Кот, дракон и свежая кровь

Юлия Брысь

Хранитель и Плут. Авантюра в двух действиях

Посвящается белорецким приятелям-ролевикам

Авторство персонажа Септемберель в собственности Елизавете_Liss_Козловой

Иллюстратор Елизавета_Liss_Козлова

Часть I

Лис, Зеркало и дракон

Глава I

Лис

Радужные драконы показались в Панайре недавно. Своим рождением они внесли в мир раздор и сумятицу. Неуправляемые, своенравные, бунтарные. Им поручали самую важную работу, дабы хоть как-то усмирить их амбиции. Так Саартан и стал Хранителем Зеркала при Храме Истока. Зеркало, громадное, в тяжёлой серебряной оправе, было источником всей жизни в Панайре. Откуда оно взялось, не было человека, кто знал. Было и было. Оно хранилось глубоко в горе под Храмовой горой, замурованное в каменный пьедестал. охранных заклятий и Тысячи ловушек стерегли его целостность, и любой Хранитель в силу собственных возможностей додавал к ним новые. Как раз этим Сарт и занимался на данный момент. Он скрупулёзно вымерял угол полёта гипотетического незадачливого вора прямиком в Межреальность.

Саартан сверился с чертежом, обмакнул кончик когтя в чернильницу и сделал кое-какие пометки на полях. Сосредоточенно похмыкал, переместил камешек в стенке чуть левее прошлого размещения, отошёл на пару шагов и осмотрел ловушку. Неприметно, вряд ли кто додумается. Дракон помедлил и быстро выкинул хвост вперёд. Раздался щелчок, и Хранитель чуть успел отдёрнуть хвост обратно, как в коридоре на мгновение открыла тёмный зёв Пустота. Но, вместо того, дабы всосать в себя гипотетического вора либо хоть что-нибудь, Пустота… выплюнула прямо в морду дракону что-то мягкое и мокрое. И зёв тут же захлопнулся. Хранитель брезгливо смахнул с носа презент Межреальности, досадливо фыркнул. Не тот эффект, на что он рассчитывал. Где неточность?

С пола послышался какой-то звук: не то стон, ни то вздох. Дракон попятился и пригляделся. На камнях лежал комок грязно-серой шерсти и… дышал! Сарт протянул чешуйчатую лапу, поднял комок кончиками когтей и встряхнул. Комок развернулся в лапы, хвост и узкую лисью мордочку. Дракон удивлённо кхекнул, поднёс зверька ближе к глазам и обнюхал. Мокрая лисья шкура кроме других естественных запахов очевидно пахла волшебством. Сильной и привычной. Так пах сам Саартан, в то время, когда обращался в двуногое существо и прятал собственный дух дракона.

Но зверёк был весьма не сильный, и любой вздох давался ему всё тяжелее. Саартан аккуратно переложил лиса на лапу и тихо подул на него, положив в дыхание толику собственной жизненной силы. Лис дёрнулся и захрипел. «Переборщил?», — испугался дракон. Он уже забыл про собственное занятие ловушками и был полностью поглощён гостем из Пустоты. Лис выгнулся и затих. «Погиб?!», — Саартан приблизил морду к лапе. В этот самый момент зверёк быстро встал, тяпнул Хранителя в шнобель, спрыгнул с лапы и заметался по полу в отыскивании укрытия. Но коридор Храма был широким и прямым, без трещин и углов, спрятаться от дракона в нём было негде. Сарт ошалело потёр шнобель, замечая, как мелькает перед ним лисий хвост.

— Я, кстати, тебя спас, — в голосе дракона послышалась обида.

Лис остановился, прижался к стенке и зыркнул на Хранителя изумрудным глазом:

— Ты что за ящерица?

«А, разумный, я не совершил ошибку», — поразмыслил Саартан прежде, чем вскипеть:

— Ящ-щ-щ-ер-рица?!

Из ноздрей дракона вырвалась струйка пламени. Лис встопорщил шерсть на загривке, оскалился, прижал уши, вжимаясь в стенке и практически сливаясь с ней.

— Я – дракон, ничтожное ты создание! – Хранитель гневно высек хвостом искры на полу.

— Прекрасно, прекрасно, дракон! — лис жадно облизнулся. – Спокойнее тогда. Драконы же разумные, да? Умные?

«Он сомневается что ли?!», — возразил про себя Саартан, но усмирил собственный бешенство. Негоже разумному дракону злиться на того, кто вдесятеро мельче тебя, поскольку так?

— Умные, — дал согласие Хранитель. – И в большинстве случаев терпеливые. Исходя из этого едят небольших зверьков наподобие тебя лишь тогда, в то время, когда те в финиш их выведут. А ты одним скачком на середину моего терпения сходу прыгнул.

— Больше не буду именовать тебя… ммм… что я в том месте сообщил? Ящерицей?

Саартан угрожающе нагнул голову, приподнимая шипастый гребень.

— Хорошо, хорошо! – лис замахал хвостом. – Я всё осознал. Давай возвратимся к началу. Ты меня спас, так?

— Так, — дракон нахмурился и сел на задние лапы.

— А от чего, разреши задать вопрос? И ты уверен, что именно спас? Нет, ты не поразмысли, я тебе благодарен, что бы в том месте ни было! Легко разобраться желаю. Я тут, видишь ли, мало не в себе. Не помню ровным счётом ничегошеньки. Наподобие Михеем кликать, да и то не факт. Больно было, не забываю. И всё. Позже твоя мор и темнота… рогатая лицо. А кто бы на моём месте не совершил параллель между «больно» и возникновением ящер… дракона, м? Да любой бы совершил! Вот я и задумался.

— Тебя выкинуло из Межреальности, — Хранитель угрюмо думал, злиться ему на нахальную зверюшку, либо списать его оговорки и тон на помешательство? – Дохленького практически. Я влил в тебя жизнь. А ты меня укусил.

— О! За шнобель? – Михей с деланным сочувствием покачал головой. — Ой, забудь обиду, о, умный дракон! Не желал, чеслово! Испугался, поразмыслил уж было, что ты мной решил отобедать. А кто бы не поразмыслил? Клыки, что сабли, глазищи ужасные, аж жуть. А когти-то! Ты сам-то себя со стороны видел? Рогатули до потолка! Шипы! Жесть!

— Умолкни, — Саартан устало поморщился. Лис сказал скороговоркой, и приходилось напрягаться, дабы разобрать отдельные слова. – Я уже начинаю жалеть, что спас тебя.

— Молчу. Само собой разумеется, умолкаю! Дракон сообщил, Мих выполнил. А имя у дракона имеется? Либо так и кликать тебя – Дракон? У всех имеется имена…

Саартан зажмурился. Так прекрасно начинался сутки! Он скоро сгрёб лапой надоедливую мелюзгу, прочно сжал, покинув торчать меж огромных когтей лишь узкую лисью морду. Лис закряхтел, силясь набраться воздуха.

— Меня кличут Саартан, болтливая ты неточность природы, — Сарт развернулся и медлительно отправился по коридору к выходу из Храма. – Я – хранитель Зеркала.

— Шо… за… зекало? – просипел лис.

— Зеркало – великая и непостижимая вещь, оно даёт жизнь всей Панайре, отечественному миру. Леса, поля, птицы и звери – всё это создало Зеркало. Столетиями оно было тут, в Храме…

Так, словно бы говоря сказку непоседливому ребёнку, Хранитель поведал гостю из Пустоты о Панайре, о её сердце — Зеркале, о радужных и Старших драконах и о том, что делают тут с мелкими надоедливыми зверьками громадные и умные ящерицы.

***

Саартан принёс лиса в собственную пещеру. Яркая и просторная пещера, уютно и с любовью обставленная огромными валунами причудливых форм, увешанная разлапистыми шкурами моргорогов на стенах и заваленная в творческом беспорядке рулонами пергамента, делилась стенками сталагмитов на пара комнат: гостиная, обедня, спальня, рабочее место, купальня и в самом дальнем углу – отхожее место. Свет в пещеру попадал из широкого круглого отверстия в сводчатом потолке, закрытого куском необработанного природного стекла.

Дракон потоптался на месте, думая, и после этого решительно направился в купальный зал. Купальня была размером с маленькое озерцо и размешалась в естественном скальном кратере. Вода в кратере парила, и временами на её поверхности всплывали и лопались большие пузыри. Не разжимая когтей, но чуть ослабив хватку, Хранитель опустил лапу с лисом в воду.

-А-а-а! – истошно завопил Михей и затрепыхался в когтях дракона. – Сварить решил, изверг?!

— От тебя воняет. И ты нечистый, – Саартан побултыхал в воде лапу так, что голова лиса задёргалась из стороны в сторону, как будто бы тряпка.

— Спа…асите! Топят! Ффф! Хва.. ит!

— Не повышай голос.

Хранитель вынул лапу из воды, бережно, как мог, отжал лиса и отнёс на собственное ложе. Уложил кряхтящего зверька на тёплое одеяло из овечьей шерсти, осмотрел. Лис-то, оказывается, белый!

— Косточки целой нет, — жалобно простонал Мих, с умирающим видом распластавшись на одеяле. – Поломал всего, изувечил… живодёр чешуйчатый!..

— Не ной.

Дракон развернулся и отправился в обедню поискать для гостя чего-нибудь съестного. «Что едят лисы? Наподобие мышей. Но последнюю мышь я изловил семь дней две назад как. Барашек жареный имеется. Им возможно жареное?», — Саартан нахмурился, наткнувшись взором на полуобглоданную тушку барана на каменной столешнице.

— Не повышай голос, не ной! – причитал в спальне Михей. – То не делай, это не делай! Я, может, калекой на всю собственную несчастную жизнь останусь! О-о-о, лапка! Взгляни, что ты сделал с моей лапкой, неуклюжий динозавр!

«Неуклюжий кто?». Хранитель оторвал от барана внушительный кусок мяса и возвратился в спальню.

— Кто таковой динозавр? – задал вопрос он.

Лис посмотрел на мясо, быстро встал на лапы, предполагаемо переломанные, и облизнулся.

— Замечательный и свирепый зверь, — Михей растянул морду в умной ухмылке. – Царь всех зверей, возможно сообщить. Великий и страшный. Умный – у, какой! Целый в тебя.

Дракон с сомнением посмотрел на лиса. Лжёт так как, наглое рыло!

— Ешь, — Сарт отодвинул край одеяла и положил перед лисом мясо на древесном подносе.

Лис с жадностью накинулся на баранину. Саартан хмыкнул:

— Шустрый ты больно для калеки.

— А это от фока, — с полной пастью проговорил Михей. – Штреш у меня, осознаёшь? Шоштояние аффекта.

— Во сне ты также болтаешь? – Хранитель поморщился.

«И вот оно мне нужно? Скучно что ли жилось?» – поразмыслил он и сразу же себе ответил: «А ведь, и действительно, скучно. Чертежи одни ежедневно, обходы Храма… и всё».

— Не жнаю, я так как шплю.

— Это радует, что ты дремлешь.

Снаружи пещеры что-то загудело, захлопало и заскрежетало. Лис растянулся в струну, навострил уши:

Что это?

— Братья возвратились. Спрячься! – дракон накинул одеяло на лиса и недоеденный кусок мяса.

Проклятье! Как не кстати!.. Послышалось громкое шуршание, по камню заклацали когти, и в пещеру, пыхтя и толкаясь, ввалились два алых дракона, практически в два раза больше Хранителя любой. На собственных крыльях они принесли запах свежей крови и морозного ветра. Драконы закружили по залу.

— Хей, братишка! Встречай родню! – один больно пихнул Сарта в бок.

— И поздравляй с успешной охотой! – второй наступил Хранителю на хвост.

— Приветствую и поздравляю, Дафтраан, — Саартан кивнул первому и чуть развернул голову ко второму. – Райнтраан.

— Чахнешь над собственными книгами?

— А мы сейчас завалили пятерых моргорогов!

— Пятерых!

— Семья высоко оценит отечественный вклад!

— А ты сделал сейчас что-нибудь нужное?

— Да, сделал?

— О, наблюдай! У него снова на обед лягушатина!

— Это барашек, — Саартан крутился на месте, уворачиваясь то от одного тычка, то от другого.

— Ну, я и говорю – лягушатина! И воняет мокрой псиной.

Драконы захохотали так, что задрожало стекло в потолке.

— Полетишь с нами на следующий день на охоту? – Дафтраан выгнул шею и высоко поднял красный гребень.

— Я не могу.

— Ах, да! Ты же почётный Хранитель ветхой рухляди! – Райнтраан наклонил голову набок и ухмыльнулся.

— Зеркало не…

— Да плевать мы желали, что ты в том месте защищаешь. Я просто так задал вопрос, — Даф щёлкнул брата по носу когтем. – Талисманы готовы?

Саартан не ответил. Стиснул зубы и вышел в второй зал. Возвратился через 60 секунд, протянул братьям два камешка на узкой для их шей красивой цепочке.

— Силу и выносливость увеличит в три раза, — сообщил Хранитель. — Не переборщите. Тут около пяти зарядов…

— Около? – Райн плохо прищурился. – Не шути с нами, братишка!

— Правильнее никак. Четыре – практический предел. Пять – теоретический. В противном случае распадётся кристаллическая решётка…

— Ох! Не нужно этих твоих заумных подробностей. Около – так около. Сойдёт! — Дафтраан выхватил из лап Саартана талисманы. — Всё, отдыхай, недомерок.

Драконы, «случайно» по пути разметав по столешницы раскрытые и бережно прижатые камешками чертежи и уронив на них чернильницу, удалились. Снаружи опять донесся скрежет и гул. Захлопали крылья, раздался рык, и послышалось жалобное блеяние овец. Саартан зашипел. Барашки-то причём?!

— Вот так как нехорошо-то как!

Хранитель содрогнулся. Ах, да! Надоедливый зверёк!

— Я думал, динозавр тут ты, — лис сидел на одеяле и скалился. Рядом с ним лежали обглоданные начисто косточки барашка. Как умудрился сожрать бесшумно-то?! – Эти потиранистее тебя будут. Какие-то злые у тебя братья, дружище.

— Они старше меня, больше меня, посильнее меня. И они обычные, — Саартан раздражённо мотнул хвостом и принялся собирать залитые чернилами чертежи. – А я – второй.

— Я увидел, — Михей осмотрел дракона с лап до головы. – Те красненькие, а ты… переливчатый какой-то. Как павлин.

— Кто?

— Также динозавр, но с перьями. Значит, у вас радужные – типа отщепенцы? Неточность природы, м? Обожаю неточности. В противном случае, что кто-то старше, больше и посильнее тебя – не имеет значения. Основное, чем набита твоя голова. И различаться от вторых хорошо. Совсем кроме того напротив. неповторимость и Уникальность – вот, что делает тебя тобой. Так что не грусти, о, умный дракон! Мы с тобой со всем разберёмся.

— Возьмёмся за лапы и радостно побежим со всем разбираться, — угрюмо буркнул Сарт. – Глупый лис. Мелковата черепушка у тебя для таких разбирательств…

Лис хитро улыбнулся, почесал за ухом задней лапой, облизнулся.

— Первое чувство обманчиво, Саа…

***

— Я убью тебя! Прекрати это на данный момент же! — Саартан рычал, зло водил головой в том направлении ко мне, щёлкая зубами и бесполезно пробуя ухватить ими вёрткого лиса. Михей умело уворачивался от громадной, но через чур медлительной для него, мелкого и стремительного, пасти, заливаясь звонким хохотом, временами переходящим в маленькое тявканье. — — Прекрати ржать!

— Ой, забудь обиду! Уфф-фу! – задыхался от хохота Мих. — Но! Дракон! Выращивает цветочки! Пасёт овечек! Ахааа-ха-ха! В жизни ничего забавнее не видел! Ты таковой дорогой, Саа!..

Хранитель в бессильной гневе заскрёб когтями почву. Плюнул бы огнём в эту наглую рожу, да жалко посадки… О, небо! В действительности, что он за дракон тогда?! Помидорки ему жалко! Сжечь эту бестию! Саартан собрал полные лёгкие воздуха и уже готов был пыхнуть сжигающей смертоносной струёй… Лис прыгнул дракону на шнобель и по-кошачьи потёрся об него белым плечом.

— Не злись, о, могучий и безжалостный динозавр! — голос Михея стал медовым. — Ты же суперпупер какой неповторимый этим! Прям ах!

Щёки дракона со свистом сдулись, выдав вместо испепеляющего пламени тоненькую шлейку дыма. Хранитель скосил глаза на лиса. Тот, достаточно скалясь, по-свойски уселся у него на носу.

— Твоя природа – раздирать на части, кромсать, сжигать и крушить, — уши Миха поднялись домиком. — Но ты отправился против собственной сути и занялся созиданием. Я смеялся… не над тобой. Чеслово! Легко… В то время, когда всё стадо барашков облепило тебя, как родную мамочку, я… не сдержал чувств и не смог их выразить в противном случае.

Лис хихикнул, но тут же посерьезнел, заметив, что брови дракона начинают сползаться в одну страшно хмурую морщину.

— Я больше не буду смеяться над тобой! – заверил он.

— Да смейся, сколько душе угодно, — Саартан набрался воздуха, двумя когтями с опаской забрал лиса за шкирку и опустил на грядку рядом с заботливо подвязанным к палочке долгим и эластичным стеблем огурца. – Вся семья смеётся. Я уже привык. Разозлился от разочарования что ли. Ожидал, внезапно кто-то оценит?..

— Я оценил. Нет, правда! Оценил, Саа!

Дракон махнул лапой, дескать, да знаем мы, что вы в действительности думаете. Михей приподнялся на задние лапы, норовя посмотреть Саартану в глаза, но тот отвернулся.

— Не так долго осталось ждать стемнеет. Мне пора делать обход, — Хранитель набрался воздуха. — Иди к себе.

И дракон, бережно переступая через клумбы и грядки, побрёл к горе, в которой тёмным провалом зиял вход в Храм Истока. Лис обогнал его и побежал чуть в первых рядах, неизменно оглядываясь и стараясь не попасть под тяжёлую когтистую лапу.

— Саа? А, Саа? — у самой скалы Мих поднырнул Хранителю под брюхо, как под навес, и оттуда попросил: — Забери меня с собой?

— Нет. – Саартан прибавил ход.

— Ну, Саа!

— Нет.

— Да я лишь одним глазком желаю посмотреть на Зеркало!

— С ума сошёл?!

— Да никто так как не определит! Ты же один тут Хранитель.

— Вот в том-то и дело, что Хранитель. И моя задача – никого в Храм не пускать!

— А кто-нибудь уже пробовал пробраться?

Дракон на 60 секунд остановился и задумался. На его памяти ни при каких обстоятельствах никто о таком не упоминал.

— О таких никто не помнит, — сообщил он и отправился дальше. — Видно, и пепла от них не осталось.

— Кроме того при тебе никто не пробовал?

Что означает – кроме того?

— Ну, ты наподобие мельче остальных собратьев-то, а тебе такое важное дело поручили. Не кипятись! Я разобраться желаю.

— Всё бы тебе разбираться! – Сарт фыркнул.

Когда-то Саартан гордился тем, что именно его выбрали Хранителем. Считал, что такая почётная должность наконец-то впечатлит отца. Но на деле оказалось, что на него спихнули пыльную и никому не увлекательную работу. Может, и правда защищать нечего? И не от кого… Кому необходимо старое, вросшее в камень Зеркало? Одни легенды около него лишь…

Молчание ушедшего в собственные мысли дракона затянулось, и лис нетерпеливо взвизгнул:

— Саа?

— Я не знаю, для чего по большому счету в том месте все эти ловушки, — честно согласился Хранитель. – Вероятнее, это легко дань традиции.

— Тогда, — Михей выбежал из-под брюха дракона, запрыгал перед самой его мордой, облизываясь и топорща усы от возбуждения. – Тогда из-за чего бы не совершить меня в том направлении? Уж больно хочется посмотреть на Зеркало! Ну, Саа!

Дракон с сомнением покачал головой. А что, в случае если всё-таки не просто традиция? Так как в каждой легенде имеется корень вправду случившихся событий. Не смотря на то, что, что может произойти, в случае если дать небольшому зверьку посмотреть на реликвию их семьи? Мыши-то точно пробираются в Храм, чем данный не мышь?

— Я поразмыслю. Но не сейчас.

***

— А это что? — Михей ткнул коготком в пергамент со сложной графиком-схемой, в хитросплетениях которой многократно повторялась одинаковая комбинация букв и цифр.

— Это погрешность, на которую может искривиться пространство при долгого контакта с Пустотой. Она через чур громадная, дабы уйти далеко за пределы мира. Твои индивидуальные силы закончатся, и Пустота сожрёт тебя, осознаёшь?

— Осознаю! Это как… — лис подвигал челюстью, подбирая подходящее слово. – Что-то наподобие действия радиации, да?

Хранитель недоверчиво покосился на него. Мих с искренним любопытством рассматривал чертёж. То, что он сообщил, дракон не осознал, но уточнять ему не хотелось.

— Тебе что, действительно, весьма интересно? – задал вопрос Сарт.

— В противном случае! – лис обернулся на него и улыбнулся. — Обожаю мозговитых парней. Все эти графики, формулы меня легко в дикий восхищение приводят! А что, ты желаешь уйти из Панайры?

— Думал над этим.

— А куда?

— Не знаю. Ты вот откуда пришёл?

— Так не помню! Видно, меня прекрасно по голове приложили. Чеслово, боль такая была! Как словно бы и вовсе эту голову оторвали и в футбол ею поиграли! Вот боль не забываю каждой клеточкой. А как в Межреальности был – не знаю.

— А если бы отыскал в памяти, кто ты и откуда, ушёл бы?

Лис склонил голову набок, задумчиво шевельнул острыми ушами.

— Возможно, — он заулыбался ещё шире. Так, что вся морда превратилась в одну целую растянутую пасть. Кроме того уши назад съехали. — Внезапно у меня в том месте детишек семеро по лавкам, голодные, холодные, ожидают меня – не дождутся? И супруга любимая ночами слёзы льёт, что утром за водой ходить не нужно, м?

Саартан смешливо фыркнул. Сейчас Мих покосился на него:

— Не веришь?

— Не воображаю. Послушай, но хоть что-то ты обязан не забывать? Время от времени ты говоришь такие слова, значения которых я не знаю. А болтун ты редкостный.

— Рояль.

— Что? – не осознал Сарт.

— не забываю рояль. – лис прекратил лыбиться. — Таковой громадный музыкальный инструмент с клавишами. Из чёрного орехового дерева, с позолотой и инкрустациями. Кто-то играл на нём что-то грустное, душещипательное.

— В норе?

— В какой норе? – Михей озадаченно заморгал.

-Ну, лисы так как живут в норах?

— Не уверен, что именно таковой зверь, как я жил в норе, — Мих задумчиво почесал за ухом. – Я по-любому чудесный! Но рояль в норе – это как-то уж чересчур, кроме того для меня.

Он махнул хвостом и хихикнул:

— Может я не лис?

— А кто? Динозавр? – ехидно задал вопрос Саартан.

— А почему бы и нет? Что обидного в том, дабы быть динозавром?

— Это ты мне сообщи…

— Да кинь, Саа! Динозавром быть сильно! Я вот страсть как обожаю велоцирапторов! Стремительные охотники. Знаешь, они били своим жертвам метко в артерии. Лишь перья им не к чему, да.

— Эти существа жили в твоём мире?

— Эээ… не думаю. Наподобие живьём не видел, на картинах лишь.

Они помолчали.

— Знаешь, Саа, — заговорил лис, по привычке поднимаясь на задних лапах, дабы посмотреть в красный глаз дракона. — Для чего на данный момент думать о том, что будет, в случае если я всё отыщу в памяти? Я хоть и надоедливый тип, но признательный. Как я могу вот так забрать и кинуть тебя тут одного бродить по безлюдным коридорам и мастерить побрякушки для братьев за тумаки?

Саартан удивлённо вскинул брови. Лис его забавлял, но дракон вовсе не испытывал потребности в признательности неугомонного зверька. В его обществе – возможно. С ним радостно…

— Ты это собственную несмолкаемую трескотню признательностью именуешь? – задал вопрос Хранитель.

— И её а также. Что-то я не увидел долгой очереди к тебе из собеседников, Саа.

Сарт прищурился, но промолчал. Прав так как, будь не ладен данный лис! Михей продолжительно пристально наблюдал на дракона, после этого тряхнул головой и опустился на все лапы.

— А не пора ли нам отужинать, мой глубокоуважаемый динозавр?

На ужин были овощи с грядок Хранителя и опять баранина. На удивление Михея, Саартан жарил барашка на вертеле над особым костровищем, медлительно вращая над тёплыми углями с редко выбивающимися из них язычками пламени.

— Я думал, ты – пых! И готово мяско, — лис сглатывал слюну, нетерпеливо выбирал лапами и подрагивал кончиком хвоста. – А т-у-ут! Эдак мы не ужинать, а завтракать будем!

— Потерпи, — дракон потыкал барашка когтем. — В случае если «пых», то вместо еды у нас по большому счету будут одни угли.

— А из-за чего мы по большому счету его жарим? Ты что, сырое совсем не ешь?

— От сырого…эм… зараза может в животе завестись – ничем позже не изгонишь.

— Слабоватые желудки в наше время у динозавров пошли! – Мих подпрыгнул на месте и остервенело почесал зубами бедро практически у самого хвоста, изогнувшись всем телом, как змея.

Хранитель подозрительно покосился на него: «Блохи?». Этого лишь не хватало!

— Наблюдаю, ты уже кого-то себе завёл в шерсти, — увидел Сарт.

— Не! Это от перемены климата, — лис выплюнул на пол влажно блеснувший комочек белой шерсти. – Линяю, видишь? Жарковато у вас тут. А в пещере по большому счету парилка!

— Тут близко к стенкам и полу подходят жилы лавы.

— Мы что-о-о, на вулкане живём?!

— Эта гора раньше извергалась, в далеком прошлом весьма.

— Что произошло в один раз – повторится два раза!

— Успокойся, — дракон отщипнул от барашка на вертеле маленькой кусочек, сунул в рот и пожевал, причмокивая и смакуя. Покачал головой, сорвал с верёвочки у стенки под самым потолком пучок пряных трав, растёр хрупкие стебельки в лапе и посыпал оказавшейся трухой мясо.

Лис неуважительно скривился.

— Приправы, знаешь, для чего придумали? – просил он. — Скрывать смрадный запашок тухлости. В жарких государствах, где всё скоро портилось.

— Они улучшают вкус.

— Портят!

— Улучшают.

— Нет портят!

Саартан хмуро посмотрел на лиса.

— Не желаешь – не ешь!

Со злобой сорвал второй пучок, скомкал его полностью и кинул полную пригоршню душистой пыли на барашка. Лис закатил глаза и застонал, но ничего не сообщил. Лишь опять яростно почесался. Замолчал на какое-то время.

— Слушай, Саа, — нерешительно начал Михей по окончании затянувшейся паузы. — по поводу Зеркала…

Дракон устало набрался воздуха:

— Ну?

— Вас же, Хранителей, большое количество было? Так? – лис оживился. — И любой ставил охранные ловушки, да? А как тогда попасть в зал с Зеркалом?

— Чертежи со схемами ловушек передаются Хранителям много поколений. Время от времени мы их снимаем.

— Для чего?

— Раз в год старейшины семьи приходят к Зеркалу, и оно показывает им, будет ли лето дождливым либо произойдёт засуха, куда уйдут стада моргорогов и без того потом. В случае если добыча уходит на большом растоянии, семья покидает родные края… Остаётся лишь Хранитель.

— О, как!

— Да. Одному дракону пропитаться легче. А в то время, когда моргороги возвращаются, Хранитель отправляет семье весть, и та возвращается следом.

— А так уже было у тебя? Ты оставался один?

— Да я неизменно один! – буркнул Саартан и осёкся. – Нет, не было.

— А как не так долго осталось ждать старейшины отправятся к Зеркалу?

— Ближе к весне.

— А на данный момент финиш лета, хмм… А зимы тут холодные?

— В горах – да. Большое количество метелей. А в равнине время от времени снег кроме того толком не ложится.

Саартан понюхал мясо и снял барашка с вертела.

— Пора имеется.

***

Братья Саартана продолжительно ожидать себя не вынудили. С пылью и шумом завалились в пещеру, чуть в круглое окно в потолке пробился первый луч солнца. Михей еле успел шмыгнуть под одеяло, на котором дремал.

— Поднимайся, соня!

— Птички щебечут, солнышко светит!

Пропели они на два скрипучих голоса в самое ухо Хранителю, не смотря на то, что тот уже проснулся от грохота и спросонья со страхом озирался.

— Твои талисманы – ве-е-ещь! – Райнтраан дерзко смахнул со столешницы бережно накрытые пергаментом остатки вчерашнего ужина прямо на пол и уселся на край стола, на большом растоянии откинув долгий хвост.

— Роскошная вещь, — согласился с братом Дафтраан. Он разлёгся на полу и с удовольствием потянулся. — Все мускулы болят, но оно того стоило! Мы их сделали! Всех! Без передыху отмахали сотню миль! Камушка хватило ровно на пять зарядов. А ты сказал – около!

— Вы что? Израсходовали всё за раз?! – Саартан встопорщил гребень и в кошмаре уставился на братьев. «И как они ещё живы?!», — поразмыслил он.

— В противном случае! Цена победы, — Райнтраан хрустнул шеей и скривился. – В общем, мы к тебе за добавкой. Не так долго осталось ждать сезон громадного сбора.

— А мы желаем отличиться в этом случае. Отца подводить запрещено, сам знаешь, — Дафтраан с усмешкой поглядел на Сарта. – Он хочет оставаться старейшиной ещё весьма долго. Так что ты уж попытайся в этом случае, сделай хотя бы зарядов двадцать.

— Двадцать?! Да от пяти-то они должны были развалиться!

— Ну, десять. Но не меньше, братишка. В противном случае ровно на столько у тебя будет не добывать зубов.

Дафтраан встал и кивнул брату. Райнтраан слез со стола.

— Ты нас осознал, недомерок.

«Недомерок» — у братьев это было вместо нежного слова. Саартан закрыл глаза, прислушиваясь к удаляющемуся хлопанью крыльев. Десять зарядов! Но это нереально! Невозможно! Нет для того чтобы минерала, что бы смог выдержать нагрузку, не распавшись на составляющие!

— Не справишься, да?

Михей вынырнул из-под одеяла и с сочувствием взглянуть на дракона. Саартан опустил голову, прижал гребень и не легко набрался воздуха.

— Ясно, — лис спрыгнул с ложа и потёрся о шершавую чешуйчатую лапу. – Что-нибудь придумаем, Саа.

— Тут ничего не придумаешь! – Саартан раздражённо отпихнул лиса. – Нечего придумывать!

Он поплёлся в купальный зал и в том месте, звучно плеснув водой, затих. Михей постоял в растерянности, прислушиваясь. После этого основательно встряхнулся и побежал прочь из пещеры.

В то время, когда сутки по вечернему посерел, а лиса всё не было, Саартан всерьёз забеспокоился: обиделся что ли и ушёл? Хранителю внезапно стало невыносимо тоскливо от одной мысли, что он может больше ни при каких обстоятельствах не заметить наглую болтливую зверушку. Останется снова один… Но лис возвратился. Перепачканный глиной с лап до кончиков ушей, но довольный. В зубах он нёс какой-то тряпичный свёрток.

— Фрывыт!

— А, ты, — деланно равнодушно отозвался дракон, отвернулся и, дабы Михей не заметил, улыбнулся. Он был счастлив возвращению зверька, но не желал ему в этом признаваться. Да и себе-то не желал…

Лис выплюнул сверток, что, не обращая внимания на скрадывающую звук ткань, звонко стукнулся о камни.

— Я вот всё думал, Саа, — Мих встопорщил свечкой хвост, шерсть на котором свалялась сосульками. — А из-за чего нельзя сделать два талисмана по пять зарядов? Один применял, за ним второй. М?

— По причине того, что никакие волшебные вещи по большому счету применять запрещено, — Саартан подозрительно посмотрел на свёрток. — Не разрещаеться. До определённого возраста.

— Из-за чего?

— Гасят личный потенциал драконов-подростков, застопоривают развитие их волшебного дара.

— Из-за чего?

— Да что ты заладил?! – Сарт разозлился. Он и сам толком не знал, из-за чего так происходит. Как растолковать въедливому зверьку то, чего не осознаёшь? — Из-за чего да из-за чего. По причине того, что. Гасят и всё!

Лис разочарованно опустил нечистый хвост.

— Я…

— Знаю, разобраться снова желаешь. Не нужно.

— Я тебе стабилизатор принёс, — обиженно пробурчал Михей и уселся на задние лапы, насупившись.

— Чего?

— Стабилизатор. Ты камешки на металлическую цепь посадил. А нужно на золотую, в случае если желаешь уменьшить фон и расширить стабильность. А лучше по большому счету в оправу засунуть. А в то время, когда нужно напротив расширить эффективность, применяют серебро. Лишь стабильность в разы понижается…

— Постой, постой! Золото? – Саартан заинтересованно встрепенулся. – Ни при каких обстоятельствах не рассматривал его по большому счету как составляющую часть талисмана. Вычислял вещью. Хм…

— А напрасно. Само по себе оно достаточно безтолку, но хороший фиксатор волшебства.

— Где ты забрал золото?

Хранитель опять покосился на свёрток. Лис хитро улыбнулся:

— Не задавай вопросы. Где я только что не брал! Так попытаемся?

Дракон постоял в нерешительности и опасливо развернул тряпицу. Из неё выпал мелкий, для Саартана так совсем маленький, осколок золотой руды.

— Этого хватит, — лис забыл про обиду и увлечённо подался вперёд. – Попытайся! Хуже так как не будет!

Саартан подцепил осколок двумя когтями, с сомнением покрутил перед глазами.

— Братья всё равняется не отвяжутся, — набрался воздуха Хранитель. — Им кроме того не талисман данный проклятый нужен, сколько они желают меня дотянуться. Сделаем десять, они сообщат – двадцать. Сделаем двадцать, им пригодятся все пятьдесят.

— Победим время и придумаем что-нибудь ещё.

— Какой ты неугомонный. Время от времени несложнее раз взять в зубы и перетерпеть, чем любой раз изобретать что-то и выворачиваться.

— Вот уж нет! – лис аж подскочил от возмущения. – В случае если на то пошло, то несложнее один раз ввязаться в безумную драку, проиграть, но продемонстрировать темперамент, чем униженно ползать на брюхе целую вечность! Динозавр ты либо кто?!

— Меня убьют в первой же драке.

— Вот зануда! Да я б лучше умер на твоём месте! Эффектно, пафосно и с гордо поднятой головой. Для чего ты по большому счету живёшь, на данный момент? В чём твоё назначение?

Дракон содрогнулся. Лис в первый раз назвал его полным именем. По всей видимости, тема была для него животрепещущей.

— Для чего живу? Я – Хранитель Зеркала.

— Ты с детства грезил им стать?

— Ну… да, фактически.

Лиса передёрнуло. Он зажмурился на мгновение, плюхнулся на зад и чуть не взвыл от безысходности.

— Я считал, что Хранителем быть весьма почётно, — Сарт заговорил негромко и неуверенно, как словно бы оправдывался. — Такая ответственность! Зеркало одно в целом мире, его начало, его сердце… В юные годы бабушка говорила мне большое количество прекрасных и захватывающих преданий о Хранителях древности.

— Бабушки – они такие, — Мих рассеянно потрогал пол перед собой. — Всё бы им навести таинственности на безлюдном месте. Получается, ты грезил стать Хранителем – ты стал Хранителем. Всё. Финиш истории. Баста! Жирная точища! И больше тебе ничегошеньки не нужно, желаешь сообщить? А как же миры за пределами Панайры? Ты же строишь чертежи дальних переходов!

Саартан поморщился и отмахнулся лапой:

Это всего лишь фантазии. Глупые и детские.

— Саа, — голос Михея стал вкрадчивым. Лис подался вперёд, глядя на Хранителя горящими глазами. – А откуда ты знаешь о кристаллической решётке?

— Что? – дракон недоумённо поднял брови.

— Ты чётко и светло сообщил тогда: «кристаллическая решётка распадётся». А ещё «погрешность искажения пространства». Я почему-то уверен, что не считая тебя в твоей семье никто знать не знает таких умных фраз. Откуда ты их забрал?

— В голову пришли, — Саартан пожал плечами. – Мне очень не с кем делиться собственными мыслями об устройстве мироздания. Какая отличие, как и что я назову?

— Я знаю, что такое «кристаллическая решётка». И слово «погрешность». А Вакуум Пустотой именуют и за пределами Панайры. И Межреальность…

Лоб дракона рассекли сходу три хмурые морщины. Гребень на его голове сосредоточенно встал и опустился как раз, как будто бы живя собственной судьбой.

— Что ты желаешь мне сообщить? – мрачно задал вопрос Сарт. — Что я появился не тут? Не в семье? Ты ошибаешься, в случае если думаешь так, основываясь на том, что я не таковой, как все. По причине того, что радужные драконы иногда рождаются в мире.

— Нет же! – лис быстро встал и возбуждённо задёргал кончиком хвоста. – Появился-то ты, может, и тут, но, подозреваю, твой дух не из этого. Твой подлинный дух.

— Какой ещё дух?

Хранитель начинал злиться. Вначале говорит про уникальность, сейчас ещё про иномирность! Чушь полная! Лис облизнул шнобель так шепетильно, как словно бы у него на нём что-то прилипло. Помотал мордой.

— Какой ты сложный, Саа! Ну, прекрасно, — Мих глубоко вдохнул и скоро выдохнул. — А вдруг я сообщу, что видел такие необыкновенные глаза, как у тебя, раньше?

— Ты же ничего не помнишь! – Саартан хмыкнул.

— Я отыскал в памяти, в то время, когда присмотрелся. И в то время, когда заметил глаза твоих братьев. Простые, жёлтые. А твои красные, неестественные, с тёмным ободком около радужки. Данный ободок не запрячешь ни волшебством, ни мороком. Это как печать, клеймо что ли. Кем бы ты ни притворился, в кого бы ни обратился, глаза тебя выдадут. Ты с Изнанки, Саа.

Дракон заскрипел зубами. Схватился лапой за голову.

— Я смертельно устал от твоей болтовни! – процедил он. — Знать не желаю ни про какую изнанку! Я… отправлюсь… поработаю.

Хранитель торопливо провалился сквозь землю за стеной сталагмитов, тревожно прислушиваясь – не бежит ли лис следом? Нет, не бежит. Дракон облегчённо набрался воздуха. Не думать на данный момент! Ни о чём, не считая талисмана не думать! Голова у него .

Глава II

Дракон

Наступил сезон сбора. Равнина перед Храмом ещё утопала в зелени трав, но драконы уже подготавливались к зиме: выкатывали из глубин пещер заградительные валуны, чистили их ото мха и скопившейся плесени, вычёсывали и просушивали на солнце шкуры моргорогов, служащие им одеялами. Михей следил за ними, лениво развалившись на тёплом камне и подставив белый бок нежным лучам осеннего светила. Высоко в небе над ним резвились юные драконы, среди которых лис рассмотрел братьев Саартана. Сложно было их не подметить: они носились с громкими взрыкиваниями броскими красными кометами, распихивая ровесников и очевидно красуясь перед летавшими отдельной стайкой драконами противоположного пола.

Саартан выполз из пещеры помятый и взъерошенный. Он оглушительно зевнул – практически всю ночь дракон заряжал камни силой, сглаживал и маскировал фон талисманов золотом.

— Ты проспал обход, дружище, — Михей приветственно махнул дракону пушистым хвостом.

— В том месте всё равняется никого, не считая мышей и пауков, нет, — отозвался Хранитель.

Он подполз к лису и не легко плюхнулся рядом, щурясь от броского солнца. Мих осмотрел его и прищурился.

— Саа, а для чего тебе крылья? – задал вопрос он.

— А? – Сарт немного поднял голову.

— Ты же ими не пользуешься. В то время, когда ты в последний раз по большому счету их расправлял?

— Ну… — Саартан задумался. – Прошедшей зимний период без них нереально было пройти по тропинке: скользко и ветер сбивал.

От пещеры дракона вверх к Храму вела узкая, по меркам простого дракона, тропа. Мих кинул на неё стремительный взор, фыркнул. С неба донесся радостный пересвист. Саартан поморщился.

— Ты о них? – Хранитель кивнул в сторону радующихся драконов. — Из-за чего я не кувыркаюсь в тучах, как птица, которой подпалили хвост?

— Чего сходу подпалили? – надулся Михей. — Имеется птицы, каковые парят величественно, медлено. Из-за чего ты не летаешь?

— Да летаю я!

— Ни разу не видел. Ты кроме того за травками-муравками да и то на собственных четырёх плетёшься! А ведь до луга – ого-го, сколько пиликать!

— Обожаю прогуляться.

10 ДРАКОНОВ, КОТОРЫХ УДАЛОСЬ СНЯТЬ НА КАМЕРУ


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: