по большей части к тому, что приверженцы школы санкхья занимались по большей части онтологическими вопросами и создали особенную картину мира, в то время как приверженцы школы йога больше занимались практической судьбой. Единственное значимое отличие пребывает в том, что йога признавала наличие высшего персонифицированного существа, в то время как в школе санкхья его существование отрицалось.

Санкхья представляет собой дуалистическое учение, в базе которого лежит противопоставление духа (пуруши) и материи (пракрити). Пурушу возможно отождествить с сознанием, а пракрити — с телом.

Как уже указывалось, школа йога на базе представлений, сфор-мированных в школе санкхья, стремилась создать практические правила поведения человека. Спасение человека пребывает в осознании того факта, что пуруши полностью не зависит от пракрити. И чтобы достигнуть спасения, приверженцы школы йоги создали особенные практики, в базе которых лежала медитация и аскеза.

Миманса — учение, которое занималось проблемами герменевтики либо толкованием ведических текстов. Это учение создало совокупность понимания, направленную на самоё точное и глубокое познание священных текстов. Веды приверженцами данной школы рассматриваются не как творение конкретных людей, а как божественное откровение по данной причине возможность каких бы то ни было неточностей, а них исключается. Миманса представляет собой дуалистическое учение. Представители данной школы считают, что настоящими являются и душа, и тело. Приверженцы школы, миманса создали особенную теорию познания. Согласно их точке зрения, любое познание опирается на шесть источников восприятие, вывод, сравнение, словесное описание и невосприятие. В случае если первые пять источников познания в целом понятны для европейского человека, то шестой требует комментариев. Под невосприятием приверженцы школы знают отсутствие того, что ожидается.

К неортодоксальным школам индийской философии относятся буддизм, джайнизм и локаята. Буддизм появился на северо-западе Индии в VI-V вв. до н.э. и на сегодня есть одной из мировых религий, буддизм — религиозно-философская школа, проповедовавшая спасение от страданий методом отказа от достижения и желаний «высшего просветления» — нирваны, основанная индийским принцем Гаутамой (Буддой).

Уже при жизни личность Будды была окутана преданиями. Считается, что перед беременностью мать Сиддхартхи Гаутамы заметила предзнаменование: ей приснилось, что в ее тело вошел белый слон. Она осознала, что родит великого человека. В то время, когда ребенок показался на свет, папа попытался воспитать его так, дабы будущий властелин не знал ни в чем ни потребности, ни горя и не производил его из дворца. Но Сиддхартха желал определить настоящую судьбу и тайно пробрался в город. На протяжении этого путешествия он столкнулся со смертью, старостью и болезнью и испытал острое страдание, поняв, что наслаждение и счастье не смогут продолжаться всегда. В отыскивании дорог освобождения от страданий Сиддхартха покинул дворец и обратился к духовным поискам истины, которую познал в состоянии глубокого сосредоточения, сидя под священным деревом Бодхи.

Буддизм появился как оппозиция кастовому строю. в этом учении утверждалось равенство всех людей в страдании и право всех на спасение. Людская личность, как и все второе в мире, подчиняется закону следствия и причины, что и разрешает наровне с отрицанием существования души признать воздействие закона кармы, переселение душ. По закону причинности, элемент сознания не исчезает из круговорота судьбы с отечественной смертью совсем, он проявляется снова в другом месте, в второй форме. рождение и Смерть — это серьёзные события, но все равно это только мгновения в целой цепи отдельных, с необходимостью следующих приятель за втором, мгновений. Исходя из этого разумеется, что психологический мир новорожденного не появился ниоткуда, он при рождении представляет собой только следующее мгновение для многих душевных антецедентов, совершенно верно так же как его тело имеется только особенное мгновение в развитии тела из зародыша, которому, со своей стороны, предшествовали отдельные частицы материи.

Следовательно, каждую новую судьбу нужно осознавать как следствие прошлых существований, и в этом смысле не как рождение, а как перерождение. Нахождение в показанном круговороте бытия — сансаре сопровождается страданием, но оно несет в себе возможность свободы. Страдания исчезают тогда, в то время, когда гибнет невежество. Невежество в буддизме имеется незнание Четырех Добропорядочных Истин. Первая Истина — это Истина о существовании страдания. Вторая — имеется Истина о причине страдания. Третья — это Истина о прекращении страдания, и четвертая — Истина о Пути. Страдание, в соответствии с учению буддизма, это фундаментальная черта бытия как такового. Все имеется духкха — страдание, а также наслаждение имеется страдание, по причине того, что, во-первых, оно преходяще, а во-вторых, достигается трудом и усилиями человека. Это первая Истина.

Вторая Истина говорит о происхождении страдания от страстей, жажд, влечений, привязанности к судьбе. Если бы не было жажды судьбы, не было бы и страдания.

Третья Истина — это Истина о том, что от страдания возможно избавиться, и существует состояние, в котором страдания нет. Это нирвана. Слово «нирвана» восходит к санскритскому корню «нир» со значением «угасание», «затухание». Нирвана — это состояние свободы и особенной надличностной полноты бытия. Это непроявленное бытие, трансцендентное всему отечественному сансарическому опыту. Это состояние сознания, которое нереально выразить словами, а возможно лишь пережить. Исходя из этого Будда ограничился самыми неспециализированными чертями нирваны как состояния свободного от страдания, идеальной невозмутимости, самообладания и безразличия.

Четвертая Истина показывает, что имеется так называемый восьмеричный Путь, ведущий к нирване, пребывающий в верной вере, верном рвении, правдивой речи, добром поведении, честном методе добывания средств к судьбе, подлинном старании, верной памяти и верном сосредоточении. Буддизм выделяет, что освобождение человека от страданий имеется итог упрочнений самого человека. Архаты и бодхисаттвы, неустанным совершенствованием достигшие состояния просветления, смогут лишь наставлять живые существа на Путь освобождения.

Так, буддизм, как и вся индийская философия, пробовал решить прежде всего практические этические задачи, стоящие перед человеком. Решимость победить страдание и более ни при каких обстоятельствах не рождаться в сансаре предполагало неустанное совершенствование человека во всех областях судьбы. Философское учение Будды и имеется ключ к обретению мудрости, ведущей к просветлению, сущность которого содержится в устранении себя как эмпирического существа, разум которого, наконец-то, достиг уничтожения жажд.

Джайнизм – религиозно-философская школа индийской философии, родственная буддизму, названная по имени 24 святых проповедников джайна. В базе данного направления кроме этого лежит противопоставление между телом и душой. С позиций джайнизма, человек (как и другие одушевленные существа) владеет личной, отдельной от, вторых душой. Кроме души существует неодушевленная материя, из которой состоит мир. С позиций философии джайнизма, в базе мира лежат четыре элемента: воздушное пространство, пламя, земля и вода.

Материя, согласно точки зрения джайнов, не имеет возможности организовать живой организм без участия души, которая, так, рассматривается как организующее начало. Соответственно согласится, что душой владеют не только люди, но и животные, растения; отличия последних от человека пребывает в том, что их души менее сознательны. Конкретное проявление этого — тот факт, что человека владеет пятью каналами восприятия мира и с данной точки зрения превосходит все остальные живые организмы. В частности, растения с позиций джайнизма приобретают данные об окружающем мире лишь при помощи осязания, у животных имеется два, три либо четыре канала восприятия.

Человек — владеющее самая развитой душой существо — может совершенствоваться. Но для этого нужно отказаться от материальной базы, высвободить душу от уз материального.

самая известной школой древнеиндийских материалистов была Локаята. По традиции происхождение Локаяты связывают с именем мифического мудреца Брихаспати. Локаятники выступали против главных положений религиозно-философских школ, против всесилия “богов” и религиозного освобождения. Главным источником познания считалось чувственное восприятие. В учении данной школы возможно найти явные параллели учениям о первоначале, созданным в древнегреческой философии. Школа пережила броский расцвет и пользовалась громадной популярностью среди людей, но потом философские работы данного направления были стёрты с лица земли брахманами, и она потеряла собственный влияние. Представители локаяты полагали, что мир случился из первоначала, которому свойственны четыре «главные» сути: воздушное пространство, пламя, земля и вода, из которых и состоит мир.

С позиций школы «чарвака», сознание является соединением четырех начал. Само собой разумеется, сами по себе эти начала сознанием не владеют, но в следствии их соединения появляется сознание как некое новое уровень качества. Школа «чарвака» в определенный период истории древнеиндийской мысли была весьма влиятельной и противостояла буддизму. Согласно точки зрения ее представителей, мира и смысл жизни заключался не в страдании, как это было в буддизме, а в счастье и наслаждениях. Эта школа не отрицала, что любое наслаждение связано со страданием, но это не означало, что человек не может свести страдания к минимуму и наслаждаться судьбой.

Так, философия в Старой Индии достигла большого уровня развития. Индийская философия — это действительно живые плоды, питающие собственными соками мировую людскую идея. Индийская философия сохранила полную преемственность. И ни одна философия не оказала для того чтобы сильного действия на Запад, как индийская. Поиск света, что идет с Востока, истины о происхождении рода человеческого, которым были заняты многие философы, теософы, и, наконец, хиппи в 60-70 годах ХХI века — очевидное свидетельство той живой связи, которая соединяет западную культуру с Индией. Индийская философия — это не только экзотика, в частности та притягательность целительных рецептов, каковые оказывают помощь человеку выжить. Не обращая внимания на все различия и многообразие школ индийской философии возможно выделить кое-какие неспециализированные черты:

— четко выраженный сакральный характер;

— личность и окружающий мир тесно связаны;

— обращенность философии вовнутрь человека;

— жизненные правила: аскетизм, самоанализ, самоуглубление, недеяние;

— слишком общий темперамент философии;

— учение о перерождении;

— учение о карме.

специфика и Основные проблемы их решения в философских школ Старого Китая. Моралистическая философия Конфуцианство и её значение для публичного развития Китая.

В развитии философии Старого Китая выделяют два главных этапа: 1) этап зарождения философских воззрений, охватывающий VIII — VI вв. до н.э. и 2) этап расцвета философской мысли, что относят к VI — III вв. до н.э. и именуют «золотым веком китайской философии». Именно на второй этап падает формирование китайских философских школ — конфуцианства, даосизма, моизма, легизма, оказавших огромное влияние на все последующее развитие китайской философии. Сейчас зарождаются те неприятности, категории и те понятия, каковые после этого становятся классическими для всей последующей истории китайской философии впредь до новейшего времени.

Главными категориями, при помощи которых древнекитайские философы пробовали осмысливать мир, были такие понятия, как у син — «пять первоэлементов» (металл, дерево, вода, пламя, почва), ци (воздушное пространство, эфир), инь и ян (пассивное и активное начало в природе), дао (путь, закономерность вещей). Эти категории появились в следствии обобщения многовекового наблюдений и трудового опыта за явлениями природы.

Подобно философии вторых народов, древнекитайская философия зарождалась в недрах мифологических представлений, применяла их материал. Сообщение философии с мифологией имела тут кое-какие особенности. Китайские мифы предстают в первую очередь как исторические предания о первопредке, о прошлых семействах, о «золотом веке» и т.д. Такие культурные монументы, как «И цзин» («Книга изменений»), «Ши цзин» («Книга песен»), «Шу цзин» («Книга истории»), содержат много ссылок на древние мифы. Причем китайские мифы содержат относительно мало материала, отражающего взоры китайцев на становлением его закономерности и мира, связь с человеком.

Натурфилософские идеи не занимали в китайской философии главного места. В большинстве философских школ преобладала практическая философия, которая связана с проблемами житейской мудрости, нравственности, управления. Это практически полностью относится к конфуцианству, моизму и легизму, мировоззренческие основания политико-этических учений которых были либо не сильный, либо заимствованы из вторых школ, к примеру из даосизма как самая философичной школы. Древнекитайская философия малосистемна, что обусловлено как не сильный связью с естествознанием, так и не сильный развитием древнекитайской логики. Древнекитайская философия была кроме этого слабо рационализирована, а сам китайский язык затруднял выработку абстрактного философского языка. Все это отыскало яркое воплощение в развитии главных философских школ.

Конфуцианство

Родоначальником древнекитайской философии считается Кун Фу-цзы (по-русски — Конфуций), живший в 551 — 479 гг. до н.э. Он основал школу и имел большое количество учеников, каковые записали мысли собственного учителя. Так появилось основное конфуцианское произведение «Лунь юй» («высказывания и Беседы»). Это совсем несистематизированное и довольно часто противоречивое произведение есть сборником по большей части нравственных поучений.

Суждения мыслителя, толкуемые и комментируемые многими поколениями последователей, легли в базу конфуцианства. Главными проблемами учения Конфуция являются нравственная природа человека, жизнь страны, семьи, правила управления. Что же являются главные моменты учения старого мыслителя, ставшие потом основа конфуцианства — идеологической совокупности, господствовавшей в Китае в течении многих столетий?

Центральное место в учении Конфуция занимает категория ли — «ритуал», «правила», «закон». Согласно его точке зрения, ли объединяет этические нормы и традиционные установления, существовавшие в идеализируемую им эру Западного Чжоу. «Без соблюдения ли ничего не наблюдать и ничего не слушать; без соблюдения ли ничего не сказать и ничего не делать», — поучал Конфуций собственных учеников.

Всю жизнь Конфуций грезил о восстановлении «идеальных» взаимоотношений «золотого века», видя два пути к восстановлению прошлых порядков: 1) «моральное самосовершенствование» и 2) исправление имён. «Исправление имен» у Конфуция означало приведение существующих реалий публично-политической жизни в соответствие с классическими нормами, восстановление прошлых представлений и понятий относительно отношений между людьми, прежде всего между вышестоящими и нижестоящими. Тезис об «исправлении имен» неразрывно связан с идеей самосовершенствования личности, в базе которого лежит человеколюбие и — «понятие», «человечность», совокупный принцип совершенного людской поведения. Раскрывая содержание этого понятия, Конфуций в один раз сообщил: «Человечность» — это значит «не делать вторым того, чего сам себе не хочешь». Основная цель достижения и самосовершенствования жэнь выражена им в формуле «преодолеть себя и вернуть (чжоуские) правила», ли.

Особенное значение Конфуций придавал категории сяо («сыновней почтительности»), в которой он видел моральную опору для осуществления собственного учения. Конфуцианское учение о нравственности опирается на такие этические понятия как «взаимность», «человеколюбие и» золотая «середина», составляющие в целом «верный путь» (дао), которому обязан направляться каждый, желающий жить в согласии с самим собой и другими.

Овладение духовными сокровищами прошлого, полагал Конфуций, разрешает человеку верно осознавать «веления Неба», потому что «смерть и жизнь зависят от судьбы, а знатность и богатство происходят от Неба». Конфуцианское учение о знании подчинено социальной проблематике. Для Конфуция знать — «значит знать людей», а познание природы его не интересует. Всякое учение должно дополняться размышлением: «обучаться и не думать — зря терять время».

Конфуций признавал, что «все течет» и что «время бежит не останавливаясь», но однако он беспокоился о том, дабы в обществе все оставалось неизменным. Ключ к управлению народом он видел в силе нравственного примера вышестоящих нижестоящим.

Даосизм

Основателем даосизма есть Лао-цзы (VI-V вв. до н.э.), имевший последователей и многочисленных учеников. Учение мудреца распространялось сначала устно, а в будущем было изложено в книге «Дао дэ цзин», составленной, возможно, в IV в. до н.э. В отличие от конфуцианства, легизма и моизма — по преимуществу этико-политических учений, каковые по большей части вопросе мировоззрения основное внимание уделяли не проблемам бытия, а человеческому обществу и человеку, — даосизм без шуток занимается вопросами объективной картины мира в абстрактно-философском категориальном нюансе — проблемами бытия, небытия, становления, единого, многого и т.п. Из этого делались выводы относительно человека и общества.

Главная философская мысль «Дао дэ цзина» пребывает в том, что жизнь людей и многообразный мир не управляются ни «волей неба», ни духами, а движутся по определенному естественному пути — дао. Дао рассматривается как закон и основа всего сущего, оно недоступно восприятию отечественных органов эмоций. «Наблюдаю на него и не вижу, — говорится в «Дао дэ цзине», — а исходя из этого именую его невидимым. Слушаю его и не слышу, а исходя из этого именую его неслышимым. Пробую схватить его и не достигаю, а исходя из этого именую его небольшим». Дао — это «глубинная база всех вещей». Оно — внутренняя сущность материального мира, невидимое начало. «Великое дао растекается везде», оно вечно в пространстве и времени. Законам дао подчинены все вещи и существа. «Человек направляться Почва, а Почва направляться Небу. Небо направляться дао, а дао направляться естественности».

Лао-цзы учил, что дао присутствует во всех вещах, а последние складываются из материальных частиц ци («воздушное пространство», «эфир»). В то время, в то время, когда еще не было «Земли и Неба», дао воображало собой неизменно изменяющееся скопление туманных и неизвестных частиц ци. Из массы невидимых материальных частиц этого ци появился хаос. Благодаря противоположным силам инь и ян хаос распадается на две огромные веса: хороших частиц ян-ци и отрицательных инь-ци. На этих двух полюсах хаоса появились Земля и Небо. Последние в собственном сотрудничестве выделили соответствующие ци. Методом соединения небесных и земных ци показалась жизнь, человек, случились все вещи на Земле. Такова, исходя из учения дао, неспециализированная картина происхождения мира.

Учение Лао-цзы проникнуто стихийным диалектическим мышлением. Для него все движется, появляется и исчезает, взаимосвязано и взаимодействует. В базе всякого трансформации лежат противоречивые тенденции, а базой трансформации постоянно является единство, а не борьба противоположностей. Все происходит естественным методом и не допускает внешнего вмешательства. Человек не в силах поменять естественных движение вещей, поскольку сам он — часть объективного мира и подчинен его законам.

В ходе познания человек прежде всего обязан исходить из понимания единства в многообразной действительности и постоянства в движении. Без этого условия, согласно точки зрения Лао-цзы, познание нереально. Познание «прекрасной тайны» дао доступно лишь тому, «кто свободен от страстей». Чтобы познать глубочайшую тайну, дойти до высшей ступени познания, нужно ухватиться за одно из звеньев в цепи данной тайны. Это связано с тем, что переход от одного глубочайшего к второму — дверь ко «всему прекрасному», к познанию дао. В теории познания Лао-цзы громадное значение имеет категория дэ. Дэ — это постоянное что-то, через которое обнаруживается «незримое, неслышимое, небольшое дао».

Социально-этические взоры Лао-цзы являются логическим продолжением его философского учения о дао и всесторонним обоснованием так именуемого принципа недеяния. Принцип недеяния как верховная форма поведения (у вэй) положен даосистами в базу их концепции управления. Идеальный умный правитель предоставляет всему идти своим естественным методом — «дао». Он ни во что не вмешивается, не мешает дао. Исходя из этого «лучший правитель тот, о котором народ знает только то, что он существует». Согласно точки зрения древнекитайского мудреца, все зло и несчастья в жизни народа происходят из-за нарушений правителями естественного закона дао в публичной судьбе. Социальный идеал даосов реакционен в том смысле, что они связывали с культурой отход от дао.

Моизм

Третьей большой философской школой Старого Китая считается моизм, основанный Мо Ди (Мо-цзы) (479-400 гг. до н.э.). Главным источником изучения взоров мыслителя есть книга «Мо-цзы», составленная на базе записей его учеников.

Центральное место в этическом учении Мо-цзы занимает мысль «общей любви» цзяньай, противостоящая конфуцианскому принципу жэнь. Он считал, что распри и смуты в стране случились оттого, что люди прекратили обожать друг друга. Согласно его точке зрения, примером правителя есть небо, благодаря собственному человеколюбию. Небо способно «хотеть» и «не хотеть», оно владеет волей и может награждать и наказывать. Небо «хочет, дабы люди поддерживать друг друга, дабы сильный помогал не сильный, дабы люди учили друг друга», «дабы верхи проявляли усердие в управлении страной, дабы в Поднебесной царил порядок, а низы были усердны в делах».

Отрицая концепцию судьбы, моисты полагали, что ее принятие обессмысливает все человеческие дела. Люди должны собственными усилиями получать благополучия, умножать материальные блага. Разглядывая народ как высшую сокровище, они отождествляли волю народа и волю неба. Из этого следовало, что подражая небу, следуя его воле, правители должны обожать народ. Правители должны почитать мудрость, подбирать служилых людей не по их знатности и умению льстить им, а по деловым качествам, почтительно слушать, в то время, когда им говорят правду. Моисты рекомендовали кроме этого критически относится к традиции, выбирая из нее лишь хорошее. Отвергая конфуцианское пристрастие к традиции, ритуалу, они не фетишизировали и закон. Закон — это подсобное средство управления, исходя из этого законы должны сообразовываться с волей неба, помогать общей любви.

Центральное место в теории Мо-цзы занимает тезис о «трех параметрах» (сяньбяо). Философ думал, что суждение об лжи и истине, о пользе и вреде каких-либо деяний необходимо сопоставить, во-первых, с «делами умных правителей прошлого»; во-вторых, с «действительностью, принимаемой ушами и глазами»; в-третьих, «с той пользой, которую эти дела приносят стране, народу». Так, исходным пунктом процесса познания рассматривается опыт, добытый предками и накопленный современниками.

Теория познания Мо-цзы, как и все его учение, противоположна взорам Конфуция. Во-первых, объектом познания для него есть жизнь гражданского общества, деятельность людей, занимающихся земледелием, торговлей и ремеслом, а для Конфуция — зафиксированные в литературных монументах традиции прошлого. Во-вторых, он считал, что в связи с трансформацией объективных условий новым социальным явлениям необходимо давать новые «имена» (понятия), дабы новому содержанию соответствовала новая форма. Конфуций же стоял на прямо противоположных позициях — изменившаяся реальность должна быть приведена в соответствие со ветхой формой, с прошлыми «именами». В-третьих, Мо-цзы критически относился к традициям, применяя их только для объяснения новых явлений. Он утверждал, что из древних традиций необходимо применять все, что полезно на данный момент и отбрасывать то, что устарело. Рациональным элементом в теории познания Мо-цзы есть мысль о важном значении объективного содержания «имен», о возможности познания вещей, о практическом значении знания.

Легизм

21. ВВЕДЕНИЕ В ФИЛОСОФИЮ. ГЛАВА 2. Происхождение философии и её исторические типы


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: