Клиент психолога-консультанта

В психотерапевтическом консультировании (как и в других видах помощи психолога) декларируется следующий принцип: все, что делает психолог-консультант в собственной профессиональной деятельности, должно быть продиктовано заинтересованностями клиента и направлено на благо последнего. Поднимается закономерный вопрос: кто же есть (и кто не есть) клиентом психолога-консультанта?

В первой главе мы уже говорили, что потенциальный клиент психолога-консультанта — это человек, испытывающий трудности в повседневной судьбе: робкий в себе, владеющий низкой самооценкой, конфликтующий на работе и в семье, не талантливый выстроить удовлетворяющие его взаимоотношения с людьми и т.п. Но у нас низкий уровень психотерапевтической культуры ведет к тому, что обычно к психологу-консультанту обращаются тогда, в то время, когда нужна помощь психотерапевта, психцат-ра или доктора-нарколога. Исходя из этого мы посчитали целесообразным уделить время этому вопросу и отграничить «собственных» клиентов от «чужих». Оценка клиента обычно легко нужна для выбора верной стратегии и тактики помощи психолога.

Вопрос об адекватной форме помощи психолога тесно связан с понятием «психологическая норма». Оно есть достаточно условным, поскольку не существует общепринятого понятия о психически обычном человеке. Норма по большому счету — это средняя величина, характеризующая какую-либо массовую совокупность случайных событий, явлений; это социальное, общепризнанное

правило, пример поведения либо действия. Представления о «психической норме» разны для представителей различных эр, субкультур и культур. К примеру, философия «социальной адекватности и нормальности» не всегда была ведущей. Так, в случае если во времена раннего и среднего христианства человек отдавал все собственный имущество церкви, а сам отправлялся жить в пустыню, он считался святым. В наши дни таковой поступок покажется, как минимум, необычным, и при аналогичного поведения человека его родственники смогут постараться в лучшем случае проверить его психологическую нормальность, а в нехорошем — взять над ним опеку, закрыть его в психиатрической лечебнице и т.п. Сравнительный анализ сегодняшних и средневековых реалий разрешает заметить, что такие понятия, как душевное здоровье, психологическое нарушение, социальная адекватность, асоциальное поведение, межличностные отношения, неприятность отделения от своих родителей, очень важные сейчас, игрались в христианском мировоззрении очень малого роль. Методы достижения душевного равновесия, которыми пользовались христиане в средние века, имели возможность бы быть охарактеризованы на данный момент как невротические, а поведение многих верующих — как полностью асоциальное.

Так, познание нормы весьма вариативно. То поведение человека, которое сейчас считается обычным, через некое время может показаться патологическим, и напротив. Перечислим самые общие параметры, каковые в наши дни выступают показателями психологической нормы (психологического здоровья):

S принятие себя таким, какой имеется;

. У свойство связывать внешнее поведение с внутренними потребностями;

S готовность проявлять активность для удовлетворения основных жизненных потребностей;

S свойство к контакту с людьми без примитивных психологических защит, искажающих сотрудничество;

S свойство по собственному выбору скрывать либо выражать собственные эмоции, в то время, когда этого требует либо разрешает обстановка;

S свобода от тревоги в надёжных обстановках;

S свойство функционировать при настоящей опасности;

S свойство сохранять в ламяти прошлое и заботиться о будущем.

Многие психологи справедливо опасаются разделения всех людей на здоровых, не нуждающихся в терапии, и больных, кому без нее не прожить. Они уверены в том, что более реалистично рассматривать здоровье как широкий спектр проявлений и состояний, разрешающий признать право на невротические реакции так называемых успешных людей и свойство к здоровому реагированию у лиц с тяжелыми психологическими и соматическими расстройствами. Но кроме того в случае если принять вариативность нормы, то психолог-консультант трудится с «хорошей» психологической нормой, а психотерапевт — с «пограничной».

В случае если в качестве базы для описания степени личностных нарушений клиента принять схему «невроз — пограничный синдром — психоз», то клиентом психолога-консультанта может оказаться человек с нарушениями и проблемами не тяжелее невроза. Время от времени психолог-консультант (особенно если он пришел в консультирование «от медицины» и имеет представление о классическом психиатрическом осмотре) прекрасно ориентируется в синдромах и симптомах и для него очень просто выяснить, в каких случаях к нему на консультацию пришел «чужой» клиент. Но для начинающих психологов такая разделение воображает громадную проблему, в особенности если они реализовывают собственную практическую деятельность без помощи умелого супервизора.

Термин «невротик», по меткому замечанию Н. Мак-Вильяме, на данный момент закреплен за людьми такими здоровыми, что они считаются редкими и очень благодарными больными. Сейчас данный термин употребляется значительно чаще для обозначения людей с некоторыми эмоциональными страданиями, сохраняющими довольно высокий уровень свойства к функционированию. Психоаналитики обрисовывают личность, организованную на невротическом уровне, как опирающуюся на защиты второго порядка (зрелые за-

щиты). Это личность, владеющая интегрированным эмоцией идентичности, с непротиворечивым поведением, с непрерывностью собственного «Я» во времени. В то время, когда для того чтобы человека просят обрисовать себя, он не испытывает затруднений и отвечает детально, говоря о собственных вкусах, привычках, убеждениях, сильных и не сильный сторонах характера. Он кроме этого способен обрисовывать вторых значимых людей — родных, родных — и характеризует их личность при помощи многогранного, сложного, но согласованного последовательности особенностей. Люди невротического уровня в большинстве случаев находятся в контакте с действительностью, т.е. субъективно живут в одном мире с психологом. Они не страдают маниями, галлюцинациями, и психолог в большинстве случаев не испытывает необходимости наблюдать на судьбу через искажающие линзы клиента.

Время от времени психологу приходится погружаться в другую действительность. Р. Желязны изящно обрисовывает психолога, что «был как дома в тех чужих мирах без времени, в тех мирах, где цветы спариваются, а звезды сталкиваются в небе и падают на землю, обескровленные; где в мирах обнаруживаются лестницы вниз, в глубину, из пещер появляются руки, размахивающие факелами, чье пламя похоже на жидкие лица — все это Рендер знал, потому что посещал эти миры на опытной базе в течение большей части десятилетия». Для психолога предъявление фантастического, сюрреального, «параллельного»- его собственному мира клиента может служить сигналом о глубоком неблагополучии, требующем вмешательства психиатра.

Психолог-консультант Михаил Пономарев говорит о правилах собственной работы с клиентами


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: