Найдите себя и будьте собой: помните, что на земле нет другого такого человека, как вы

Я взял письмо от госпожи Эдит Олред. «В то время, когда я была ребенком, я отличалась повышенной застенчивостью и чувствительностью, — говорит она в собственном письме. — Я постоянно имела лишний вес, а щеки у меня были такие, что я казалась кроме того толще, чем была. Моя мать была дамой ветхого закала и полагала, что одежда не должна быть прекрасной. Она считала, что все это глупости. Она постоянно говорила: „Широкая одежда будет прекрасно носиться, а узкие вещи скоро порвутся“. Она одевала меня в соответствии с этим принципом. Я ни при каких обстоятельствах не ходила к себе домой, не имела никаких развлечений. В то время, когда я отправилась в школу, я ни при каких обстоятельствах не принимала участие в играх на свежем воздухе а также не занималась спортом. Я была болезненно застенчива. Я ощущала, что я непохожа на вторых, и вычисляла себя совсем непривлекательной.

Став взрослой, я стала женой человека на пара лет старше меня. Но я не изменилась. Мои родственники со стороны мужа были людьми спокойными и уверенными в себе. Они владели всеми качествами, которыми должна была бы владеть я. Я старалась приложив все возможные усилия быть похожей на них, но у меня ничего не получалось. Все их попытки сделать меня более общительной приводили к тому, что я все больше замыкалась в себе. Я стала нервной и раздражительной. Я избегала всех собственных друзей. Мое состояние так ухудшилось, что я дрожала от кошмара, в то время, когда нажать на звонок. Я ощущала себя неудачницей. Я знала это и опасалась, что супруг это увидит. Исходя из этого, в то время, когда мы бывали в обществе, я старалась смотреться радостной и часто переигрывала. Затем я ощущала себя несчастной в течение нескольких суток. Наконец, я пришла в такое подавленное состояние, что мне начало казаться тщетным жить . Я начала думать о суициде».

Что же поменяло жизнь данной несчастной дамы? Одно случайное замечание!

«Случайное замечание, — продолжала госпожа Олред, — преобразило всю мою жизнь. в один раз моя свекровь начала рассказывать о том, как она воспитывала собственных детей, и сообщила: „Что бы ни произошло, я постоянно требовала, дабы они были самими собой“… Быть собой?.. Это замечание вынудило меня по-новому осмыслить мою жизнь. Внезапно меня осенило. Я осознала, что все мои горести были позваны тем, что я пробовала играть роль, которая мне совсем не доходила.

Я сходу поменяла собственный поведение. Я начала быть собой. Я старалась изучить собственную личность. Пробовала узнать, что я собой воображаю. Я изучила собственные преимущества. Я обучилась выбирать стили и цвета в одежде, начала одеваться к лицу. Завела новых друзей. Вступила в публичную организацию, которая сперва была маленькой, — и я оцепенела от страха, в то время, когда мне поручили сделать доклад. Но с каждым новым выступлением я становилась все храбрее и храбрее. Мне потребовалось большое количество времени — но сейчас я более радостна, чем мне когда-либо представлялось в мечтах. Воспитывая собственных детей, я постоянно учила их тому, что познала на таком неприятном опыте: „Что бы ни произошло, постоянно будьте самими собой!“»

Эта неприятность — желать быть собой — «ветха как мир, — говорит врач Джеймс Гордон Джилки, — и столь же универсальна, как людская судьба». Нежелание быть собой есть скрытой обстоятельством многих неврозов, комплексов и психозов. Анджело Патри написал тринадцать тысячи и книг газетных статей о воспитании детей, и он говорит: «Самый несчастен тот человек, что жаждет стать кем-то и чем-то вторым, чем та личность, которой он есть по собственному физическому и психологическому складу».

Сэм Вуд, один из самых известных режиссеров Голливуда, говорит, что больше всего затруднений у него связано для того, чтобы вынудить актеров быть самими собой. Все они стремятся быть второразрядными Лонами Гарнер и третьесортными Кларнами Гейдлами.

«Публика уже имела наслаждение, сейчас она желает чего-нибудь другого», — говорит Сэм Вуд. До работы в кино, где он снял «До свидания» и «По ком звонит колокол», Вуд был предпринимателем. «Опыт научил меня срочно избавляться от людей, каковые стараются продемонстрировать себя не тем, кто они имеется».

Сравнительно не так давно я задал вопрос Пола Бойнтона, начальника отдела кадрой большой нефтяной компании «Сокони — Вакуум-Ойл», в чем самая громадная неточность людей, каковые обращаются к нему по поводу работы. Он обязан знать: он разговаривал более чем с шестьюдесятью тысячами человек, искавших работу, а помимо этого, он написал книгу, озаглавленную «6 способов взять работу». Он ответил: «Самая громадная неточность людей, ищущих работу, пребывает в том, что они желают казаться не такими, какими они являются. Вместо того, дабы держаться непринужденно и быть совсем откровенными, они довольно часто стараются давать такие ответы, каковые, как они думают, вы желаете услышать. Но это не срабатывает, по причине того, что обманщики никому не необходимы. Как и фальшивые монеты».

Вот история одной дамы, которая убедилась в этом на своем неприятном опыте. Она была дочерью кондуктора трамвая. Эта женщина стремилась стать певицей. Но ее лицо причиняло ей громадные проблемы. У нее был громадной рот и выдающиеся вперед зубы. В первый раз выступая перед публикой в ночном клубе в Нью-Джерси, она старалась оттягивать верхнюю губу вниз, дабы скрыть собственные зубы. Она пробовала держаться «очаровательно», но что из этого оказалось? Она смотрелась забавной. Ее карьера имела возможность кончиться провалом.

Но среди визитёров ночного клуба был человек, что, услышав ее пение, поразмыслил, что у нее имеется талант. «Послушай, — напрямик сообщил он, — я замечал твое выступление и знаю, что ты пробуешь скрыть. Ты стыдишься собственных зубов». Женщина смутилась, но мужчина говорил : «Ну и что из того? Разве это правонарушение — иметь некрасивые зубы? Не старайся скрывать их! Открывай рот, и публика полюбит тебя, в то время, когда заметит, что ты не стыдишься. Помимо этого, проницательно увидел он, — эти самые зубы, каковые ты стараешься скрыть, быть может, принесут тебе богатство и успех!»

Кэсс Дейли последовала его совету и забыла о собственных зубах. С того времени она думала лишь о публике, которая слушала ее. Она обширно открывала рот и пела с темпераментом и таким чувством, что стала одной из самых броских звезд в кино и на радио. Другие комедийные актрисы пробуют на данный момент подражать ей!

Известный Уильям Джеймс имел в виду людей, каковые так и не нашли себя, в то время, когда объявил, что средний человек развивает лишь десять процентов заложенных в нем интеллектуальных свойств. «В сравнении с тем, какими мы должны быть, — писал он, — мы бодрствуем лишь наполовину. Мы используем только часть отечественных физических и умственных ресурсов. Говоря в общем, человек, так, далеко не применяет собственных возможностей. Он владеет силами разного рода, каковые в большинстве случаев пропадают втуне».

Вы и я владеем определенными свойствами, исходя из этого бессмысленно волноваться по причине того, что мы не такие как другие. Вы воображаете собой что-то новое в мире. Ни разу не существовало человека, что был бы в точности такой же, как вы, и ни при каких обстоятельствах, кроме того через большое количество столетий, не будет для того чтобы же. Генетика говорит, что человека определяют 24 хромосомы, полученные от матери, 24 хромосомы, внесенные отцом. Эти 48 хромосом включают все, что вы наследуете.

«В каждой хромосоме, — говорит А. Шейнфелд, — имеется от пара десятков до сотен генов, причем в некоторых случаях один ген способен поменять всю жизнь данной личности». Кроме того по окончании того, как ваши мать и отец встретились, имеется лишь один шанс из 300000 миллиардов, что появиться совершенно верно такой же человек как вы. Иначе говоря если бы у нас было 300000 сестёр и миллиардов братьев, все бы они отличались от нас. Если вы сомневаетесь в этом, прочтите книгу А. Шейнфелда «Вы и наследственность».

У меня имеется основания сказать о необходимости «отыскать себя», потому, что меня это глубоко затрагивает. Я знаю, о чем говорю. Мой печальный опыт обошелся мне через чур дорого. Вот иллюстрация: в то время, когда я в первый раз приехал в Нью-Йорк с кукурузных полей Миссури, я поступил в Американскую академию драматических искусств. Я стремился стать актером. Мне пришла в голову, как я вычислял, гениальная мысль, такая простая, такая беспроигрышная, что я не имел возможности осознать, из-за чего тысячи честолюбивых людей на нее еще не натолкнулись. Мысль заключалась в следующем: я изучу, как известные актеры того времени — Джон Дрю, Уолтер Хэмпден и Отис Скиннер, получали успеха. После этого я планировал заимствовать лучшие качества каждого из них и объединить их в себе. Я считал, что это окажет помощь мне стать самым блистательным и непревзойденным актером. Как довольно глупо! Как нелепо! Мне было нужно утратить годы собственной жизни, подражая вторым людям, пока до моей бестолковой миссурийской головы дошло, что я должен быть самим собой и что, быть может, я и не имел возможности бы стать кем-либо вторым.

Данный печальный опыт должен был послужить мне уроком на много лет. Но этого не произошло. Куда мне, я был через чур туп. Мне было нужно опять пройти через все это. Пара лет спустя я принялся писать книгу, которая, как я сохранял надежду, будет самой лучшей книгой по ораторскому мастерству для деловых людей, которая когда-либо была написана. Но в работе над книгой я руководствовался той же глупой идеей, которую я использовал, готовясь стать актером. Я планировал заимствовать мысли многих вторых писателей и объединить их в одной книге, — книге, в которой находилось бы все. Итак, я дотянулся десятки книг по ораторскому мастерству и израсходовал весь год на то, дабы включить их мысли в собственную рукопись. Но в итоге меня осенило, что я опять веду себя довольно глупо. Эта мешанина из мыслей вторых людей, которую я написал, была таковой компилятивной, таковой неинтересной, что ни один деловой человек не стал бы корпеть над ней. Тогда я послал в корзину для мусора данный плод моего начал и годичного труда все сперва. В этом случае я сообщил себе: «Ты обязан оставаться Дейлом Карнеги, со всеми его слабостями и недостатками. По всей видимости, ты не можешь быть никем вторым». Я отказался от мысли сочетать в себе преимущества вторых людей, засучил рукава и занялся тем, чем мне следовало заняться сначала: написал учебник по ораторскому мастерству, в котором нашли отражение мой личный опыт, наблюдения и мысли, накопившиеся у меня как у преподавателя и оратора ораторского мастерства. Я усвоил — сохраняю надежду окончательно — урок, что усвоил господин Уолтер Рэлей. (Я говорю не о сэре Уолтере, что кинул собственный плащ на нечистую мостовую, дабы на него ступила королева. Речь заходит о сэре Рэлее, что был доктором наук британской литературы в Оксфорде в 1904 году.) «Я не могу написать книгу на урове Шекспира, — сообщил он, но я могу написать собственную книгу».

Будьте самим собой. Следуйте умному совету, что Ирвинг Берлин дал покойному Джорджу Гершвину. В то время, когда они в первый раз встретились, Берлин был широко известен, а Гершвин был лишь начинающим композитором.

Берлин, на которого произвело чувство дар Гершвина, внес предложение ему должность собственного музыкального сектора с окладом втрое громадным.

«Но не соглашайтесь на эту работу, — сообщил он наряду с этим, — если вы согласитесь, то станете второстепенным Берлином. А вдруг останетесь самим собой, в один прекрасный день вы станете высококлассным Гершвином».

Гершвин последовал совету и некое время спустя стал одним из выдающихся американских композиторов собственного времени.

Чарли Чаплин, Уилл Роджерс, Мэри Маргарет Макбрайд, Джин Отри и миллионы вторых были вынуждены усвоить урок, что в данной главе я пробую донести до вашего разума. Им это дорого обошлось — как и мне.

В то время, когда Чарли Чаплин начал сниматься в кино, режиссер фильмов настаивал, дабы он подражал популярному германскому комику того времени. Чарли Чаплин не имел возможности ничего достигнуть, пока не показал собственную индивидуальность. Боб Хоуп пережил то же самое: в течение многих лет он был исполнителем танцев с пением — и ему так и не получалось добиться успеха. Он прославился, в то время, когда выбрал собственный личный жанр — мастерство юмористического рассказа. Роджерс много лет выступал статистом в водевилях, не произнося ни слова. Он бы так и не преуспел, если бы не нашёл у себя дар говорить юмористические истории.

В то время, когда Мэри Маргарет Макбрайд в первый раз начала выступать на радио, она избрала для себя амплуа комической актрисы-ирландки и потерпела неудачу. В то время, когда же она начала играться саму себя — несложную деревенскую девушку из Миссури, — то стала одной из самых популярных звезд нью-йоркского радио.

В то время, когда Джин Отри старался избавиться от собственного техасского выговора и утверждал, что он из Нью-Йорка, люди лишь смеялись за его спиной. Но в то время, когда он стал играть на своем банджо и петь ковбойские баллады, то было положено начало его карьеры. Джин Отри сделался самым популярным в мире ковбоем как в кино, так и на радио.

Вы являетесь чем-то совсем новым в нашем мире. Радуйтесь этому. Применяйте наилучшим образом то, что вам дала природа. В конечном счете всякое мастерство автобиографично. Вы имеете возможность петь лишь своим голосом.

Вы имеете возможность рисовать лишь собственной рукой. Вы должны быть таким, каким вас сделали ваш опыт, ваша наследственность и ваша среда. Что бы ни произошло, вы должны возделывать собственный мелкий сад. Что бы ни произошло, вы должны играть на своем мелком инструменте в оркестре судьбы.

Эмерсон в собственном эссе «Доверие к себе» писал: «В духовной судьбы каждого человека наступает таковой момент, в то время, когда он приходит к убеждению, что зависть порождается невежеством; что подражание — суицид; что человек, желает он того либо нет, обязан примириться с собой, как и с назначенным ему уделом; что какими бы благами ни изобиловала вселенная, хлеба насущного ему не отыскать, коль не так долго осталось ждать он не будет прилежно возделывать отведенный ему клочок почвы. Силы, заложенные в нем, не имеют аналогичных в природе, и только ему самому разрешено узнать, на что он способен, а это не прояснится, пока он не испытает себя».[14]

Так сообщил Эмерсон. А вот как выразил это поэт — покойный Дуглас Мэллок:

Если ты не можешь быть сосной на вершине бугра,

Будь деревцем в равнине, но лишь будь

Самым лучшим деревцем у родника;

Будь кустиком, если ты не можешь быть деревом.

Если ты не можешь быть кустиком, будь травой

И сделай дорогу радостнее;

Если ты не можешь быть щукой, будь

Но будь самым прекрасным окунем в озере!

Мы не можем все быть капитанами, кто-то обязан

быть и матросом;

Для всех нас найдется тут работа.

Работа возможно громадной и малой,

Мы должны делать то, что неотложно.

Если ты не можешь быть дорогой, будь тропинкой,

Если ты не можешь быть солнцем, будь звездой;

Побеждаем мы либо проигрываем — не имеет значение,

Проявляй лучшее, что в тебе имеется.

Дабы выработать у себя такое отношение к судьбе, которое принесет вам покой и высвободит от тревоги, делайте правило пятое:

Не подражайте вторым. Отыщите себя и будьте собой.

Глава 17

Отыщите себя и будьте собой: не забывайте, что на земле нет другого для того чтобы человека, как вы


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: