Как придаток мануфактуры

Капиталистическая работа на дому, — т. е. домашняя переработка за сдельную плату материала, полученного от предпринимателя, — видится, как было указано в прошлой главе, и в небольших крестьянских промыслах. Ниже мы заметим, что она видится (и в широких размерах) кроме этого наровне с фабрикой, т. е. большой машинной индустрией. Так, капиталистическая работа на дому видится на всех стадиях развития капитализма в индустрии, но самый характерна она как раз для мануфактуры. И небольшие крестьянские промыслы, и большая автомобилейная индустрия весьма легко обходятся без работы hei дому. Мануфактурный же период развития капитализма, — со характерным ему сохранением связи работника с почвой, с обилием небольших заведений около больших — тяжело, практически нереально себе представить без раздачи работы по домам[471]. И русские эти, вправду, свидетельствуют, как мы видели, о том, что в промыслах, организованных по типу капиталистической мануфактуры, раздача работы на дома практикуется в особенно широких размерах. Вот из-за чего мы вычисляем самый правильным как раз в данной главе разглядеть характерные изюминки капиталистической работы на дому, не смотря на то, что кое-какие из приводимых ниже примеров и не смогут быть приурочены намерено к мануфактуре.

Укажем в первую очередь на обилие посредников между работником и капиталистом при домашней работе. Большой предприниматель не имеет возможности сам раздавать материал тысячам и сотням рабочих, разбросанных время от времени в различных селениях; нужно появление посредников (в некоторых случаях кроме того иерархии посредников), каковые берут материал оптом и раздают по мелочам. Получается настоящая sweating system, система вышибания пота, совокупность самая напряжённой эксплуатации: близко стоящий к работнику “мастерок” (либо “светелочник” либо “торговка” в кружевном промысле и пр. и пр.) может пользоваться кроме того особыми случаями потребности последнего и изыскивает такие приемы эксплуатации, каковые были бы немыслимы в большом заведении, каковые полностью устраняют возможность какого-либо контроля и надзора[472].

Наровне с sweating system и, пожалуй, как одну из форм ее, направляться поставить truck-system, расплату припасами, которая преследуется на фабриках и продолжает царить в кустарных промыслах, в особенности при раздаче работы на дома. Выше, при описании отдельных промыслов, приведены были примеры этого распространенного явления.

Потом, капиталистическая работа на дому неизбежно связана с очень антигигиенической обстановкой работы. Полная нищета работника, полная невозможность регулировать какими-либо правилами условия работы, соединение жилого и рабочего помещения, — таковы те условия, каковые превращают квартиры занятых на дому рабочих в очаги санитарных безобразии и опытных заболеваний. В больших заведениях вероятна еще борьба против подобных явлений, домашняя же работа есть в этом отношении наиболее “либеральным” видом капиталистической эксплуатации.

Непомерная протяженность рабочего дня — кроме этого одно из нужных особенностей домашней работы на капиталиста и небольших промыслов по большому счету. Выше были уже приведены кое-какие примеры сравнительной длины рабочего дня на “фабриках” и у “кустарей”.

Привлечение к производству детей и женщин с самого раннего возраста отмечается практически в любое время при домашней работе. Для иллюстрации приводим некоторые эти из описания женских промыслов в Московской губ. Размоткой бумаги занято 10 004 дамы; дети начинают трудиться с 5—6 лет (!), дневной заработок — 10 коп., годовой — 17 семь дней. Рабочий сутки в женских промыслах по большому счету доходит до 18 часов. В вязальном промысле начинают трудиться с 6 лет, дневной доход — 10 коп.; годовой — 22 руб. Итоги женских промыслов: работниц 37 514; начинают работать с 5—6 лет (в 6 промыслах из 19, причем эти 6 промыслов дают 32 400 работниц); средний дневной доход — 13 коп., годовой — 26 р. 20 к.[473]

Одна из самые вредных сторон капиталистической работы на дому пребывает в том, что она ведет к понижению уровня потребностей работника. Предприниматель выбирает себе рабочих в таких захолустьях, где жизненный уровень населения стоит особенно низко и где сообщение с почвой разрешает трудиться за бесценок. Напр., хозяин деревенского чулочного заведения растолковывает, что в Москве дороги квартиры, да мастериц “необходимо кормить белым хлебом… А у нас трудятся в собственной же избе, едят тёмный хлеб… Ну, как же Москве с нами тягаться?”[474]. В промысле раз мотки бумаги чрезвычайная низкая стоимость заработной платы разъясняется тем, что для крестьянских жен, дочерей и т. д. это только подсобный доход. “Так, существующая совокупность этого производства для лиц, живущих только доходом от него, понижает зарплату до неосуществимого, заставляет ее для лиц, живущих только фабричным трудом, спускаться ниже minimum’s по1ребностей, либо же задерживает поднятие уровня последних. Да и то, и второе формирует очень ненормальные условия”[475]. “Фабрика ищет недорогого ткача, — говорит г. Харизоменов, — и для того чтобы она находит в его родной деревне, далеко от центров индустрии… Понижение заработной платы от центров индустрии к периферии—факт, не подлежащий сомнению”[476]. Предприниматели, следовательно, замечательно могут пользоваться теми условиями, каковые искусственно задерживают население в сёлах.

Раздробленность рабочих на дому — не меньше вредная сторона данной совокупности. Вот рельефная характеристика данной стороны дела, исходящая от самих скупщиков: “Операции тех и других” (небольших и больших скупщиков гвоздей у тверских кузнецов) “выстроены на одних началах — при заборе гвоздей расплачиваться частью деньгами, частью железом и постоянно иметь кузнецов для большей сговорчивости у себя на дому”[477]. В этих словах содержится нехитрая разгадка “жизненности” отечественной “кустарной” индустрии!

Раздробленность рабочих на дому и обилие посредников конечно ведет к процветанию кабалы, ко всяким формам личной зависимости, сопровождающим обыкновенно “патриархальные” отношения в деревенских захолустьях. Долги рабочих хозяевам — самое популярное явление в “кустарных” промыслах по большому счету, и при домашней работе в личности[478]. Работник обыкновенно не только Lohnsklave[479], но и Schuldsklave[480]. Выше были указаны кое-какие примеры того положения, в которое ставит рабочего “патриархальность” деревенских отношений[481].

Переходя от чёрта капиталистической работы на дому к условиям ее распространения, необходимо отметить в первую очередь сообщение данной совокупности с прикреплением крестьян к наделу. Отсутствие свободы передвижения, необходимость нести время от времени финансовые утраты чтобы развязаться с почвой (как раз, в то время, когда платежи за почву превышают доходность с нее, так что сдающий надел в аренду приплачивает от себя арендатору), сословная замкнутость крестьянской общины — все это искусственно расширяет область применения капиталистической домашней работы, искусственно привязывает крестьянина к этим нехорошим формам эксплуатации. Устарелые учреждения и полностью пропитанные сословностью аграрные порядки оказывают, так, самое вредное влияние и в земледелии, и в индустрии, задерживая технически отсталые формы производства, которые связаны с громаднейшим развитием личной зависимости и кабалы, с самый тяжёлым и самоё беспомощным положением трудящихся[482].

Потом, несомненна кроме этого сообщение домашней работы на капиталистов с разложением крестьянства. Широкое распространение домашней работы предполагает два условия: 1) наличность массового сельского пролетариата, что обязан реализовывать собственную рабочую силу и притом дешево реализовывать; 2) наличность прекрасно привычных с местными условиями зажиточных крестьян, каковые бы имели возможность забрать па себя роль агентов при раздаче работы. Отправленный торговцем приказчик далеко не всегда сумеет выполнить эту роль (особенно в более либо менее сложных промыслах) и вряд ли когда-либо в состоянии выполнить ее так “артистически”, как местный крестьянин, “собственный брат”[483]. Большие предприниматели, возможно, не могли бы осуществить и половинной части собственных операций по раздаче работы на дома, если бы они не имели в своем распоряжении целую армию небольших предпринимателей, которым возможно доверить товар взаймы либо сдать на рабочую группу и каковые жадно хватаются за всякий случай увеличить собственные мелкие торговые операции.

Наконец, в высшей степени принципиально важно указать значение капиталистической работы на дому в теории избыточного населения, создаваемого капитализмом. Никто неоднократноговаривал так много об “освобождении” рабочих русским капитализмом, как гг. В. В., Н. —он и другие народники, и никто из них не потрудился, но, проанализировать те конкретные формы “резервной армии” рабочих, каковые создавались и создаются в Российской Федерации в пореформенную эру. Никто из народников и не увидел той мелочи, что домашние рабочие составляют чуть ли не самую большую часть отечественной “резервной армии” капитализма[484]. При помощи раздачи работы на дома предприниматели приобретают возможность немедленно увеличивать размеры производства до желаемых размеров, не затрачивая больших капиталов и большого времени на постройку мастерских и т.п.[485] А такое немедленное расширение производства частенько предписывается условиями рынка, в то время, когда усиленный спрос есть благодаря оживления какой-либо большой отрасли (напр., железнодорожного строительства) либо благодаря таких обстоятельств, как война и т. п. * Исходя из этого другую сторону того процесса, что мы охарактеризовали во II главе как образование миллионов сельскохозяйственного пролетариата, является, кстати, большое развитие в пореформенную эру капиталистической работы на дому. “Куда же делись руки, освобожденные от занятий домашнего, в строгом смысле натурального, хозяйства, имевшего в виду собственную семью и немногочисленных потребителей соседнего рынка? Фабрики, переполненные рабочими, стремительное расширение большого домашнего производства дают ясный ответ” (“Пром. Влад. губ.”, III, 20. Курсив отечественный). Насколько велико должно быть на данный момент в Российской Федерации число рабочих, занятых на дому предпринимателями в промышленности, это будет видно из цифр, приводимых в следующем параграфе.

Воспаление придатков Обстоятельства и лечение


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: