Лилипут мальков на именинах

Лилипут по фамилии Мальков шел на именины к Гиганту.

Приглашение он взял не почтой, не смотря на то, что именинника уже достаточно давно не видел — все дела да дела. Легко рано утром над лесной домушкой Малькова раздался гром. Так сначала имело возможность показаться, а в действительности это был не гром, это был голос Гиганта, долетевший издали, с бугра, где стоял его громадный домище. Одно из великанских преимуществ содержится в том, что время от времени возможно не пользоваться почтой — и без того услышат.

— Глубокоуважаемый Мальков, — сообщил голос, — приходите ко мне сейчас на именины в семь часов вечера. Простите, что приходится кричать через целый лес, но столько хлопот из-за будущих гостей! Если вы меня слышите и согласны прийти, то разожгите костер, дым я замечу и буду ожидать.

Лилипут весьма был рад, по причине того, что уже сто лет не ходил к себе домой.

Он вылез из-под кровати, куда забрался от испуга, по причине того, что от для того чтобы сильного звука вся домушка задрожала, и с потолка посыпалась штукатурка.

И отправился разжигать костер.

Само собой разумеется, прежде всего следовало поразмыслить о подарке.

Что же оптимальнее подойдет Гиганту? Дабы не совершить ошибку в таком ответственном выборе, Мальков продолжительно пробовал представить себе друга. А нужно заявить, что это трудновато — такому мелкому и низенькому представить себе для того чтобы громадного и большого. Мальков кроме того залез на стул, дабы стать повыше.

Наконец, ему удалось в мыслях заметить именинника, но по частям.

По большому счету, вид Гиганта для лилипута неизменно как бы делился на две части: Поразительную и Загадочную.

Поразительны были великанские сапоги. Лишь их Мальков имел возможность прекрасно разглядеть и неизменно с наслаждением поражался. Какого-либо тысяча первого размера, с пряжками, величиной с целое лилипутское окно! В то время, когда Великан и Мальков прогуливались по полям и лесам, за сапогами приходилось пристально следить, дабы ненароком не угодить под подошву.

Другое виделось уже не так четко, неясными очертаниями уходило куда-то под облака, расплывчато маячило. Исходя из этого было Загадочным… Быть может, Мальков страдал близорукостью.

Сперва лилипут представил Поразительную часть. Позже — Загадочную. Позже снова Поразительную.

И в голове его показалась идея: А хорошо было бы подарить Гиганту банку гуталина. Тут уж неточности не будет. Для таких поразительных сапог гуталин легко нужен!.. по поводу всего остального могу совершить ошибку.

Тут к первой мысли прибавилась еще одна: Тем более, что гуталины рифмуется с именины… Не смотря на то, что у слова гуталин помой-му нет множественного числа… Ну а вдруг так:

Подарю на именины

Я вам банку гуталина —

По-моему, в полной мере складно. Нужно запомнить, а основное, нужно так и сделать… Вот как:

Отправлюсь в магазин

Брать гуталин».

И без финиша повторяя то один стих, то второй, Мальков с легким сердцем разбил собственную копилку и побежал в магазин Богатырь.

Итак, лилипут по фамилии Мальков шел на именины к Гиганту.

Идти пришлось нелегко, по причине того, что перед собой по тропинке лилипут катил банку гуталина, значительно больше его размером. Со стороны Мальков сильно напоминал Сизифа (имеется таковой царь, что всю жизнь вкатывает на гору весьма увесистый камень, да ему это никак не удается). Лилипут умело подталкивал круглую плоскую жестяную банку с надписью Люкс, поставленную на ребро, поддерживая сбоку, дабы она не упала, подпрыгнув на кочке.

Под горку дело шло, само собой разумеется, лучше, чем в горку. Но гиганты постоянно норовят строить собственные домища где-нибудь повыше, а отечественный именинник, как уже говорилось, жил на бугре. Хорошо, что еще не на горе!

В общем, Мальков весьма устал, и его нарядный костюм измялся и легко испачкался в гуталине. Но он не обращал на это внимания, а повторял на различные лады — то тоненько, то басом — собственный новый стих, что решил прочесть Гиганту, в то время, когда будет празднично дарить презент, и Гигант весьма растрогается, и все захлопают в ладоши, и осознают, что лилипут — непростой гость, и посадят его на почетное место, прямо на стол, по причине того, что со стула он ни до каких кушаний не дотянется, и по большому счету его со стула не будет видно…

Стих по дороге мало изменился и все чаще звучал так:

Подарю на гуталины

Я вам банку именина.

Но размечтавшийся Мальков и этого не подмечал.

Переходя по мостику речей, что для лилипута — как среднего размера речка, он остановился передохнуть и заметил, как в воде резвятся мелкие-мелкие рыбки (кроме того для лилипута мелкие). Что-то в этих малявочках весьма привычное, — поразмыслил Мальков.

Сейчас банка упала в воду.

Плюх!

К семи часам лилипут опоздал.

Нет, он, само собой разумеется, дотянулся гуталин из ручья, по причине того, что умел плавать и по причине того, что это было ну легко жизненно принципиально важно. Но как он устал, и в какое плачевное состояние пришел его костюм!

А самое основное, ручей-то был всего лишь на середине пути, и предстояло еще взобраться на бугор. Так что к домищу Гиганта Мальков подкатил банку не руками (руки отказались слушаться), а грудью и головой, как умелый футболист.

От весёлого крика и смеха, доносившегося из помещений, где в далеком прошлом пировали гости, деревья под окнами раскачивались, и с них осыпались листья.

Тяжеленная дверь была открыта, и банка Люкс вместе с Мальковым ввалилась в прихожую.

Гуталины-именины, — еле слышно пробормотал он и пополз через заросли какой-то толстой ровной соломы. Ее было весьма тяжело раздвигать, она пружинила и сопротивлялась, но Мальков полз, полз и полз…

Этого еще не хватало. Куда это я попал? — наконец опомнился он. — У меня так как и сил больше нет, а тут какое-то бескрайнее поле. Я же, думается, в дом вошел. Вон и от хохота все трясется… И где мой гуталин?!!

Мальков попытался пробраться назад, но сил вправду не было, и поле вправду было бескрайнее.

Тогда он закричал: Караул! Я заблудился! Меня заколдовали!

В случае если возможно кричать шепотом, то, возможно, как раз так.

Но и крика в полный голос никто бы не услышал. Шум-то какой был около стола! К тому же музыка заиграла и танцы затопали. Другими словами, именины Гиганта.

Волшебники проклятые! — всхлипнул Мальков.

Поплакал, поплакал и заснул.

На следующее утро Гигант, наряжаясь, дабы пойти в кафе, заметил в прихожей банку гуталина Люкс и решил почистить сапоги.

Он открыл жестяную крышку и поднял с пола новую обувную щетку………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

В общем, из щетки выпал лилипут Мальков…

В парадном костюме. Чумазый-пречумазый. Плохо дорогой.

Он протер глаза, выпятил грудь и празднично сказал…

Но, пожалуй, читатель и сам знает, что он празднично сказал.

ТЕЛЕВИЗОР и РАЗБОЙНИК

По городу ночью шел разбойник по имени Сыротрикил. Он гулял. И внезапно заметил, что в одном громадном высоком доме на первом этаже горит свет.

Ага! — поразмыслил злодей. — Вот тут я чем-нибудь и поживлюсь.

Он подошел к освещенному окну и посмотрел вовнутрь. Среди помещения в кресле сидел мелкий мальчик и наблюдал телевизор. Красивый, аккуратненький — именно из для того чтобы что-нибудь и сварить на обед.

Не мешкая, разбойник Сыротрикил умело полез в форточку.

Мальчик Илья так увлекся телевизором, что сначала ничего не увидел, а позже, в то время, когда увидел, от страха кроме того крикнуть не смог, по причине того, что разбойник Сыротрикил был уже в помещении и, радуясь, спрыгнул с подоконника. Мальчик лишь успел быстро встать, забраться в шкаф и захлопнуть створку.

А злодей, радуясь легкой добыче, дотянулся из-за пояса громадный нож, громадный пистолет, толстую веревку… Внезапно раздался громкий крик.

Го-о-ол! — закричали в телевизоре — именно сейчас показывали футбольный матч.

Разбойник Сыротрикил уставился в экран, остановившись на месте, по причине того, что футбол весьма обожал.

Взгляну-ка я до тех пор пока, все равно мальчишка некуда не убежит, — решил он и комфортно устроился в кресле.

Бедный Илья в шкафу, вправду, сидел, еле дыша, не смея ни пикнуть, ни шелохнуться.

В то время, когда футбол закончился, злодей поднялся с кресла… Но по телевизору начались мультфильмы для взрослых.

Мультфильмы разбойник Сыротрикил также весьма обожал.

Взгляну-ка я еще… — он снова уселся, положив пистолет, нож и веревку рядом.

Илья в шкафу уже совсем притих, по причине того, что от страха совсем обессилел и заснул.

По окончании мультипликационных фильмов для взрослых разбойник Сыротрикил взглянул концерт для любителей поп-музыки (он им, само собой разумеется, и был) и передачу Новости, дабы быть в курсе политике.

В то время, когда программы совсем закончились, разбойник с облегчением набрался воздуха… И понял, что на улице уже утро и стало светло.

Вот незадача! — расстроился он. — Как же я у всех на виду мальчишку сейчас потащу? Меня же самого схватят и арестуют… Придется без обеда следующей ночи ожидать.

С этими словами разбойник Сыротрикил заткнул за пояс пистолет, нож и веревку, скоро выбрался через форточку и убежал.

А мальчик Илья, в то время, когда проснулся, никак не имел возможности отыскать в памяти, из-за чего он спит в шкафу. До сих пор удивляется: как его угораздило в шкаф попасть?

Весьма интересно, будет Илья этой ночью включать телевизор?

КУ-КУ

В одном доме на стене висели громадные часы. Они были как мелкий домик: с крышей, а под крышей словно бы бы чердачок.

Любой час часы звонили, окошечко раскрывалось, и оттуда со словами КУ-КУ вылетала Кукушка. Улететь на большом растоянии она не имела возможности, по причине того, что ее не пускала привязанная к лапке пружина. Это сильно напоминало собачку на цепи около конуры.

Кукушка куковала, а позже скрывалась обратно, и окошечко закрывалось, до следующего звона. А часы все тикали себе и тикали.

Кукушке плохо не нравилось постоянно сидеть на одном месте. Но долг часовых кукушек был для нее превыше всего. Да и куда денешься, если ты привязана?

В общем, КУ-КУ данной Кукушки звучало не через чур радостно.

в один раз, в то время, когда Кукушка прокуковала особенно безрадостно, домовой Витя, что негромко сидел в уголке и курил собственную трубку, задал вопрос:

— Глубокоуважаемая Кукушка, пых-пых, отчего вы так печальны?

— Ах, Витя! Станешь тут печальной. Попытались бы вы всю жизнь куковать, привязанным на одном месте. Иногда, понимаете ли, полетать хочется. Участь отечественная, часовых кукушек, почетна, но уныла, — и Кукушка повернулась, дабы забраться обратно в окошечко.

— Для Всевышнего, подождите! — сообщил Витя. — Так как это мелочи, пых-пых, это легко исправить. Давайте я вас подменю. Будет у вас обеденный паузу. Летайте себе… Одну минутку.

Витя поднялся, не производя трубки из зубов, подпрыгнул, уцепился за часовую гирю и по цепочке, на которой она висела, полез на чердачок. Делал он это весьма умело, по причине того, что в юности трудился лешим, а у леших обширный опыт лазанья по деревьям.

Через 60 секунд домовой был около окошечка и отвязал пружину от лапки удивленной Кукушки.

— Пожалуйста. Летайте-отдыхайте, а я за вас поработаю.

— Ой, мама! — кукушка с опаской пошевелила свободной лапкой. — Ой, а вам не тяжело будет?.. А вы сможете?

— Не волнуйтесь. Никто ничего и не увидит.

Тогда Кукушка поцеловала (как возможно поцеловать клювом) домового в щеку и вылетела в окно.

Пес Джек возвратился с прогулки, в то время, когда зазвонили часы. О, именно обед, — поразмыслил Джек, — а у меня в миске лежит превосходнейшая кость…

Но тут он забыл про кость, по причине того, что заметил, как из часов вместо привычной Кукушки вылез мелкий человечек — в галошах, с рыжей трубкой и бородой в руке. Вылез, сел, свесив ножки, кашлянул и принципиально важно сообщил: ХРЮ-ХРЮ!

После этого мотнул головой и менее важно сообщил: МУ-МУ!

А позже снова мотнул головой и совсем не имеет значения сообщил: ГАВ-ГАВ!

— Ах, ты дразниться! — рявкнул Джек и также залаял, лишь в пять раз громче.

А человечек схватил себя за бороду и забормотал:

— Ой, забыл! Ой, забыл!.. Как же это… ЧИК-ЧИРИК?.. Нет…

А Джек все лаял и лаял. Он кроме того начал прыгать, пробуя зубами ухватить часы. Но человечек этого не подмечал, а лишь изо всей силы морщил лоб и щурился, стараясь отыскать в памяти.

— КУ-КУ! КУ-КУ! — наконец весело закричал он. — КУ-КУ! КУ-КУ! КУ-КУ!..

Услышав привычное КУ-КУ, Джек внезапно успокоился, прекратил лаять, прыгать и задал вопрос:

— А где Кукушка?

— Я за нее. У нее обед… По трудовому законодательству положено, — выпалил человечек — но, хватит именовать его человечком, — выпалил домовой Витя и весьма покраснел (рыжие по большому счету здорово краснеют).

— А вы чего дразнитесь?

— Я не дразнюсь. Я слова забыл. Виноват: нервничаю — в первоначальный раз все-таки.

— А-а-а, — протянул Джек, — тогда поздравляю с дебютом.

И с эмоцией принялся за собственную превосходнейшую кость.

Сейчас у Кукушки ежедневно обеденный паузу. Она успевает вдоволь налетаться и поболтать с различными окрестными птицами, и у нее неизменно превосходное настроение.

Домовой Витя с наслаждением подменяет ее и любой раз на всякий случай кладет в карман бумажку, на которой огромными буквами написано:

КУ-КУ.

Весьма забавный и стремительный лилипут


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: