К моим читателям и читательницам

Штефан фон Янкович — Я пережил клиническую смерть. О самом красивом событии в моей жизни.

16 сентября 1964 года Штефан фон Янкович попал в автомобильную аварию, в следствии взятых травм он скончался… Дабы через пара мин. появиться совсем вторым человеком — с новыми знаниями, опытом и убеждениями. По окончании произошедшего создатель начал изучать феномен клинической смерти и собрал широкое досье, содержащее как мнения медиков, так и свидетельства очевидцев. Оно перед вами.

В книге Я пережил клиническую смерть Штефан фон Янкович говорит о фазах, каковые проходит сознание/душа человека на протяжении умирания: осознание факта собственной смерти, наблюдение за происходящим около, фильм о прожитой жизни. Но большее внимание создатель уделяет тому, как смерть поменяла его представления о себе самом и об окружающем мире.

Как прожить такую жизнь, которая предполагает осмысленность каждого отрезка пути, среди них и смерти? Изучение автора будет весьма интересно тому, кто хоть в один раз задавал себе данный вопрос.

Предисловие врача Э. Кюблер-Росс

Штефан фон Янкович принадлежит к числу людей, переживших тяжелую трагедию. Бывши в состоянии клинической смерти, он испытал необыкновенные переживания, каковые произвели на него глубокое чувство и вынудили всецело пересмотреть собственный мировоззрение. В книге создатель продемонстрировал «задний замысел» личности и выразил собственный взор на судьбу, радикально изменившийся по окончании пережитой им трагедии. Наряду с этим он не только увязал повседневное положение вещей с проблематикой смерти и жизни, но и сформулировал собственный новое жизненно-философское видение. Я встретилась со Штефаном фон Янковичем на протяжении одной из моих презентаций, и мы совместно заключили , что его представление о смерти и умирании подтверждает результаты моих изучений. Участники презентации, среди которых были эксперты разных направлений, имели возможность задать автору интересующие их вопросы и взяли впечатляющие прямые ответы о феномене смерти. Создатель как культурный, технически грамотный человек, стремящийся к научному познанию, постарался рационально оценить то, что с ним случилось. Он дал оценку всему, что произошло, и постарался воссоздать пережитое методом интеллектуального моделирования. Не все люди, пережившие клиническую смерть, соглашаются с концепцией фон Янковича. Но это не основное. Принципиально важно то, что в этом случае создатель представил ясное и трезвое описание собственных переживаний.

Разумеется, что любой человек, имевший опыт знакомства со смертью, пережил, не считая физического осознания, духовные ощущения от встречи с броским интенсивным светом, и все, что происходило в связи с состоянием клинической смерти, было воспринято им как физическая действительность судьбы, не смотря на то, что и перенесенная в область высшего духовного восприятия.

Каково это восприятие? В каждом случае оно лично. Четкость картин «фильма» о жизни, подробность изложения следствий, степень понимания происходящего зависит от разных физических, психологических и духовных энергий.

Опыт Штефана фон Янковича не есть следствием какой-либо болезни, химического действия либо недостатка сознания. Свидетелями его физического и духовного состояния по окончании трагедии были грозой, возвращавшие его к судьбе и много раз подтверждавшие его психологическое здоровье.

Книги, подобные данной, могут быть нужными для многих людей. Они содействуют преодолению страха перед «малоизвестным», содействуют верной диагностике в психиатрии.

Я уверена, что анализ и обобщение описаний аналогичных случаев (а их существует пара тысяч), собранных от лиц различных возрастов, представителей различных культур и религиозных культов, приведет к формированию системного знания, которое для следующих поколений может стать новой отраслью науки.

Я надеюсь, что эта книга окажет помощь людям преодолеть очень усилившийся в XX столетии ужас смерти. Читателям, готовым к пониманию «малоизвестного», она окажет важную помощь.

Врач Элизабет Кюблер-Росс*

* Элизабет Кюблер-Росс известна как исследователь в области танатологии (учения о смерти), создатель книги «О жизни по окончании смерти».

Введение

Я всегда был хорошим спортсменом, здоровым и активным человеком, воспитывался в духе красивой религии, глубоко верил в Всевышнего. Благодаря данной вере у меня ни при каких обстоятельствах не появлялось никаких философских либо религиозных неприятностей, а в повседневной судьбе я занимался достижением материальных и земных целей. Божественные силы во мне ослабли, и непременно это должно было привести к катастрофе.

В следствии несчастного случая я пережил шок и был в состоянии клинической смерти. Дух отделился от моего тела, и у меня появилось познание того, что я обязан заняться осмыслением неприятностей судьбы людей, божественной сути и смерти. Я осознал, что самоё важным в существовании человека есть его осознанная потребность в поиске правды и света. Если ты знаешь, что ничего не знаешь, и если ты почувствовал такую потребность, значит, ты уже сделал первый нужный ход в нужном направлении. 16 сентября 1964 года я был мертв, а через пара мин. по окончании смерти я появился вторым человеком, с совсем новыми совершенствами, познаниями и опытом.

Правду необходимо искать в себе. Если ты имеется то, что имеется, значит, это единственная Действительность. Мы довольно часто используем символическое имя «Всевышний». Где имеется Всевышний, в том месте имеется правда. Так как всевышний имеется везде — в воздухе, в солнце, в звездах, в море, в горах, в венгерской пустоши и в глубинах леса, в дикой тайге и в лугах, в цветах, птицах, в полных тайн клетках людской тела — везде содержится и его правда.

Отвлечённая наука пробует изучить эту правду при материальных средств и помощи экспериментов, высказывая данные исследований в законах. Так, она ограничивает сама себя, и ей приходится еле преодолевать препятствия, не применяя нужный «привод» духовной силы. Наука располагает только материей, которая воспринимается и рассматривается отечественными примитивными органами эмоций и вследствие этого остается неизменно заключенной в четырех измерениях. Иначе говоря отвлечённая наука зависит от физических и материальных правил и не имеет возможности понять себя в пяти либо шести высших мировых измерениях. В эти высшие сферы мы можем попасть, лишь не будучи ограниченными «научностью», не смотря на то, что учитывать при медитации, разработке и развитии понятных нам идей и знаний успехи ученых все же стоит.

Это было мое первое большое познание, само собой разумеется, в рамках того, что я имел возможность в себе изучить. Так как в случае если в моей душе имеется божественная искра, то именно она показывает мне дорогу.

Чем больше я медитирую на определенную проблему, тем больше определю и осознаю божественное в себе. А требуется для этого не что иное, как волеизъявление к самосовершенствованию и самопознанию, потому как в одиночестве и тишине возможно услышать в себе божественный голос и осознать содержание сообщения. Я замечательно себе воображаю, как это непросто, и как много энергии, терпения и времени требуется, дабы освоить технику ощущения отечественного внутреннего голоса. Я радостен, что должен был так продолжительно лежать в военного госпиталь, будучи приговоренным к ничегонеделанию. В том месте у меня была возможность заняться этими проблемами и получить базу для предстоящего развития. Для ответа на главный вопрос судьбы в свете моего нынешнего понимания я обязан растолковать кое-какие правила, каковые познал в следствии изучения собственных переживаний на протяжении последующей медитации и умирания на мой внутренний голос.

В следствии собственной смерти и связанных с ней переживаний я пришел к самому себе и к собственной хорошей жизни.

Имеется такое изречение: «У смерти возможно обучаться, как необходимо жить». смерти проблем и Круг жизни неизмеримо велик. Подробная проработка каждой из них неосуществима. Я ограничиваю себя, воскрешая в памяти все случившееся со мной, в надежде, что эти вторичные мысли будут пользуются спросом читателем. Хорошие мысли смогут порождать себе подобные. Что касается внешних философских утверждений и проявлений, они настоящи лишь для меня. Я не претендую на признание и не требую соглашаться со мной. Мои мысли смогут только являться примером в выборе пути прошедшим через личную интерпретацию. При проработке моих переживаний я не опирался на какую-либо определенную религию, философское направление либо какую-то мистерио-эзотерическую совокупность, восточную либо западную.

Я постарался передать все, что произошло со мной вне моего тела, вне пространства и времени, в особенности знания и опыт, полученные из замеченного «фильма» о моей жизни. В следствии случившейся со мной трагедии меня охватили доселе неизвестные мысли, каковые разрешили мне развить мою собственную философию решения проблем жизни и успехи гармоничного положения дел. Я не провозглашаю собственный вывод полностью верным, а только желаю, дабы мои мысли стали для читателя отправной точкой в поиске собственного пути развития.

В случае если забыть о зрении,

свет делается вечно броским!

В случае если лишиться слуха,

сердцем возможно достигнуть вечных глубин!

В случае если суть принимаемого возвысить,

то человек получит свойство урегулировать все вопросы мира честно,

открыто и целостно в полном соответствии со всем!

Вечно, свободно, как живой воздушный поток,

не создавая никакого трения и ничем не потревожив человечество.

Лао-цзы

Предисловие автора

К моим читательницам и читателям

Не ожидайте от данной книги бульварной сенсации и щекочущих нервы описаний встреч со смертью, с погибшими и воскресшими. Если вы забрали ее в руки, то принимайте мое повествование как фактический материал, осмысленный трезвым, честным и мыслящим человеком.

Я не гуру и не пророк, не святой и не священник, не ученый и не известный деятель и не считаю собственный вывод неоспоримым. Я простой человек, такой же, как и все, лишь мне было нужно пройти через состояние клинической смерти, из которого я вынес новые знания о духе, отделенном от людской тела. Я остался простым человеком, и в моей работе изложены не пророчества, а индивидуальные мысли и раздумья над тем знанием, которое я принес из смерти.

Я не претендую на абсолютную истинность, мою работу не нужно принимать как путеводитель и учебник жизни по ней. Вы имеете возможность мне не верить, и я кроме того прошу: не верьте мне! Но у меня имеется к вам еще одна просьба: примите с добром то, что я вам правдиво воображаю как мой личный путь. Последуйте за моими мыслями, поразмыслите об этом дома в негромкой комнатке либо ночью, лежа в кровати. Поразмыслите и постарайтесь отыскать путь к собственной правде, поскольку у каждого собственный путь, но все дороги ведут к одной правде — к Всевышнему. Я желал бы лишь подтолкнуть ваш мыслительный процесс в направлении самопознания.

Что касается меня…

Чем больше я думаю, тем чаще прихожу к выводу, что я не знаю сути. Все мои мысли являются легко интерпретацией честного, ищущего человека. Что бы я ни чувствовал, идя проторенным методом либо методом догадки и предчувствия, все равно я прихожу к выводу, что ничего не знаю. В материальной, насильно надетой на нас оболочке может прятаться возможность прихода к истине. Исходя из этого с таким трудом, ощупью блуждает отвлечённая наука в чёрных переулках материи. В тумане незнания материального мира мой опыт и связанные с ним познания представляются мне противотуманными фарами, светящими тусклым желтым светом. Они с опаской ощупывают мой путь, освещая лишь его маленький отрезок, находящийся прямо передо мной, отрезок, что я никак не могу принять за истину. Сейчас я могу охватить лишь данный участок пути, лишь он есть для меня проходимым. Куда он ведет? Кто знает! Но мы все-таки должны, неизменно ориентируясь на внутренний голос, идти своим методом. «Свет противотуманных фар» — это нагое божественное «Я», оно постоянно поможет нам заметить очередной участок пути. Интуитивный ход, совмещенный с мыслью, открывает для нас Вечное, Всемогущее, Любовь и Свет.

Я и мои читатели.


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: