Нагарджуна. мадхьямака-карика

Дабы постичь пустотность, практически всем из нас требуется время для медитации и размышления на взятых учениях. В то время, когда я растолковываю эту тему, одним из первых вопросов, каковые мне задают, в большинстве случаев не редкость таковой: «Прекрасно, в случае если база действительности пустотна, то откуда всё появляется?» Это хороший и в действительности весьма глубочайший вопрос. Но связь между пустотностью и опытом переживания действительности не так несложна — либо, скорее, так несложна, что её легко не подметить. В действительности как раз из бесконечного потенциала пустотности смогут появляться, и перемещаться, изменяться и в итоге исчезать все явления (понятие «явления» включает в себя мысли, эмоции, ощущения а также материальные объекты).

Я понял, что, вместо того дабы вдаваться в дискуссию квантовой механики — области современной физики, исследующей материю на ядерном и субатомном уровнях, в которой я, согласиться, не эксперт, возможно оптимальнее обрисовать данный нюанс пустотности, снова прибегнув к аналогии с пространством. Во времена Будды пространство вычисляли необъятным открытым простором, что сам по себе есть не вещью, а бесконечным, неизвестным фоном, на котором появляются и через что движутся галактики, звёзды, планеты, животные, люди, реки, деревья и другое. Если бы не было пространства, все эти вещи не могли бы проявляться лично и отчётливо — для них не было бы ни места, ни фона, на котором их возможно было бы замечать. Звёзды и планеты смогут оказаться, перемещаться и исчезать лишь на фоне пространства. Да и мы сами можем находиться, сидеть, входить в помещение и выходить из него лишь вследствие того что нас окружает пространство.

Отечественные тела наполнены пространством: внешние отверстия разрешают нам дышать, глотать, сказать и без того потом, но имеется кроме этого пространство во внутренних органах, к примеру в лёгких, каковые увеличиваются и уменьшаются, в то время, когда мы вдыхаем и выдыхаем.

Сходное взаимоотношение существует между пустотностью и явлениями. Без пустотности ничто не имело возможности бы появляться, а в отсутствие явлений мы не могли бы волноваться на опыте основополагающий фон пустотности, из которой появляется всё сущее. Исходя из этого в каком-то смысле вы должны признать, что между пустотностью и явлениями имеется связь. Но между ними имеется и серьёзное различие.

Пустотность, либо нескончаемая возможность, — это безотносительная природа действительности.

Всё, что появляется из пустотности — звёзды, галактики, люди, столы, лампы, часы а также отечественное восприятие времени и пространства, — это относительное выражение нескончаемой возможности, преходящее явление в контексте нескончаемых времени и пространства.

Я желаю воспользоваться случаем, дабы указать на ещё одно очень ответственное различие между полной и относительной действительностью. В соответствии с буддийскому пониманию и, по-видимому, некоторым западным школам научной мысли, полностью настоящим возможно именовать лишь то, что не изменяется, не подвержено влиянию времени и событий и не может быть разделено на меньшие составные части.

Исходя из этого определения меня учили, что пустотность — неизмеримый, неописуемый потенциал, являющийся форматом всех явлений, не созданный и не зависящий от трансформаций обстоятельств либо условий, — это и имеется полная действительность. И потому, что естественный ум пустотен, всецело открыт и не ограничен никакими чертями, каковые возможно было бы обрисовать либо назвать, то ничто из того, что кто бы то ни было, включая меня, говорит либо думает о явлениях, нельзя считать определяющим его подлинную природу.

Несложнее говоря, безотносительную действительность нереально выразить словами, образами либо кроме того символизмом математических формул. Я слышал, что кое-какие религии также уверены в том, что природу абсолюта нереально выразить так, и отказываются обрисовывать абсолют посредством понятий либо концепций. По крайней мере в этом буддизм с ними согласен: абсолют возможно постичь лишь на ярком опыте.

Одновременно с этим было бы нелепо отрицать, что мы живём в мире, где вещи появляются, изменяются и исчезают в пространстве и времени. Люди приходят и уходят, столы ломаются, кто-то выпивает стакан вода — и воды заканчивается. В буддийском контексте данный уровень вечно изменяющегося опыта известен как относительная действительность — относительная в сравнении с неизменным и невыразимым состоянием полной действительности.

Было бы довольно глупо делать вид, что мы не принимаем такие вещи, как столы, планеты и воду, и не имеем мыслей, но одновременно с этим нельзя сказать, что каждая из этих вещей по природе собственной владеет полным, самодостаточным и свободным существованием. То, что существует в силу собственной природы, по определению должно быть постоянным и неизменным. Такую вещь нереально поделить на составные части, и она не подвержена влиянию изменчивых условий и причин.

Это хорошее интеллектуальное описание взаимоотношения между безотносительной и относительной действительностью. Но в действительности оно не даёт интуитивного либо внутреннего понимания, нужного для настоящего постижения этого отношения.

В то время, когда ученики упорно просили Будду растолковать связь между относительной и полной истиной, он довольно часто прибегал к метафоре сновидений, показывая, что отечественный опыт в состоянии бодрствования подобен опыту, что мы переживаем во сне.

Конечно, что он применял примеры сновидений, каковые были понятны людям того времени: коров, зерно, глиняные стены и соломенные крыши.

Я не уверен, что эти примеры оказали бы такое воздействие на людей, живущих в двадцать первом веке. Исходя из этого я стараюсь применять в собственных лекциях примеры, более актуальные для аудитории, к которой я обращаюсь. К примеру, представьте, что вы принадлежите к категории людей, одержимых машинами. Возможно, вас бы взволновал сон, в котором кто-то подарил вам новенькую машину, за которую вам не было нужно бы платить ни копейки. «Вам дремлющему» было бы приятно взять «машину сновидения», кататься на ней и показывать её привычным.

Но представьте себе, что, в то время, когда вы в сновидении ведёте машину, неожиданно появляется ещё одна машина и врезается в вас. В следствии передняя часть вашей автомобили всецело разбита, а у вас сломана нога. В сновидении ваше настроение, возможно, мгновенно превратится из эйфории в отчаяние. Ваша машина разбита, у вас нет никакой «страховки сновидения», а сломанная нога причиняет вам невыносимую боль. Вы имеете возможность кроме того расплакаться во сне, а в то время, когда проснётесь, подушка может оказаться мокрой от слёз.

Сейчас я желаю задать вам несложный вопрос.

Настояща ли машина в сновидении либо нет?

Само собой разумеется нет, ответите вы. Её не проектировали конструкторы и не собирали на заводе. Она не сделана из множества частей, из которых состоит настоящая машина, и не складывается из атомов и молекул, образующих каждую часть автомобили. Но во сне вы принимаете машину как что-то в полной мере настоящее. В действительности вы вычисляете настоящим всё, что видите во сне, и реагируете на собственные переживания в полной мере эмоциями и реальными мыслями. Но какими бы настоящими ни казались переживания во сне, они не смогут быть названы независимо существующими, не правда ли? В то время, когда вы просыпаетесь, сны исчезают и всё замеченное во сне растворяется в пустотности — бесконечной возможности происхождения чего угодно.

Совершенно верно так же, учил Будда, каждая форма опыта является видимостью , появляющуюся из нескончаемых возможностей пустоты. Как говорится в одном из самых известных учений Будды — Сутре сердца:

Форма имеется пустота.

Пустота имеется форма.

Пустота — это не что иное, как форма.

Форма — это не что иное, как пустота.

Говоря современным языком:

Машина во сне — это не самосущая настоящая машина.

Машина, не владеющая свободной действительностью, — это машина во сне.

Машина во сне — это не что иное, как машина, не имеющая собственной действительности.

Машина, не имеющая собственной действительности, — это не что иное, как машина во сне.

Само собой разумеется, возможно обосновывать, что вещи, каковые вы принимаете в состоянии бодрствования, запрещено логически сравнивать с событиями, переживаемыми в сновидении. Так как в то время, когда вы просыпаетесь, у вас в действительности не сломана нога и нет разбитой автомобили на дороге. Если бы вы попали в аварию в состоянии бодрствования, то имели возможность бы появляться в поликлинике и столкнуться с необходимостью платить тысячи долларов за ремонт собственного автомобиля.

Однако база вашего опыта в сновидении та же, что и наяву: мысли, ощущения и чувства, изменяющиеся в зависимости от событий. Если вы станете не забывать об этом, то все ваши переживания в состоянии бодрствования начнут терять собственную свойство влиять на вас. Мысли — это всего лишь мысли, эмоции — всего лишь эмоции, а ощущения — всего лишь ощущения. Они приходят и уходят, в то время, когда мы бодрствуем, так же скоро и легко, как и в сновидении.

Всё, что вы переживаете, подвержено переменам в зависимости от изменяющихся условий. Кроме того изменение одного-единственного события меняет уровень качества вашего опыта. Если бы не было дремлющего, то не было бы и никакого сновидения. Без ума дремлющего не появилось бы сновидения. Если бы дремлющий не дремал, ему бы не приснился сон. Чтобы показалось сновидение, все эти события должны сойтись воедино.

Коренные строфы Мадхьямаки


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: