Маменькины дочки, папины сынки

О воспитании детей написано множество книг. У каждой из них имеется недостатки и свои достоинства, но имеется что-то общее, что объединяет практически все популярные пособия для своих родителей. Вернее было бы заявить, что это книги не о воспитании детей, а о воспитании ребенка, потому что обращение о нем — воспитуемом — постоянно идёт в единственном числе, как будто бы все подряд семьи однодетны. Но это не единственный «перекос». О воспитании, в большинстве случаев, пишут, употребляя слова только мужского рода: раз ребенок, значит, он. И получается, что все педагогические советы даются родителям единственного сына.

А как быть, в случае если ребенок не единственный?

Казалось бы, чего несложнее — с рождением следующего ребенка забрать и последовать повторно уже усвоенным правилам. А правила, приложимые к воспитанию мальчика, возможно применить и к девочке, как мажем мы царапины у того и у другого зеленкой из одного флакона. Своих родителей, каковые растят и сына и дочь, такая стратегия чуть ли устроит. Для них через чур разумеется, что разнополые дети требуют различного подхода. Нечайно появляется неприятность предпочтения, которую сами взрослые остро переживают и опасаются разрешить почувствовать детям. К тому же взаимоотношения детей, которые связаны с различием полов, складываются очень необычно и требуют особенных форм родительского участия. При всем обилии популярной литературы нужных советов на эту тему в ней не сыскать. Так что давайте разберемся в аналогичной домашней обстановке (сейчас очень распространенной), дабы хоть частично восполнить данный пробел.

Современная наука еще не достигла таких высот, дабы пол ребенка возможно было заблаговременно спланировать. И родители, чуть определив о грядущем прибавлении семейства, продолжительно терзаются предположениями: мальчик либо девочка? У родных и привычных наряду с этим довольно часто появляется вопрос: «А кого бы вы желали?» Ответы возможно услышать самые различные. Но, если доверять наблюдениям психологов, будь ответы полностью искренними, то громадным разнообразием они не отличались бы. Само собой разумеется, бывают особенные обстановки, продиктованные какими-то своеобразными событиями жизненного опыта своих родителей. Но в целом родительские ожидания подчиняются (довольно часто неосознанно) определенному сценарию.

Любой из нас независимо от веры видит в собственных детях единственный настоящий залог собственного бессмертия. И пускай это не покажется громкими словами. Так как, давая жизнь ребенку, мы в буквальном смысле наделяем его частицей самих себя и видим его жизнь как продолжение отечественной. Мы стремимся наделить его отечественным опытом, дабы он сумел приумножить отечественные успехи и избежать отечественных неточностей. Наряду с этим нечайно происходит то, что психологи именуют идентификацией, другими словами уподоблением: мы придирчиво отмечаем в малыше отечественные личные черты и от души радуемся его попыткам быть похожим нас, перенимать отечественные, представления. Ясно, что для того чтобы рода отцовские установки естественным образом проецируются на сына, а материнские — на дочь. Мужчина, еще не имеющий детей, но заявляющий, что хотел бы рождения дочери, вероятнее, или не весьма искренен перед окружающими а также перед самим собой, или он являет собой вправду редкое исключение, порожденное какими-то особенными событиями. Но практически во всех случаях в ожидании первенца мужчина нечайно думает о рождении сына. Дама довольно часто подстраивается под эту отцовскую установку и, хотя порадовать отца, кроме этого заявляет, что желала бы рождения сына. Однако, ее глубинные ожидания неосознанно связаны с будущей дочкой, преемницей ее женского существа.

Ожидание второго ребенка не связано с таким напряжением, по причине того, что глубинные установки одного из своих родителей уже удовлетворены. И довольно часто оба родителя, хоть и по различным обстоятельствам, но совсем честно хотят, дабы второй ребенок был другого пола, чем первенец. Так часто и происходит. Казалось бы, общее удовлетворение гарантировано. Но такая обстановка порождает множество неприятностей, и основная из них — неравенство взаимоотношений.

Было бы неточностью заключить из всего сообщённого, что отцы больше обожают сыновей, а матери — дочерей. Вернее заявить, что отношение родителя к ребенку одного с ним пола более взыскательно, более пристрастно — пускай и в самом хорошем смысле слова.

В практике воспитания это выливается в неявное подразделение семьи на пары. Так или иначе, воспитательные действия одного из своих родителей сосредоточиваются в основном на одном из детей. Это не всегда сочетания по показателю пола. Фрейдисты, напротив, считают естественным тяготение сына к матери, а дочери к отцу. Но настоящая судьба не хорошо укладывается в теоретические схемы — фрейдистские либо какие конкретно угодно иные. «Маменькина дочка» — не меньше нередкое явление, чем «маменькин сынок», и т. п. Все зависит от того, какие конкретно глубинные установки — личностные, мировоззренческие, соответственно, и воспитательные — проецирует родитель на ребенка.

Может показаться, что перед нами предстает какая-то патологическая картина искаженных домашних взаимоотношений. Так и хочется возразить, что все дети независимо от пола в равной мере хороши родительской любви. Но в случае если отбросить патетику, делается ясно, что именно обрисованная схема есть оптимальной для личностного развития каждого ребенка. Напротив, рвение к полному уравниванию отношений и чувств ведет к сумятице в детских головах. В случае если мальчику начинает казаться, что со стороны и мамы и папы отношение к нему совсем однообразное, причем такое же, как к сестре, то чем тогда он по большому счету отличается от сестры? Тем более что одинаковость эмоции практически тождественна отсутствию эмоции, потому что чувство не направлено ребенку персонально. Каждому человеку нужно, дабы обожали как раз его. Е с л и родительская любовь «по совести» делится пополам, то любой чувствует на себе только ее половину, а этого никому не бывает достаточно.

Отцовская любовь к сыну более требовательна, к дочери более покровительственна. Мать, напротив, скорее склонна баловать сына и больше притязаний предъявлять дочери. Такая обстановка в полной мере обычна, в случае если особенности характера своих родителей не приводят к ее нездоровому заострению. Как раз такая расстановка сил содействует формированию мужских линия у мальчика и женских -у девочки. Мальчик, испытывающий аморфный либерализм отца и твёрдую авторитарность матери, рискует вырасти плохим мужчиной. А из девочки, которую папа подстегивает, а мать мягко обволакивает, вероятнее, окажется необычное создание с мужскими притязаниями, не подкрепленными настоящей мужской силой.

Своих родителей довольно часто тревожит, что их отношение к сыну и к дочери неодинаково. Но это вовсе не предлог для тревоги, в случае если лишь речь не идет о явном предпочтении одного и отвержения другого. Нужно отдавать себе отчет, что перед нами различные люди — будущая женщина1 и будущий мужчина и отношение к ним нереально уравнять. И не нужно пробовать наделить каждого половинкой собственной родительской любви. И дочери и сыну нужна любовь полностью. Но каждому — собственная.

Отцовская роль

Помнится, храбрец популярного мюзикла, предвкушая встречу с дамой собственной грезы, видел собственный будущее счастье в том, «чтобы дочки на нее похожи были, а сыновья похожи на меня». А на кого в конечном итоге похожи отечественные дети? Совсем сравнительно не так давно ученые посредством сложных компьютерных расчетов установили, что в годовалом возрасте большая часть детей больше похожи на отцов, но по прошествии пяти-десяти лет эта схожесть перестает кидаться в глаза, и дети уже мало похожи как на отца, так и на маму, являя совсем особенные черты наружности, в которых, действительно, легко уловить какие-то характерные черточки обоих своих родителей.

Значительно ответственнее, но, в какой мере «наследуют» дети психотерапевтические изюминки собственных своих родителей. Так как темперамент человека, его привычки, вкусы, склонности и манеры — все то, что психологи именуют стилем поведения, — закладываются воспитанием, другими словами примером и родительским назиданием. Тому, кто больше положит, и в собственности приоритет в формировании характера потомков. Коли мало вкладываешь, ограничивайся тем, что ребенок похож на тебя лишь формой носа и цветом глаз. Увы, для большинства современных отцов это остается единственным утешением. «Сами виноваты!» — сообщат многие. Особенно матери, утомленные повседневными родительскими заботами, каковые отцы не очень-то спешат с ними дробить. И будут правы, не смотря на то, что только частично. Упреки в адрес мужчин стали уже банальностью, исходя из этого попытаемся посмотреть на эту проблему пошире и по возможности непредвзято.

В середине 50-х годов в Соединенных Штатах вышла к н и г а под характерным заглавием «Отцы — также родители». Самим заглавием авторы несмело намекали, что не нужно, дескать, совсем сбрасывать со квитанций мужчину в воспитательном замысле: возможно, он и не таковой хороший воспитатель, как мать, но все-таки…

Времена изменяются. Непохоже, но, дабы изменилась эта робко-просительная интонация. В случае если подсчитать количество научных публикаций (не говоря уже о публицистике и популярных изданиях), то число работ о роли матери в воспитании детей приблизительно в десять раз превышает число работ об отцовстве. Большая часть книг для своих родителей практически направлены матерям. Тем самым косвенно подразумевается, что роль отца вторична.

Влияние семьи на ребенка в большинстве случаев рассматривается как влияние матери. В школу на родительские собрания приходят по большей части бабушки — и женщины матери. До последнего времени, в случае если ребенок заболевал, больничный лист по уходу приобретала мать, и только совсем сравнительно не так давно такое право было даровано отцу. При разводе ребенок судебным вердиктом фактически постоянно остаётся с матерью, которая к тому же легко может воспрепятствовать его последующим встречам с отцом. Те, кто не забывает «оскароносный» американский фильм «Крамер против Крамера», знают, что дело не в юридических тонкостях, а в укоренившейся установке: мужчина не рекомендован для воспитания ребенка, просто не приспособлен к исполнению данной задачи.

Поколение современных мужей и отцов сформировалось в воздухе катастрофической потери отцовского авторитета. Не хорошо то, что рецепты выхода из этого кризиса скорее углубляют его. Феминистки призывают отцов «справедливо» поделить с матерями родительские обязанности. Для мужчин это практически свидетельствует стать ребенку второй мамой. Но так как грубо говоря мама ребенку нужна одна, две — это вредный избыток. А вот отсутствие отца (кроме того при его формальном наличии) — это уже беда. Причем очень характерная для современного общества. О расслоении общества сейчас большое количество говорят и пишут, основное в этом расслоении — размежевание людей (в первую очередь — мужчин) на преуспевших и неудачников в деловом отношении. Увы, в домашнем кругу неудачниками довольно часто выясняются и те и другие. Папа, неспособный свести финиши с финишами, не имеет возможности стать для ребенка хорошим примером, по причине того, что у него нет материальных оснований для упрочнения собственного авторитета. Одновременно с этим папа, талантливый обеспечить семью круизами и деликатесами, в большинстве случаев выясняется так загружён в собственные деловые заботы, что о собственном дитяти вспоминает обычно только тогда, в то время, когда того похитят рэкетиры. Это, само собой разумеется, крайности, но как раз к этим крайностям более либо менее тяготеет поведение большинства современных отцов. Матери по-своему стремятся заполнить вакуум, но отцовская роль им очевидно не по силам. Столкнувшись с трудностями, родители обращаются за советом к психологу-консультанту. Увы, давать рекомендации легко, направляться им тяжело. К тому же на любой совет требуется еще дюжина персональных пояснений. Однако, опираясь на опыт многих семей, рискну высказать пара небесполезных мыслей.

Домашнее воспитание — это разумное совмещение отцовской и материнской позиций. Мужчина, вычисляющий воспитание сугубо женским делом, есть отцом только формально и не должен удивляться, что ребенок растет не таким, каким хочется ему. Е с л и хотите взять итог, позаботьтесь о его достижении!

Честное распределение домашних обязанностей, среди них и воспитательных, личное дело супругов. Основное — не соответствие какой-то книжной модели, а домашняя гармония, которая в принципе неосуществима, в случае если чей-то вклад равен нулю.

Тяжело организовать у ребенка качества, которыми сами родители не владеют. Ожидать мужественности от сына инфантильного отца не более реалистично, чем ожидать от мышонка тигриной доблести. Пускай папа поразмыслит о том, дабы быть сыну хорошим примером.

В полной мере конечно, что отец и мать обожают ребенка по-различному, и это различие — не предлог для обоюдных укоров. Беда, в случае если любовь не проявляется по большому счету никак: ее легко нужно демонстрировать на деле.

И наконец, самое основное. Приготовьтесь к тому, что ребенок будет мало похож на вас. Е м у предстоит прожить собственную жизнь, обучаться на собственных неточностях и решать личные неприятности. Пускай ваш наследник состоится как цельная личность, а не как приблизительная (пускай кроме того улучшенная) копия папы.

Разговор на троих. «Маменькин сынок» — участь либо приз?


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: