Элементы перестраиваются

в один раз Мегхийя поведал Будде о том, что Нанда несчастен среди монахов. Нанда тоскует по невесте, покинутой в Капилаваттху. Он сказал:

— Я не забываю сутки, в то время, когда я нес чашу Будды в парк Нигродха. В то время, когда я уходил, Джанапада Калиани взглянула мне в глаза и сообщила: “Возвращайся стремительнее. Я буду ожидать тебя”. Я так светло не забываю блеск ее тёмных волос, ниспадающих на плечи. Ее образ довольно часто появляется на протяжении моих медитаций. Любой раз, в то время, когда я вспоминаю ее, чувство потери переполняет меня. Оставаясь монахом, я не нахожу счастья.

На следующее утро Будда пригласил Нанду на прогулку. Они вышли из Джетаваны и направились к отдаленной деревушке, размешавшейся на берегу озера. В том месте они сели на громадный валун над кристально чистой водой. Рядом плескалась семья уток. Птицы пели в ветвях деревьев над ними.

Будда начал разговор.

— Кое-какие из отечественных братьев говорили мне, что ты несчастлив, живя судьбой бхикшу, правда ли это?

Нанда молчал. Помедлив некое время, Будда задал вопрос:

— Желаешь ли ты возвратиться в Капилаваттху и подготавливаться к вступлению на трон?

Нанда быстро ответил:

— Нет, нет. Я уже неоднократно сказал всем, что не обожаю заниматься политикой. Я знаю, что у меня нет свойств для управления королевством. Я не желаю стать королем.

— Тогда отчего же ты несчастлив среди бхикшу?

Нанда снова промолчал.

— Ты страдаешь, по причине того, что утратил Калиани?

Нанда покраснел, но ничего не ответил. Будда сообщил:

— Нанда, имеется большое количество молодых дам и тут, в Косале, таких же прекрасных, как и твоя Калиани. Ты не забываешь прием во дворце короля Пасенади? Увидел ли ты, сколько в том месте прекрасных дам?

Нанда признал:

— Быть может, в том месте были дамы, столь же прекрасные, как она. Но я думаю лишь о Калиани. В данной жизни имеется лишь одна Калиани.

— Нанда, привязанность возможно громадным препятствием для духовной практики. Физическая красота дамы увядает так же неотвратимо, как и красота розы. Ты знаешь, что все вещи непостоянны. Ты обязан обучиться попадать в непостоянную природу вещей. Взгляни.

Будда указал на старуху , опирающуюся на палку и переходящую, прихрамывая, по бамбуковому мостику. Ее лицо было изрезано морщинами.

— Эта старуха была когда-то красавицей. Красота Калиани также увянет с годами, а твои поиски просветления смогут принести радость и мир в данной и в будущих судьбах. Нанда, взглянуть на двух мартышек, играющих на той ветке. Возможно, ты сообщишь, что самка ужасна с данной красным и вытянутой мордой седалищем, но для самца она — самая красивая обезьянка в мире. Для него она единственная, и он пожертвует самой судьбой, дабы обезопасисть ее. Видишь ли ты, что…

Нанда прервал Будду.

— Прошу вас, не рассказываете ничего более. Я осознаю то, что вы желаете сообщить. Я чистосердечно посвящу всего себя практике.

Будда улыбнулся собственному младшему брату.

— Удели особенное внимание наблюдению за своим дыханием. Медитируй на собственный тело, эмоции, порождения разума, объекты и сознание собственного сознания. Наблюдай вглубь, дабы заметить процесс рождения, увядания и роста каждого явления. Если ты не сможешь чего-то осознать, приходи задать вопрос меня либо Сарипутту. Нанда, не забывай, что счастье, которое приносит освобождение, есть подлинным, абсолютным счастьем. Оно ни при каких обстоятельствах не может быть стёрто с лица земли. Стремись к этому счастью.

Небо начало темнеть. Будда и Нанда встали и пошли обратно в монастырь.

В Джетаване сейчас установилась стабильная и размеренная монашеская судьба. Число бхикшу, живущих тут, увеличилось до пятисот. В будущем году Будда возвратился в Весали к периоду уединения. Принцы Ликчави перевоплотили Громадной лес в монастырь. Они возвели зал Дхармы под крышей с двумя пролетами и назвали его Кутагара. Много мелких хижин было разбросано в лесу среди деревьев сал. Амбапали и принцы сделали многочисленные пожертвования для собрания уединения.

Совершить собрание уединения вместе с Буддой собрались бхикшу со всей Магадхи а также из Шакья. Всего собралось шестьсот бхикшу. Пришло кроме этого много мирян — светских последователей Будды. Они каждый день приносили пожертвования пищей и находились на всех проповедях Дхармы.

в один раз утром ранней в осеннюю пору, сразу после окончания собрания уединения Будда взял известие, что король Суддходана находится при смерти. Король отправил принца Маханаму, собственного племянника, дабы призвать Будду, в надежде в последний раз заметить собственного сына. По особенной просьбе Маханамы Будда дал согласие отправиться в экипаже, дабы успеть своевременно. Его сопровождали Ануруддха, Нанда, Ананда и Рахула. Они уехали так скоро, что кроме того принцы Ликчави и Амбапали не смогли их проводить. По окончании отъезда экипажа двести бхикшу, включая всех бывших принцев из клана Шакья, направились в Капилаваттху. Они желали быть рядом с Буддой на протяжении похорон его отца.

Королевская семья встретила Будду у ворот дворца. Махападжапати сразу же совершила его в покои короля. Бледное и изнуренное лицо короля осветилось изнутри, в то время, когда он заметил Будду. Будда присел в постель и забрал руку короля в собственные руки. Перед ним лежал восьмидесятидвухлетний, больной и исхудавший король.

Будда сказал:

— Папа, дышите, прошу вас, мягко и медлительно. Улыбнитесь. Сейчас нет ничего серьёзнее вашего дыхания. Нанда, Ананда, Рахула, Ануруддха и я будем дышать в один момент с вами.

Король взглянуть на каждого из них. Он улыбнулся и начал смотреть за своим дыханием. Никто не осмеливался сказать тишина. Через некое время король посмотрел на Будду и сообщил:

— Я светло заметил непостоянство судьбы да и то, что в случае если человек желает счастья, он не должен растрачивать собственную жизнь в удовлетворении жажд. Счастье достигается несложной и свободной судьбой.

Королева Готами сообщила Будде:

— Последние месяцы король жил весьма несложной судьбой. Он по-настоящему начал следовать твоему учению. Это поменяло жизнь всех нас.

Держа руку короля, Будда сообщил:

— Папа, взгляни пристально на меня, Нанду и Рахулу. взглянуть на зеленые листья на этих ветвях за окном. Жизнь длится. А так как она длится, будешь жить и ты. Ты будешь жить во мне, и в Нанде, и в Рахуле, и во всех живых существах. Отечественное временное тело появляется из четырех элементов, каковые распадаются лишь чтобы опять соединиться в нескончаемом круговороте. Папа, не думайте, что в случае если тело исчезает, смерть и жизнь смогут связать нас. Тело Рахулы — это кроме этого и ваше тело.

Будда жестом поманил Рахулу и попросил забрать другую руку короля. Хорошая ухмылка появилась на лице умирающего короля. Он осознал слова Будды и более не опасался смерти.

Все советники и королевские министры находились наряду с этим. Он подозвал их и не сильный голосом сказал:

— в течении моего правления я, без сомнений, обижал и расстраивал вас. Перед тем как я погибну, я прошу вас забыть обиду меня.

советники и Министры не могли сдержать слез. Принц Маханама опустился на колени около кровати и сообщил:

— Ваше величество, вы были самым добродетельным и честным королем. Никто тут не имеет возможности упрекнуть вас.

Он продолжал:

— Я смиренно прошу, дабы принц Нанда покинул монашескую судьбу и возвратился в Капилаваттху, дабы унаследовать трон. Целый народ будет радостен заметить вашего сына новым королем. Я обязуюсь помогать ему и поддерживать его всем своим существом.

Нанда взглянуть на Будду, как словно бы умолял о помощи. Королева Готами кроме этого посмотрела на Будду. Тот заговорил негромким голосом:

— Папа, министры, разрешите мне поделиться своим взором на данный вопрос. Нанда не имеет ни склонности, ни свойств, дабы делать обязанности правителя. Ему необходимы еще годы духовной практики для подготовки к этому. Рахуле лишь пятнадцать лет, и он через чур молод, дабы стать королем. Я пологаю, что у принца Маханамы имеется все качества чтобы быть королем. Это человек таланта и большого ума, он кроме этого владеет состраданием и пониманием. Более того, он являлся главным советником короля в течении последних шести лет. От имени королевской семьи, от имени народа я прошу принца Маханаму принять на себя эту тяжелую ответственность.

Маханама соединил ладони и запротестовал.

— Я опасаюсь, что мои таланты далеки от того, что требуется для короля. Прошу вас, ваше величество, господин Будда, министры, выберите кого-нибудь другого, более хорошего, чем я.

Но министры поддержали предложение Будды. Король кроме этого кивнул в согласии и подозвал Маханаму к себе. Он забрал его за руку и сказал:

— Все доверяют тебе. Сам Будда верит тебе. Ты мой племянник, и я буду рад передать тебе трон. Ты продолжишь отечественный род в сотнях поколений.

Маханама поклонился, подчиняясь жажде короля.

Король был рад.

— Сейчас я могу нормально не обращать внимания. Я радостен видеть Будду перед тем, как покину данный мир. Мое сердце сейчас вольно от каких-либо забот. У меня нет больше горечи и сожалений. Я надеюсь, что Будда останется в Капилаваттху на некое время, дабы оказать помощь Маханаме в первые дни его правления. Ваша добродетель, господин Будда, обеспечит отечественной стране мир в течении судьбы сотен поколений.

Голос короля ослаб практически до шепота.

Будда ответил:

— Я останусь тут столько времени, сколько потребуется для помощи Маханаме.

Король слабо улыбнулся. Его глаза излучали умиротворенность. Он закрыл глаза и ушел из данной жизни. Королева Готами и Ясодхара начали плакать. Министры в горе кроме этого зарыдали. Будда сложил руки короля на груди и знаком внес предложение всем прекратить рыдания. Он дал совет им сосредоточиться на своем дыхании. После этого он внес предложение им собраться в второй комнате и обсудить организацию похорон.

Похороны состоялись через семь дней. В церемонии приняло участие свыше тысячи брахманов. Но похороны короля Суддходаны очень отличались тем, что в них учавствовали пятьсот бхикшу, одетые в шафранные платья и воображающие Путь Будды. Не считая песнопений брахманов и обычных молитв, были прочтены и сутры Пути. Бхикшу прочли Четыре Добропорядочные Истины, Сутру Непостоянства, Сутру Огня, Сутру Взаимозависимого происхождения и Три Прибежища. Они просматривали на языке Магадхи, на котором говорили все народы к востоку от Ганга.

Будда медлительно обошел погребальный костер три раза. Перед тем как зажечь его, он сообщил:

— Рождение, старость, болезни и смерть свойственны всем людям. Мы должны думать об этих вещах ежедневно, дабы не утратить себя в жаждах и суметь создать жизнь, наполненную миром, удовлетворением и радостью. Человек, достигший Пути, невозмутимо наблюдает на рождение, старость, болезни и смерть. Подлинная природа всех дхарм содержится в том, что нет ни рождения, ни смерти; ни создания, ни разрушения; ни повышения, ни уменьшения.

Пламя скоро охватило костер. барабанов и Звуки гонгов смешались с похоронными песнопениями. Большинство населения Капилаваттху пришла взглянуть, как Будда зажжет погребальный костер короля.

По окончании коронации Маханамы Будда оставался в Капилаваттху еще три месяца. в один раз Махападжапати Готами посетила его в парке Нигродха. Она подарила новые платья для бхикшу и попросила посвящения в монахини, сообщив:

— Если вы разрешите, дабы и дамы были посвящены, то многим принесете пользу. В отечественном клане большое количество принцев удалились из дома и стали бхикшу. Многие из них имели жен. на данный момент их жены желают изучать Дхарму как монахини. Сама я кроме этого желаю взять посвящение. Это принесет мне громадную эйфорию. Это мое единственное желание с момента смерти короля.

Будда продолжительно молчал, перед тем как сказал:

— Это нереально.

Госпожа Паджапати возразила:

— Я знаю, что это тяжёлое ответ для тебя. Если ты примешь дам в сангху, то встретишь сопротивление и протест со стороны общества. Но я не верю, что ты опасаешься таковой реакции.

И снова Будда ответил молчанием. Наконец он сказал:

— В Раджагахе также имеется большое количество дам, каковые желают быть посвященными, но я не пологаю, что для этого настало подходящее время. Еще не созрели условия для приема в сангху дам.

Готами три раза повторяла собственные аргументы, но его ответ оставался неизменным. Очень сильно расстроенная, она уехала. Возвратившись во дворец, она передала ответ Будды Ясодхаре.

Через пара дней Будда возвратился в Весали. По окончании его ухода Готами собрала всех дам, каковые желали взять посвящение. Среди них были и юные незамужние дамы. Все они принадлежали к роду Шакья. Готами сообщила им:

— Я не сомневаюсь, что на Пути Пробуждения все люди равны. У каждого имеется возможность стать просветленным и освободиться. Будда сам сказал это. Он принял в сангху и неприкасаемых. Нет обстоятельства отказывать в этом дамам. Мы такие же люди. Мы можем достигнуть освобождения и просветления. Нет обстоятельств вычислять дам низшими существами. Я полагаю, что мы должны обрить головы, оставить наши драгоценности и тонкие одежды, надеть желтые платья бхикшу и пешком пойти в Весали, где мы попросим посвящения. Так мы докажем Будде и всем остальным, что можем жить несложной судьбой и практиковать Путь. Мы пройдем много миль, собирая пропитание подаянием. Это единственная надежда быть принятыми в сангху.

Все дамы дали согласие с Готами. Они заметили в ней настоящего фаворита. Ясодхара улыбнулась. Она уже давно оценила сильную волю Готами. Готами не могли остановить какие-либо преграды, как уже доказали годы ее работы вместе с Ясодхарой на благо бедных.

Готами сообщила Ясодхаре:

— Гопика, будет лучше, если ты не отправишься с нами сейчас. В то время, когда мы добьемся успеха, ты сможешь последовать за нами.

Ясодхара улыбнулась, соглашаясь.

Глава 45

Открывая дверь

Рано утром по дороге к озеру Ананда встретил Готами и пятьдесят вторых дам, стоящих неподалеку от хижины Будды. У всех у них были обриты головы, а одеты они были в желтое платье. Их ноги опухли и кровоточили. Сперва Ананда поразмыслил, что это делегация монахов, но неожиданно определил госпожу Готами. С большим трудом веря своим глазам, он выпалил:

— О небеса! Госпожа Готами! Откуда вы взялись тут? Из-за чего ваши ноги в крови? Из-за чего вы и другие дамы пришли ко мне в таком виде?

Готами ответила:

— Почтенный Ананда, мы обрили головы и покинули все отечественные драгоценности и тонкие одежды. У нас в нашем мире больше нет никакого имущества. Мы покинули Капилаваттху и шли пятнадцать дней, ночуя на обочинах дорог и собирая подаяние в мелких сёлах по пути. Мы желаем продемонстрировать, что способны жить так, как живут бхикшу. Я умоляю тебя, Ананда, поболтай с Буддой от отечественного имени. Мы желаем быть посвященными в монахини.

Ананда ответил:

— Подождите тут. Я на данный момент же поболтаю с Буддой. Я обещаю сделать все, что смогу.

Ананда вошел в хижину Будды именно в момент, в то время, когда тот надевал собственный платье. В том месте был и Наджита, что прислуживал Будде в то время. Ананда поведал все, что только что видел и слышал. Будда ничего не ответил.

Тогда Ананда задал вопрос:

— Господин, вероятно ли для дамы достигнуть Плодов Входящего в Поток, Единожды Возвращающегося, Ни при каких обстоятельствах не Возвращающегося и Архатства?

— Вне всякого сомнения, — ответил Будда.

— Тогда отчего же вы не принимаете дам в сангху? Госпожа Готами кормила и заботилась о вас с детства. Она обожала вас, как сына. Сейчас она обрила голову и отказалась от всего собственного состояния. Она прошла целый путь от Капилаваттху, дабы доказать, что дама может перенести все то же, что и мужчина. Прошу вас, проявите сострадание и разрешите ей взять посвящение.

Будда продолжительно молчал. После этого он попросил Наджиту собрать почтенных Сарипутту, Моггаллану, Ануруддху, Бхаддийю, Кимбилу и Махакассапу. В то время, когда они пришли, он детально обсудил с ними ситуацию . Он растолковал, что не дискриминация по отношению к дамам есть обстоятельством его колебаний. Он не знал совершенно верно, как открыть общину для дам, не создавая страшного конфликта и внутри, и вне сангхи.

По окончании продолжительного обмена мнениями Сарипутта сообщил:

— Будет разумным четко обозначить правила, каковые выяснят роль монахинь в сангхе. Такие правила разрешат уменьшить публичное противодействие, которое точно появится, поскольку неравенство дам существует тысячи лет. Давайте разглядим следующие Восемь Правил:

Во-первых, монахиня, либо бхикшуни, будет постоянно уступать старшинство бхикшу, даже если она старше годами либо продолжительнее практикует.

Во-вторых, все бхикшуни должны проводить собрание уединения невдалеке от центра, где живут сейчас бхикшу, дабы приобретать духовную большие знания и поддержку.

В-третьих, два раза в месяц бхикшуни должны направлять кого-нибудь, дабы пригласить бхикшу и выяснить совместно дату “упосатхи”, другими словами особенного ритуального дня. Данный бхикшу обязан посещать монахинь, обучать их и поддерживать их в практике.

В-четвертых, по окончании собрания уединения на протяжении сезона дождей монахини должны находиться на церемонии Паварана и воображать отчет о собственной практике не только вторым монахиням, но и монахам.

В-пятых, в случае если бхикшуни нарушит обеты, она обязана исповедоваться перед монахами и другими монахинями.

В-шестых, по окончании практики в качестве послушницы бхикшуни принимают полные обеты перед общинами и монахинь, и монахов.

В-седьмых, бхикшуни не должна осуждать либо осуждать бхикшу.

В-восьмых, бхикшуни не имеет возможности давать объяснения Дхармы общине бхикшу.

Моггаллана захохотал.

— Эти Восемь Правил утверждают безотносительное неравенство. Не станешь же ты утверждать обратное?

Сарипутта ответил:

— Целью этих правил есть открыть дверь для вступления дам в сангху. Они не направлены на дискриминацию, но должны оказать помощь закончить неравенство . Разве ты не видишь этого?

Моггаллана кивнул, признавая утверждение Сарипутты.

Бхаддийя сообщил:

— Эти Восемь Правил нужны. Госпожа Готами располагает громадной властью. Она мать господина. Без аналогичных правил было бы тяжело любому, за исключением самого Будды, руководить ей в практике.

Будда повернулся к Ананде.

— Ананда, прошу вас, сообщи госпоже Махападжапати, что, если она согласится с этими восемью Особенными Правилами, она и другие дамы смогут быть посвящены.

Солнце уже высоко взошло в небе, но Ананда отыскал госпожу Готами и других дам в терпеливом ожидании. Готами была рада, услышав Восемь Правил. Она ответила:

— Почтенный Ананда, сообщи, прошу вас, Будде, что я с удовольствием принимаю Восемь Правил так же, как юная женщина с удовольствием принимает гирлянду цветов лотоса либо роз, дабы украсить собственные волосы, вымыв их благоуханной водой. Я буду направляться им всю собственную жизнь, в случае если мне будет дано принять посвящение.

Ананда возвратился в хижину Будды и передал ему ответ госпожи Готами.

Другие дамы встревожено взглянуть на Готами, но она улыбнулась и успокоила их:

— Не волнуйтесь, сестры. Самое основное — мы добились права на посвящение. Эти Восемь Правил не будут препятствием в отечественной практике. Они станут той дверью, через которую мы войдем в сангху.

В тот же сутки пятьдесят дам были посвящены в монахини. Почтенный Сарипутта договорился, дабы они временно жили в манговой роще Амбапали. Будда кроме этого попросил Сарипутту научить монахинь базам практики.

Спустя восемь дней бхикшуни Махападжапати нанесла Будде визит. Она сообщила:

— Господин, прошу вас, проявите сострадание и объясните мне, как возможно наилучшим образом добиться стремительных удач на пути освобождения.

Будда ответил:

— Бхикшуни Махападжапати, самое ответственное — осознание. Практикуйте наблюдение за дыханием и медитацию на тело, эмоции, объекты и разум сознания. Практикуя так, с каждым днем вы станете все глубже ощущать смирение, покой, отрешенность, умиротворение и радость. В то время, когда покажутся эти качества, вы имеете возможность быть уверены, что находитесь на верном пути, на пути просветления и пробуждения.

Бхикшуни Махападжапати захотела выстроить монастырь в Весали, дабы монахини имели возможность жить близко к его старшим и Будде ученикам. Она кроме этого решила позднее возвратиться в Капилаваттху и открыть монастырь на родине. Она послала посланца к Ясодхаре с хорошими вестями о посвящении дам. Бхикшуни Готами знала, что прием дам в сангху повлечет за собой громадный шум. без сомнений, появится сильный протест, и многие люди будут осуждать Будду и его сангху. Она знала, что Будде нужно будет противостоять многим трудностям. Она была признательна ему и осознавала, что Восемь Правил временно нужны для защиты сангхи от больных распрей. Она была уверена и в том, что позднее, в то время, когда посвящение дам станет неоспоримым фактом, эти правила будут больше не необходимы.

У общины Будды было сейчас четыре ветви — бхикшу, бхикшуни, “упасака” (светские последователи-мужчины) и “упасика” (светские последователи-дамы).

Бхикшуни Махападжапати шепетильно обдумала одеяние бхикшуни. Все ее предложения были приняты Буддой. У бхикшу было три предмета одежды: “антараварсака”, либо брюки, “уттарасангха”, либо нижнее платье, “сангхати”, либо верхнее платье. В дополнение к этим трем предметам одежды для бхикшуни добавили ткань, обертываемую около груди и именуемую “самкаксика”, и юбку “кусулака”. Не считая чаши и этой одежды для сбора подаяния, монахиня и каждый монах имели возможность иметь веер, фильтр для воды, иголку с нитками для починки платья, палочку для очищения зубов и бритву для бритья головы два раза в месяц.

Глава 46

Охапка листьев симсапа

Монастырь Венувана в Раджагахе, монастырь Кутагарасала в Весали и монастырь Джетавана в Саваттхи сделались процветающими центрами в обучении и практике Пути. Были кроме этого основаны другие монастыри по всей Магадхе, Косале и в близлежащих королевствах. Вид бхикшу в шафранных одеждах стал везде привычным. Путь Пробуждения обширно распространился за шесть лет, прошедших по окончании Просветления Будды.

Будда совершил шестое собрание уединения в горах Макула, а седьмое — в горах Самкасиа в верхнем течении Ганга. Восьмой сезон он провел в Сумсумарагира, в Бхагге, а девятый — около Косамби. Косамби был громадным городом в королевстве Вамса, расположенном на протяжении реки Ямуна. В широком лесу, именуемом Гхосира по имени мирянина — светского последователя Будды, подарившего данный лес общине, был выстроен большой монастырь. Старшие ученики Махакассапа, Махамоггаллана, Сарипутта и Махакаккана не были вместе с Буддой на протяжении девятого собрания уединения в Гхосире, но с ним был Ананда. Рахула оставался с Сарипуттой.

В Гхосире росло большое количество деревьев симсапа, под которыми Будда обожал медитировать жаркими днями. в один раз по окончании медитации он возвратился в общину, держа охапку листьев симсапа. Он поднял ее и задал вопрос:

— Бхикшу, что больше — количество листьев в моей руке либо количество листьев в лесу?

Бхикшу ответили:

— Само собой разумеется, количество листьев в лесу.

Будда сообщил:

— Так же да и то, что я вижу, больше того, чему я учу. Из-за чего? По причине того, что я учу лишь тем вещам, каковые вправду нужны и нужны с целью достижения Пути.

Будда сообщил так, по причине того, что в Гхосире было большое количество бхикшу, тративших собственный время на философские спекуляции. В особенности это относилось к бхикшу Малункьяпутте, что запутался в эзотерических вопросах, не являющихся нужными для практики. Данный бхикшу имел привычку задавать Будде такие вопросы как, к примеру, имеется ли у Вселенной предел либо она безгранична, есть ли она временной либо вечной. Будда постоянно отказывался отвечать на такие вопросы. в один раз Малункьяпутта почувствовал, что не имеет возможности больше выносить молчания Будды. Он решил задать собственные вопросы Будде в последний раз, и в случае если снова не будет ответа, то попросить высвободить его от обетов бхикшу.

Он отыскал Будду и задал вопрос:

— Преподаватель, если вы согласитесь ответить на мои вопросы, я буду продолжать следовать за вами. В случае если же вы откажетесь, то я покину сангху. Сообщите, понимаете ли вы, конечна либо нескончаема вселенная. Если вы не понимаете ответ, так и сообщите.

Будда взглянуть на Малункьяпутту и ответил:

— В то время, когда ты просил посвящения, разве я давал слово отвечать на подобные вопросы? Разве я сказал: “Малункьяпутта, стань бхикшу, и я решу твои метафизические неприятности? “

— Нет, господин, вы не говорили этого.

— Тогда отчего же ты просишь меня сделать это на данный момент? Малункьяпутта, ты похож на человека, раненного отравленной стрелой. Его семья призвала доктора, дабы вынуть стрелу и дать противоядие. Но данный человек не разрешал доктору ничего делать, пока он не возьмёт ответ на кое-какие вопросы. Раненый желал знать, кто выпустил стрелу, из какой он касты и чем занимается, и из-за чего он выстрелил в него. Он желал знать, и какой вид лука применял стрелок, и как он добыл составные части яда. Малункьяпутта, таковой человек погибнет раньше, чем возьмёт ответ на собственные вопросы. Это похоже на Путь. Я учу лишь тем вещам, каковые нужны для осуществления Пути. Я не учу тому, что не есть нужным либо нужным. Малункьяпутта, независимо от того, конечна либо нескончаема вселенная, временна она либо вечна, имеется лишь одна истина, которую ты обязан принять, и это существование страдания. Страдание имеет обстоятельства, каковые смогут быть узнаны, дабы устранить их. То, чему я учу, окажет помощь тебе достигнуть отрешенности, невозмутимости, освобождения и умиротворения. Я отказываюсь сказать обо всех тех вещах, каковые не смогут быть нужны для осуществления Пути.

Устыдившись, Малункьяпутта попросил Будду забыть обиду его за такое глупое требование. Будда дал совет всем бхикшу сосредоточиться на их практике и избегать ненужных дебатов и философских спекуляций.

Гхосира, мирянин, подаривший данный лес, кроме этого пожертвовал и на постройку двух вторых монастырей — Кукуты и Паварикамбаваны. В этом районе был выстроен кроме этого четвертый монастырь и назван Бадарика.

В Гхосире, так же как и во всех других монастырях, некоторым бхикшу было намерено поручено запоминать учение Будды. Их назвали мастерами сутр, поскольку слова Будды именовались сутрами. Обращение Будды перед первыми пятью собственными учениками в Оленьем парке была названа “Сутрой поворота Колеса Дхармы”. Кое-какие из сутр, как, к примеру “Сутра отсутствия отдельной самости”, “Сутра взаимозависимого происхождения”, “Сутра Добропорядочного Восьмеричного Пути”, запоминались и читались два раза в месяц всей общиной бхикшу.

Не считая мастеров сутр, среди бхикшу выделялись мастера заповедей, каковые растолковывали разные заповеди послушникам и только что посвященным бхикшу. Рахула и другие послушники, которым еще не исполнилось двадцати лет, следовали заповедям, именуемым “саманера”.

В тот год в Гхосире появился конфликт между мастерами заповедей и мастерами сутр. Их спор появился из маленького события, но разросся до раскола в сангхе. Один мастер сутр забыл вымыть сосуд для омовений, которым он пользовался, и понес наказание мастером заповедей. Данный мастер сутр был весьма гордым человеком и утверждал, что потому, что он не специально покинул сосуд нечистым, то в этом нет его вины. Ученики каждого бхикшу приняли сторону собственных преподавателей, и спор начал разрастаться. Одна сторона обвиняла другую во лжи, а вторая обвиняла собственных оппонентов в глупых действиях. В итоге, мастер заповедей публично обвинил мастера сутр в грехе и запретил ему посещать церемонии чтения заповедей, совершаемые каждые 14 дней, , пока он не покается перед сангхой.

Обстановка становилась все более и более напряженной. Обе стороны злословили относительно друг друга. Их слова летели, как отравленные стрелы. Большая часть бхикшу приняли ту либо другую сторону, не смотря на то, что, само собой разумеется, были и те, кто не вступал в эту борьбу. Они говорили:

— Это плохо! Все это лишь формирует пагубный раскол в сангхе.

Не смотря на то, что сам Будда жил рядом от монастыря, он не знал о конфликте , пока делегация бхикшу не посетила его и не попросила вмешаться. Будда сразу же отправился к мастеру заповедей, которому он сообщил:

— Мы не должны быть через чур привязаны к собственной мнению. Мы должны пристально слушать, чтобы выяснить точку зрения другого. Мы должны применять все методы для предотвращения раскола в общине.

После этого он направился к мастеру сутр и сообщил ему то же самое. Он возвратился в собственную хижину в надежде, что эти двое помирятся.

Но вмешательство Будды не дало желаемого результата. Через чур много злых слов уже было сообщено. Было нанесено большое количество ран. Те бхикшу, каковые оставались не вовлеченными в конфликт, не обладали достаточным влиянием, дабы помирить обе стороны. Конфликт достиг ушей мирян и скоро кроме того другие религиозные секты услышали о затруднениях в сангхе Будды. Это был тяжелый удар по единству сангхи. Прислуживавший Будде Наджита не имел возможности более терпеть такую обстановку. Он опять обсудил ее с Буддой, убеждая его еще раз вмешаться.

Будда надел собственный верхнее платье и отправился в зал собраний монастыря. Наджита зазвонил в колокол, собирая общину. В то время, когда все собрались, Будда сообщил:

— Прошу вас, прекратите споры. Они лишь раскалывают общину. Возвратитесь к вашей практике. В случае если мы будем по-настоящему направляться отечественной практике, мы не станем жертвами гнева и гордыни.

Один из бхикшу встал и сообщил:

— Преподаватель, прошу вас, не вовлекайтесь сами в это дело. Возвращайтесь к себе и мирно занимайтесь медитацией. Это дело вас не касается. Мы взрослые люди и можем сами решить данный вопрос.

Мертвая тишина последовала за словами бхикшу. Будда поднялся и удалился из зала собраний. Он возвратился в собственную хижину, забрал чашу и отправился в Косамби на сбор подаяния. Собрав его, он вошел в лес и покушал в одиночестве. После этого он поднялся и направился к реке, покинув Косамби. Он никому не сообщил о собственном уходе, кроме того собственному слуге Наджите и почтенному Ананде.

Будда шел до тех пор, пока не достиг города Балакалонакарагама. В том месте он встретил собственного ученика, Почтенного Бхагу. Бхагу пригласил его в лес, где жил один. Он подал Будде полотенце и сосуд для омовения. Будда задал вопрос Бхагу, как протекает его практика. Тот ответил, что отыскал в практике громадной радость и покой, не смотря на то, что он и жил сейчас один. Будда увидел:

— Время от времени приятнее жить одному, чем среди людей.

Простившись с Бхагу, Будда направился в Восточный Бамбуковый лес, пребывавший рядом. Он уже входил в лес, в то время, когда его остановил лесничий и сообщил:

— Монах, не ходи в том направлении, ты можешь побеспокоить вторых монахов, уже практикующих в том месте.

Но перед тем как Будда ответил, из леса показался почтенный Ануруддха. Он весело приветствовал Будду и сообщил лесничему:

— Это мой преподаватель. Разреши ему войти в лес.

Ануруддха проводил Будду в лес, где он жил с двумя вторыми бхикшу, Нандийей и Кимбилой. Они были весьма рады видеть Будду. Нандийя забрал у Будды чашу, а Кимбила его верхнее платье. Они высвободили место, дабы он имел возможность сесть в зарослях золотого бамбука, и принесли полотенце и сосуд для омовений. Трое бхикшу соединили ладони и поклонились Будде. Он пригласил их сесть и задал вопрос:

— Довольны ли вы судьбой тут? Как проходит ваша практика? Имеется ли у вас трудности в сборе подаяния либо распространении учения в данной местности?

Ануруддха отвечал:

— Господин, мы весьма довольны. Тут весьма покойно и мирно. Мы приобретаем хватает подношений пищей и можем без помех проповедовать Дхарму. Все мы добились удач в отечественной практике.

Будда задал вопрос:

— А живете ли вы в гармонии между собой?

Ануруддха ответил:

— Господин, мы пристально заботимся приятель о приятеле. Мы живем в гармонии, как мёд и молоко. Я дорожу их дружбой. Перед тем как я сообщу либо сделаю что-нибудь, я останавливаюсь и задаю вопросы себя, какой же будет их реакция на это, независимо от того, присутствуют они сейчас либо нет. Огорчат ли мои слова и дела моих братьев? И в случае если я ощущаю хоть какие-то сомнения, я воздерживаюсь от действий и тех слов, каковые я планировал совершить. Господин, не обращая внимания на то, что нас трое, мы ощущаем себя одним человеком.

Будда кивнул головой в одобрении. Он посмотрел на двух вторых бхикшу. Кимбила сказал:

— Ануруддха сообщил правду. Мы живем в гармонии и пристально заботимся приятель о приятеле.

Нандийя добавил:

— Мы делим все: от еды до опыта проникновения и наших озарений в сущность вещей.

Будда поздравил их:

— Великолепно! Я весьма доволен тем, что вы живете в гармонии. Сангха лишь тогда есть настоящей сангхой, в то время, когда присутствует гармония. Вы испытали настоящее пробуждение, вот из-за чего вы живете в таковой гармонии.

Будда совершил месяц вместе с тремя бхикшу. Он замечал, как они каждое утро по окончании медитации направляются на сбор подаяния. Кто бы из них ни возвращался первым, он постоянно готовил место для неспециализированного сбора, воду для омовения и пустую чашу. Перед едой, он откладывал часть собственной пищи в пустую чашу на тот случай, в случае если кто-то из его братьев не возьмёт еды. Завершив имеется, они закапывали остатки пищи в почву либо бросали их в ручей, пристально смотря за тем, дабы не повредить каким-либо живым существам, живущим в том месте. После этого они совместно мыли собственные чаши. Кто бы из них ни заметил, что туалет испытывает недостаток в чистке, он тут же чистил его. Они постоянно объединялись для любой работы, потребовавшей труда нескольких людей. Систематично они обменивались опытом внутренних прозрений и практики.

Перед тем как покинуть трех бхикшу, Будда сообщил им:

— Бхикшу, основной сущностью сангхи есть гармония. Я считаю, что гармония возможно достигнута, следуя этим правилам:

1. Разделять неспециализированное место обитания, к примеру, лес либо дом.

2. Разделять повседневные заботы.

3. Совместно выполнять заповеди.

4. Использовать лишь те слова, что ведут к гармонии, избегать всех слов, могущих послужить обстоятельством раскола общины.

5. Делиться внутренним опытом.

6. Уважать точку зрения вторых, не пробовать вынудить другого придерживаться вашей точки зрения.

Сангха, следующая этим правилам, будет радостна и гармонична. Бхикшу, давайте постоянно соблюдать эти шесть правил.

Бхикшу с признательностью приняли обращение Будды. Будда захотел им удачи и покинул их. Он шел до тех пор, пока не пришел в лес Раккхита около Парилейяки. По окончании медитации, сидя под пышным деревом сал, он решил совершить приближающийся сезон дождей в одиночестве в лесу.

Глава 47

Следуя Дхарме

Под деревом сала Будда наслаждался покоем, радостью и миром. То был приятный лес с зелеными буграми, озером и чистыми источниками. Будда наслаждался одиночеством. Он думал о бхикшу в Косамби, о их конфликте. Он ощущал скорбь оттого, что бхикшу не хотели слушать его наставления, но осознавал, что их разум затуманен бешенством.

В лесу Раккхита Будда встречал большое количество животных, среди них и семью слонов. Ветшайшая самка, королева-матриарх, довольно часто приводила к озеру молодых слонов. Она учила их выпивать прохладную воду и имеется водяные лилии. Будда видел, как она брала бутоны лилий своим хоботом и окунала в воду чтобы смыть грязь и ил. Мелкие слоны подражали ей.

Слоны росли рядом с Буддой и скоро стали его приятелями. Время от времени слониха срывала плоды и давала их Будде. Он обожал гладить слонят и довольно часто спускался вместе с ними к озеру. Ему нравилось слышать величественный призыв королевы. Он звучал, как громадная труба. Будда обучился точно имитировать ее призыв.

в один раз, в то время, когда слониха затрубила, он кроме этого издал трубный призыв. Она пристально взглянуть на него, подошла и опустилась на колени, как бы кланяясь ему. Будда нежно погладил ее по голове.

Это был десятый сезон дождей с момента Просветления Будды, но лишь второй раз он проводил его в одиночестве. Он оставался в этом прохладном лесу в течении всего собрания уединения, ненадолго покидая его по утрам для сбора подаяния. В то время, когда сезон дождей подошел к концу, Будда покинул собственных друзей-слонов и направился на северо-восток. Через 14 дней он пришел в монастырь Джетавана в Саваттхи. Тут пребывали пара старших учеников: Сарипутта, Махамоггаллана, Махакассапа, Махакаккара, Упали, Махакоттхийя, Махакаппина, Махакунда, Ревата и Девадатта. Ануруддха, Кимбила и Нандийя также пришли в Джетавану из бамбуковой рощи в Карагаме. В Саваттхи была и бхикшуни Готами. Все они были весьма рады видеть Будду.

КАК Скоро СТРОИТЬ В ФОРТНАЙТ? СТРЕМИТЕЛЬНОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО В FORTNITE!


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: