История первая. сильный духом

ЧЕЛОВЕК, Что САЖАЕТ ДЕРЕВЬЯ. ТРИ ИСТОРИИ ГУСМАНА МИНЛЕБАЕВА

История первая. Сильный духом

Гусман Минлебаев стал одним из тех, кто трудился на опробованиях первой в мире советской загоризонтной радиолокационной станции (РЛС), входящей в совокупность раннего обнаружения пусков американских межконтинентальных баллистических ракет. 26 апреля 1986 года на электростанции, находящейся в зоне прямой видимости и снабжавшей РЛС энергией, взорвался один из энергоблоков. Данной электростанцией была ЧАЭС…

Эвакуация с РЛС началась только к финалу вторых дней по окончании трагедии. Гусман месяц пролежал в гарнизонном госпитале – из-за взятой дозы радиации он по нескольку раз на дню начал терять сознание. Уже в это время ему был поставлен диагноз «Лучевая болезнь» третьей степени. Но в то время, когда совсем стало ясно, сколь важна обстановка на чернобыльской атомной станции, его снова вернули на объект. В том месте он совершил ещё 4 дня – занимался эвакуацией тайной документации и оборудования.

А позже… нескончаемые поликлиники, лекарства и врачи. «В то время, когда лечился в Москве, – вспоминает Гусман, – нам разрешали гулять по городу. Но делать это поодиночке было нельзя – лишь группой по 4-5 человек. По причине того, что в случае если один внезапно «вырубится», остальные четверо смогут его забрать за´ руки- за´ ноги и дотащить до скорой помощи. Днём было прекрасно, шумно, исходя из этого никакой боли ты не слышал. А ночью, в то время, когда негромко, она, оказывается, шумит. Ты её слышишь, она тебе дремать не даёт». По заключениям экспертов, за дни нахождения в десятикилометровой территории отчуждения Гусман взял порядка 350 годовых доз радиации.

Ему дали вторую группу инвалидности, с которой нельзя работать. В стране уже начинались тяжёлые времени, исходя из этого с таким положением дел Гусман не дал согласие: «Я собрал букеты, шампанское, к бабушкам-докторам ВТЭК отправился. На колени поднялся – перед дамой на колени подниматься возможно: «Выручайте, что мне сейчас, зубы на полку класть?». Они точку по окончании слов «не трудоспособен» исправили на запятую и дописали: «может выполнять работу на 0.5 ставки». Позднее я выяснил, что инвалидность с полной нетрудоспособностью все в большинстве случаев просят, а я один, кто отказался».

Последствия лучевой болезни не вынудили себя продолжительно ожидать. Неизменно болели мускулы, началась онемение и потеря чувствительности, позже стали беспокоить суставы. Через некое время нашли и самое основное – мышечную саркому. «Большое количество чего я нехорошего видел, связанного с радиацией. Видел, как у ребят, с которыми лежал, кровоизлияния по всему телу начинались. Видел, каких детей по окончании Чернобыля дамы рожали. Смертей большое количество было, ребятам глаза приходилось закрывать. Позже доктора и мне говорили, что я погибнуть обязан. Из моей грудины несколько дюжина раз пункции брали. Ток через ноги пропускали – кожа в этих местами обугливалась, до сих пор тёмные пятна остались. А кое-какие участки тела боли не ощущают – ткнёшь иголкой, а ощущений нет. Отечественные доктора заявили, что мне какие-то особенности организма помогли выжить, а китайцы – что у меня легко дух громадной, сильный, исходя из этого и не загнулся».

Случайное знакомство с китайскими предпринимателями на протяжении лечения в Столичном рентгенологическом университете выяснило судьбу Гусмана. У китайцев появились сложности с приобретением в Набережных Челнах партии КамАЗов, и в обмен на то, что они заберут к себе на лечение нескольких чернобыльцев, Гусман свёл их со собственными бывшими сокурсниками, каковые к тому времени трудились на автогиганте. Всё оказалось удачно, и скоро Гусман был в университете народной медицины в Харбине. Цикл лечения складывался из двух посещений. Первое продолжалось 3 месяца, 2 из которых китайские доктора выводили из печени и почек остатки пилюль, которыми Гусмана лечили в СССР. Общее состояние организма улучшалось: «Обмороки закончились, и я стал нормально ходить, начал набирать вес. Мне делали иглоукалывание и давали выжимку из органов китайского оленя: еле-еле приходишь на укол, а по окончании него мин. через 20 чувствовать начинаешь, как в тебя силу как словно бы насосом вкачивают».

В то время, когда Гусмана выписывали, китайские доктора упорно советовали ему продолжить лечение лекарственными растениями. Они заявили, что его иммунная совокупность близка к нулю, и имеется лишь одна надежда на её восстановление – растения-адаптогены. Это означало, что добываться они должны на той почва, где живёт Гусман – в Казани либо её окрестностях. Оставалась одна неприятность: рекомендованные женьшень, элеутерококк, аралия маньчжурская и т.п. тут не растут. Их привычная среда – полог леса, дальневосточная тайга. Гусман не планировал сидеть сложа руки – он поверил китайцам, тем более что через некое время похожий подход ему был озвучен и в Германии.

И Гусман начал искать ближайшее к Казани место, где выращивали женьшень. Отыскал его в Башкирии. Познакомился с человеком, что занимался этим, и узнал, как он это делает. Смущало применение удобрений, исходя из этого Гусман решил пойти По другому пути. Он отправился в Хабаровский край, в совхоз «Женьшень», где за ночлег и хлеб на месяц получил работу . Договорился с бригадиром, дабы ежедневно тот его ставил на новую профессию. Гусман желал знать всё – как готовят землю, как хранят семена, как заботятся за всходами, как и в то время, когда выкапывают выросшие растения.

По возвращению на родину Гусман определился с требованиями ГОСТов к расстояниям и территориям от городов, где возможно выращивать лекарственные растения. Выяснил те районы Татарстана, где нельзя сажать не то что женьшень, но и плодовые деревья. В итоге втихаря высадил в ближайших к Казани марийских лесах партию саженцев и высеял семена женьшеня. На создание насаждений ушло 2 года. На двух тысячах подготовленных мест, в каждое из которых было положено по 3 мешка подготовленной земли, выросло 600 растений, каковые сейчас разрешают поддерживать здоровье не ему одному. Это первенствовал ход к реализации громадного и сложного проекта, что уже тогда начал зарождаться в голове Гусмана Минлебаева – проекта частного лесоводства.

Страно, но в то время, когда мы в первый раз встретились с Гусманом Валеевичем, ничто, не считая трости, на которую он опирался на протяжении ходьбы, не выдавало тех опробований, через каковые ему было нужно пройти. Перед нами был весьма бодрый, деятельный и весёлый человек. Человек, в далеком прошлом отказавшийся от медикаментозного лечения и таблеток, но выращивающий у себя в хозяйстве множество неповторимых для отечественной полосы лекарственных трав.

Сильные духом (1967) (1 серия) фильм наблюдать онлайн


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: