Экспертное сообщество и русофобия

Проблему пристрастности Запада в его отношении к Российской Федерации направляться разглядывать в двух плоскостях: во-первых, с позиций ее массового восприятия и, во-вторых, в плане ее восприятия элитными группами. В случае если в первом случае речь заходит, по сути дела, только о более либо менее пассивных “потребителях” информации, то во втором случае мы имеем дело с участниками процесса формирования имиджа России, реализующими на протяжении этого процесса личные интересы и получающими собственных целей.

Антироссийская пристрастность элитной части западной общественности разъясняется отнюдь не ее нехорошей информированностью либо устойчивостью шаблонных точек зрения, поверхностно отражающих объективную действительность. Налицо, скорее, совсем осознанное неприятие всего связанного с Россией, принимаемой как страна, не только чуждая Западу в культурном и ценностном смысле, но и проводящая политику, ущемляющую западные интересы.

Кое-какие зарубежные аналитики уверены в том, что адекватным определением негативной позиции западной элиты в отношении России есть термин “русофобия”. Наряду с этим одни знают русофобию как сознательно формируемое зарубежными СМИ неприятие России, преследующее в полной мере определенные политические цели, в то время как другие определяют ее как некоторый иррациональный ужас перед отечественной страной, вызывающий неприязнь к ней. Непременно, во многих случаях русофобия, вправду, может вести к намеренному искажению образа России пишущими о ней зарубежными авторами. Но намного более характерным ее проявлением выступает не прямолинейная дезинформация, а тенденциозность и субъективная расстановка акцентов в отборе фактов, при которых особенное внимание уделяется тем нюансам нашей жизни и политики, каковые согласуются с антироссийской точкой зрения.

В этом смысле имидж России делается, по сути дела, необычной проекцией интерпретации русском проблематики западными СМИ. Кроме того те из них, за которыми закрепилась репутация объективных, в большинстве случаев находят очень действенные методы выражения собственного негативного отношения к затрагиваемым сюжетам. В одних случаях пристрастность достаточно искусно вуалируется. В других она выясняется совсем очевидной, являясь частью в полной мере сознательной кампании по “очернению” России. Узнаваемый британский исследователь Анатоль Ливен, характеризуя роль западных СМИ в освещении русском проблематики, констатирует: “самый тревожным нюансом западной русофобии” есть то, что она демонстрирует свойство через чур многих западных журналистов “поступиться собственными опытными правилами соблюдения объективности”.

К тому же, тенденциозность массового восприятия России лишь на поверхности выглядит как продукт соответствующей деятельности СМИ. На деле же представители журналистского сообщества являются только одним, и притом далеко не главным, источником субъективности в понимании России. Наровне с журналистами, профессионально занятыми регулярным информированием западной аудитории, в формировании образа нашей страны принимают активное участие эксперты и специалисты, чья профессия содержится в анализе происходящих в Российской Федерации процессов, и официальные дипломаты и политические деятели, имеющие дело с Россией. И в значительной степени русофобия является результатом деятельности как раз этого экспертного сообщества.

Американский политолог Гордон Хан подчеркивает, к примеру, особенную роль в формировании негативного образа России той группы западных ученых и специалистов (в частности, таких как Збигнев Бжезинский, Генри Киссинджер, Ричард Пайпс), каковые принадлежат к научной школе, думающей, что русский ментальность и политическая культура наших соотечествеников мешают демократизации страны. С их точки зрения, Российская Федерация постоянно будет оставаться авторитарной, экспансионистской страной, враждебной Западу. Авторы этого круга, согласно точки зрения Хана, сосредоточивают внимание на тех либо иных качествах русском судьбе и русского политики не в силу их настоящей значимости, а по обстоятельству их соответствия определенным западным концепциям. Наряду с этим они совсем честно уверенный в объективности собственной позиции, полагая, что, как пишет политолог, “открывают Западу глаза” на настоящую Россию, помогая осознать сущность данной страны, якобы затуманиваемую теми, кто “игнорирует действительность”.

Все это разрешает сказать о том, что в механизме формирования западных представлений о России журналистское сообщество частенько делает функции некоего “передаточного звена”, показывающего русофобские позиции, характерные для определенной части интеллектуальной и политической элиты Запада. Прежде всего как раз представители элитных групп западного общества, так или иначе, задают тональность освещения русском тематики в массмедиа. С одной стороны, высказываемые ими суждения и оценки по русскому проблематике конкретно тиражируются журналами и газетами, звучат на радио и телевидении. Иначе, кроме того оставаясь “за скобками” публикаций СМИ либо радио- и телевизионных передач, рассчитанных на массовую аудиторию, они во многом определяют угол зрения журналистского сообщества на освещаемую ими русского действительность.

Само собой разумеется, было бы неточностью не видеть в экспертных публикациях, посвященных России, ничего, не считая тенденциозности. Не все западные специалисты, специализирующиеся на изучении нашей страны, пребывают в плену антироссийских предубеждений. Многие из них отнюдь не склонны пользоваться стереотипами времен холодной войны и вычисляют собственной главной функцией объективный анализ, понимая его необходимость для выработки конструктивной политики Запада в отношении современной России. К тому же, существуют определенные объективные и субъективные обстоятельства, в силу которых принадлежащие данной части экспертного сообщества трактовки реалий русском судьбе и ее политики остаются в значительной степени вне поля зрения широких весов.

Ориентация СМИ на массовую аудиторию неизбежно ведет к упрощению показываемых ими экспертных суждений, к “информации” и отсечению мнений, касающихся многих, достаточно ответственных нюансов русском действительности, каковые, в большинстве случаев, рассматриваются в аналитических публикациях. Так, во многом не востребованными западными СМИ остаются мысли специалистов по поводу наличия объективных факторов, замедляющих сейчас процессы демократизации в Российской Федерации. В следствии в массовом сознании Запада укрепляется представление о принципиальном неприятии Россией народовластия и либерально-демократических сокровищ.

Оценивая значение аналитических работ о России с позиций их вклада в формирование массовых представлений о отечественной стране, запрещено, само собой разумеется, не учитывать тот факт, что сами эти работы, независимо от личного отношения их авторов к объекту анализа, не смогут содержать целостной картины. В той противоречивой действительности, которую являет собой современная Российская Федерация, каждая ее черта (среди них и в полной мере дружественная) неизбежно страдает упрощенностью. Но массовая аудитория оказывается все же более чувствительной к негативным трактовкам. Присутствие в сознании западного человека последовательности устоявшихся антироссийских стереотипов значительно снижает его спрос на данные, талантливую расшатать сложившийся образ страны.

Значительно да и то, что рядовой человек на Западе сейчас достаточно равнодушен к русскому проблематике. По окончании десятилетий холодной войны, в то время, когда интернациональная напряженность делала тему России одной из самые актуальных, на данный момент она очевидно отошла в массовом сознании на второй план. Не смотря на то, что на рубеже 1980-1990-х годов беспрецедентные публично-политические изменения, происходившие в Российской Федерации, привлекли к ней внимание (причем, непременно, дружественное), в конечном итоге, период данный был относительно маленьким. Мысли западной общественности заняты сейчас совсем вторыми проблемами интернациональной судьбе. Ирак, арабский Восток, Китай, отношения Европы и США, интернациональный терроризм — вот кое-какие из внешнеполитических тем, вызывающих на данный момент громаднейшую озабоченность западных граждан. Как продемонстрировало, например, обследование, совершённое в 2003 году в Соединенных Штатах, интерес к Российской Федерации и российской проблематике характерен для достаточно ограниченных слоев общества. Только добрая половина опрошенных американцев высказывала какие-то конкретные суждения о России. Для остальных наша страна очевидно не относилась к объектам какое количество-нибудь устойчивой рефлексии. По оценке исследователей Фонда “Публичное вывод”, американцев мало интересуют актуальные новости из России. “Образ нашей страны в американском сознании, — констатируют они, — во многом опирается на события исторического прошлого”.

При всей ограниченности репрезентативных конкретно-социологических данных существует много косвенных свидетельств, разрешающих утверждать: в восприятии России рядовым человеком на Западе господствует сейчас скорее безразличие, нежели антипатии либо симпатии. Интерес западного обывателя к Российской Федерации носит эпизодический темперамент. В большинстве случаев, он обостряется в связи с конкретными — значительно чаще сенсационными и не содействующими улучшению репутации нашей страны — событиями интернациональной и русском судьбе. Наряду с этим полностью сохраняют собственную роль классические, в далеком прошлом сложившиеся механизмы “удовлетворения” этого интереса, содействующие устойчивости многих штампов западного сознания, касающихся России.

НЭС первое экспертное сообщество


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: