Недвойственное осознавание — ригпа

Исходная действительность ума — это чистое недвойственное осознавание, ригпа. Его сущность едина с сущностью всего, что имеется. В практике его не нужно путать кроме того с самыми узкими, самыми спокойными и самыми открытыми состояниями движущегося ума. Неузнанная, природа ума проявляется как движущийся ум. В случае если же определить ее конкретно она делается и методом к освобождению, и самим освобождением.

В учении Дзогчен как знак ригпа довольно часто применяют зеркало. Зеркало отражает все подряд, без оценок и предпочтений. Оно отражает красивое и некрасивое, громадное и малое, благое и неблагое. Для того, что может отражаться в зеркале, нет никаких рамок либо ограничений, но само зеркало остается незапятнанным и незатронутым, что бы в нем ни отразилось. Помимо этого, оно отражает все непрерывно.

Совершенно верно так же ригпа отражает все явления мира переживаний: мысли, образы, эмоции, ее объекты и привязанность, любой из видимых субъектов и объектов, каждое переживание. Сам оперирующий понятиями ум также пребывает в ригпа. И жизнь, и смерть протекают в природе ума, но сама она не рождается и не умирает, как отражения в зеркале приходят и уходят, не создавая и не разрушая зеркало. Отождествляя себя с оперирующим понятиями умом, мы живем как одно из отражений в зеркале, реагируя на другие отражения, мучаясь от страданий и заблуждений, вечно рождаясь и умирая. Мы принимаем отражения за реальность и проводим всю жизнь в погоне за иллюзиями.

В то время, когда ум свободен от неприязни и влечения, он сам собой расслабляется в никем не созданном ригпа. Тогда больше нет отождествления себя с отражениями в зеркале и мы можем без упрочнений принимать все, что появляется в переживании, верно осознавая любой момент. В случае если появляется неприязнь, зеркало наполнено неприязнью. В то время, когда появляется любовь, зеркало наполняется любовью. Для самого зеркала ни любовь, ни неприязнь не имеют никакого значения: то и второе имеется в равной степени проявление его неотъемлемой способности отражать. Это именуют зерцалоподобной мудростью: в то время, когда мы распознаём природу ума и развиваем свойство пребывать в ней, никакие эмоциональные состояния нас не отвлекают. Наоборот, все состояния и все явления, кроме того бешенство, ревность и т. д., освобождаются в ясность и чистоту, другими словами в собственную сущность. Пребывая в ригпа, мы пресекаем карму в самом корне и освобождаемся от оков сансары.

Устойчивое нахождение в ригпа облегчает осуществление вторых духовных устремлений. Если ты свободен от неудовлетворённости и привязанности, делается легче делать добро; если не поглощен самим собой, легче проявлять сострадание; если не держишься за фальшивые и ограниченные представления, легче практиковать преображение.

В “Материнской тантре” природа ума названа “изначальным умом”. Она подобна океану, тогда как простой ум подобен рекам, ручейкам и озёрам, каковые владеют природой океана и возвращаются к нему, но временно существуют как отдельные водные пространства. Движущийся ум сравнивают кроме этого с пузырями на поверхности океана изначального ума, каковые всегда образуются и пропадают в зависимости от силы кармических ветров. Но природа океана ни при каких обстоятельствах не изменяется.

Ригпа спонтанно появляется из базы. Деятельность ригпа — это непрекращающееся проявление. Все явления появляются, не нарушая ригпа. Плод полного нахождения в природе ума — три Тела (каи) Будды: дхармакая, другими словами свободная от мышления сущность, самбхогакая — постоянное проявление и нирманакая — неомраченная деятельность сострадания.

Ригпа базы и ригпа пути

В контексте практики различают два вида ригпа. Не смотря на то, что это только умозрительное разделение, оно облегчает познание наставлений. Первое, ригпа базы, — это всепроникающее исходное осознавание базы (кябриг). Таким осознаванием владеют все наделенные умом живые создания — и будды, и сансарные существа, — потому, что как раз из этого осознавания происходят все виды ума.

Второе — это проявляющееся врожденное осознавание пути (самриг), которое представляет собой всеобъемлющее осознавание, переживаемое отдельным живым существом. Его именуют ригпа пути, по причине того, что под ним подразумевается прямое переживание ригпа, которое появляется у йогинов, в то время, когда они входят в практику Дзогчена и приобретают введение, посвящение и передачу. Это значит, что реализация ригпа в переживании приходит лишь по окончании того, как практикующий возьмёт введение в ригпа.

Потенциальная возможность проявления ригпа пути содержится в том, что ум каждого из нас происходит из изначального осознавания базы. В то время, когда изначальное осознавание постигается конкретно, мы именуем его врожденным осознаванием — это и имеется то самое ригпа пути, которым владеет йогин. В этом контексте мы именуем изначальное чистое осознавание словом ригпа, а ригпа, которое появляется на пути, — рангриг. Первое возможно сравнить со сливками, а второе со сбиваемым из них маслом, в том смысле, что состав у них одинаковый, но, дабы сбить масло, нужно что-то приложить. Таково проявляющееся ригпа, либо ригпа пути: мы входим в него, а после этого выходим и попадаем обратно в движущийся ум. В отечественном переживании оно то вспыхивает, то угасает. Но ригпа присутствует неизменно: изначальное ригпа базы имеется присутствие, а не происхождение либо прекращение, — сознаем мы это либо нет.

База — кунжи

Кунжи — база всего материи: и бытия, и сознания всех живых существ, ясности и нераздельное единство пустоты. Эти две категории кроме этого именуют “Ясный Свет”. Это тот же самый Ясный Свет, о котором идет обращение в йоге сна. (В учении Дзогчен выражение кунжи несет в себе другой суть, чем в принадлежащей к Сутре школе читтаматра, где кунжи, либо алаявиджняна, обозначает нейтральное и непробужденное сознание, которое содержит в себе все категории мыслей и кармических следов).

Сущность кунжи — пустота (шуньята). Это ничем не ограниченное, безотносительное пространство. Оно пусто от каких-либо сущностей, от бытия, от границ и понятий. Это безлюдное пространство, которое думается нам внешним, безлюдное пространство, вмещающее объекты, и безлюдное пространство ума. В кунжи нет ни “в”, ни “снаружи”, о нем нельзя сказать, что оно существует (по причине того, что оно имеется ничто) и что оно не существует (по причине того, что оно имеется сама действительность). Оно очень, его запрещено ни стереть с лица земли, ни создать, оно не рождается и не умирает. Обрисовать кунжи возможно лишь языком парадоксов, потому, что оно — вне понятий и двойственности. Каждые лингвистические построения, каковые пробуют его передать, заведомо ошибочны и смогут только намекать на то, чего не смогут объять.

На уровне отдельного живого существа нюанс ясности либо света кунжи — это ригпа, чистое осознавание. Кунжи подобно небу, но оно не то же самое, что небо, которое лишено опознавания: кунжи — не только пустота, но и осознавание. Тут имеется в виду отнюдь не то, что кунжи — это субъект, осознающий некоторый объект, в противном случае, что осознавание имеется пустота. Пустота имеется ясность, а ясность имеется пустота. В кунжи нет ни субъекта, ни объекта, ни какой-либо другой двойственности либо различения.

В то время, когда вечером заходит солнце, мы говорим, что наступает темнота. Эта темнота существует лишь для наблюдателя. Пространство же неизменно светло, оно не изменяется с восходом либо заходом солнца. Пространство не бывает чёрным либо ярким. тьма и Свет существуют лишь для нас, наблюдателей. Темнота присутствует в пространстве, но не затрагивает его. В случае если зажечь светоч осознавания, он озарит для нас пространство кунжи, базы, но само кунжи ни при каких обстоятельствах не было чёрным. Темнота — это следствие омрачений: отечественное осознавание было окутано тьмой невежественного ума.

Материя и СОЗНАНИЕ

сознания и Сущность, и материи — кунжи. Так отчего же материя лишена осознавания? Из-за чего живые существа смогут стать просветленными, а материя — нет? В Дзогчене это растолковывают на примере куска и хрусталя угля, где хрусталь символизирует ум, а уголь — материю. В то время, когда светит солнце, как бы оно ни освещало уголь, он не может излучать свет. У него нет таковой способности, как у материи нет врожденного осознавания, талантливого отражать. В то время, когда же свет солнца попадает на хрусталь, он отражает свет, по причине того, что владеет врожденной свойством это делать — такова его природа. Эта свойство проявляется в виде многоцветных лучей света. Так и живые существа владеют бесплатно врожденного осознавания. Ум живого существа отражает свет изначального осознавания, и его потенциальная свойство проявляется либо как проекции ума, либо как чистый свет ригпа.

Познание

Буддийская Сутра учит, что простой человек не имеет возможности постичь вакуум при помощи прямого восприятия, но обязан надеяться на познание, основанное на логических умозаключениях. В традиции Сутры всегда были весьма распространены дискуссии о том, как использовать аналитические способы и логику для познания пустоты, но практически ничего не говорится об узнавании природы ума при помощи эмоций. В соответствии с Сутре, лишь йогин, достигший третьего пути, пути прозрения, владеет прямым йогическим восприятием пустоты, и на этом этапе его уже не причисляют к простым существам.

В Дзогчене вторая точка зрения. Это учение не только говорит нам, что ясность и пустоту природы ума возможно конкретно постичь эмоциями, но и говорит, что возможно выполнить эту духовную задачу легче и надежнее в случае если применять эмоции, а не рассудочный ум. Эмоции — это яркие врата в прямое восприятие, которое весьма близко к чистому осознаванию, пока в него не вмешается ум. В некоторых комментариях к Сутре осуждают Дзогчен, утверждая, что практикующие Дзогчен через чур увлекаются другими видениями и видениями света, каковые смогут быть кроме того у простых существ. Но как раз так и должно быть. Природа ума, которую мы распознаём, присутствует во всех существах.

Обычно, в то время, когда отечественное познание опирается на интеллект, нас удовлетворяют умственные представления. Не редкость, услышав какие-то высказывания, мы мним, что осознали их суть кроме того без прямого переживания того, на что показывают слова. Не умея опираться на прямое постижение истины, прячущейся за понятием, мы сверяемся с созданными нами моделями того, что хотим осознать. Но так возможно легко заблудиться в дебрях движущегося ума. Это все равно что принимать географическую карту за настоящую местность либо палец, говорящий о луне, за саму луну. Кроме того в случае если в итоге мы возьмём очень впечатляющее описание истины, пребывать в данной истине мы не будем.

Природу ума возможно воспринять при помощи сознания глаз, сознания ушей, сознания носа и без того потом. Мы видим благодаря глазам, но сами глаза не видят. Мы слышим благодаря ушам, но само ухо не слышит. Таким же образом природу ума возможно воспринять благодаря сознанию глаз, по переживает ее не само сознание глаз.

То же самое относится и ко всем остальным видам прямого восприятия. Образ, полученный посредством сознания глаз, и образ, о котором рассудочный ум думает как о взятом сознанием глаз, — разны. Тот образ, что воспринят конкретно сознанием глаз, ближе к исходной действительности, чем модель этого восприятия, которая имеется в рассудочном уме. Ум не может к прямому восприятию: он распознаёт объекты лишь посредством проецируемых мысленных образов и посредством языка, что сам основан на логике.

К примеру, сознание глаз принимает явление, которое мы именуем “стол”. То, что он принимает, — не стол, а живое цвета и чувственное переживание света. Оперирующий понятиями ум не принимает прямо чистые живые явления, из которых складывается переживание сознания глаз. Вместо этого он формирует мысленный образ того, что переживает сознание глаз. Он заявляет, что видит стол, но видит только мысленный образ стола. Таков главный пункт, где расходятся оперирующий понятиями прямое восприятие и ум. В случае если не обращать внимания, стол запрещено будет воспринять конкретно и эта совокупность явлений уже не будет составлять часть яркого впечатления, но ум может так же, как и прежде проецировать образ стола, что будет различаться от конкретно принимаемых явлений. Для ума не обязательно присутствие чувственного восприятия: он существует в собственных построениях.

Не смотря на то, что для нас как людей такая свойство оперирующего понятиями ума моделировать прямое восприятие имеет неоценимое значение, она же делается обстоятельством одного из самых значительных препятствий в практике. Перед прямым переживанием природы ума и по окончании него относительный ум пробует перевоплотить это переживание в понятие. Как переживание ригпа сначала заслоняется образами, двойственным отношением и мыслями к объекту переживания, так и превращение ригпа в понятие делается преградой. Мы можем думать, что познаем природу ума, в то время как в действительности принимаем только то, что связано с понятием. Из этого вовсе не нужно, что само прямое чувственное переживание и имеется природа ума. Кроме того при весьма чистом восприятии мы склонны незаметно отождествить себя с принимающим субъектом и переживание остается двойственным. Но в самый первый момент соприкосновения осознавания с объектом эмоций присутствует обнаженная природа ума. К примеру, в то время, когда мы неожиданно чем-то поражены, имеется миг, в котором все эмоции открыты: мы не отождествляем себя ни с тем, кто принимает, ни с восприятием. В большинстве случаев таковой момент сродни беспамятству, по причине того, что неотёсанный движущийся ум, с которым мы себя отождествляем, в данный миг не редкость парализован. В случае если же сохранить осознавание этого момента, не будет ни принимающего, ни принимаемого, ни мысли, ни мышления, ни реакции субъекта на объект, а лишь чистое присутствие, лишь открытое недвойственное осознавание. Это и имеется природа ума. Это и имеется ригпа.

о Дзогчен, Ригпа-Пути и основе ч.1


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: