Нетерпимость к алгоритмам

Сначала клинические психологи отнеслись к идеям Мила с враждебностью и недоверием. Наверное, они пребывали во власти иллюзии умения – особенно умения давать долговременные прогнозы. В случае если вдуматься, то легко подметить, откуда взялась иллюзия, и без того же легко посочувствовать клиницистам в их неприятии трудов Мила.
Статистические доказательства несовершенства клинических предсказаний противоречат повседневному впечатлению клиницистов о качестве их собственных суждений. Практикующие психологи на протяжении каждой терапевтической встречи много раз переживают наития: как больной отреагирует на вмешательство либо что случится в следующий момент. Многие из этих наитий подтверждаются, тем самым «обосновывая» существование клинического профессионализма.
Неприятность в том, что верные суждения включают кратковременные прогнозы в контексте терапевтического опроса – умение, которое терапевты оттачивают годами. Непосильной задачей для них выясняется долговременный прогноз на будущее для конкретного больного (с этим не имеет значение справляются кроме того формулы). Вдобавок у клиницистов нет практической возможности купить навык долговременного прогнозирования – слишком много лет требуется для обратной связи, чтобы получить подтверждение своим догадкам. Граница в это же время, что психологи смогут делать прекрасно, и тем, чего они не смогут, достаточно размыта и не всегда заметна им самим. Они знают о собственном профессионализме, но редко догадываются, где заканчивается граница их умений. Исходя из этого стоит ли удивляться, в случае если умелому тер апевту представляется абсурдной мысль о том, что механическая комбинация нескольких переменных дает отличных показателей, чем утонченная сложность людской суждения?
Дискуссии по поводу недостатков и достоинств клинического и статистического способов прогнозирования постоянно имели моральную подоплеку. Статистический способ, как пишет Мил, подвергался критике со стороны умелых клиницистов как «механический, сухой, на данный момент, отрывочный, неестественный, не связанный с действительностью, ущербный, произвольный, мертвый, педантичный, бессистемный, надуманный, очевидный, косный, поверхностный, выхолощенный, псевдонаучный, ограниченный и слепой». Иначе, клинический способ восхвалялся его приверженцами как «динамичный, безграничный, глубочайший, целостный, узкий, эластичный, системный, чувствительный, сложный, продуманный, практический, подлинный, живой, толковый, естественный и близкий к судьбе».
Нам всем ясно такое отношение. В то время, когда человек сопернич ает с машиной, будь то Джон Генри, долбящий гору стремительнее парового молота, либо Гарри Каспаров, играющий шахматную партию против компьютера, мы неизменно сочувствуем человеку. Отвращение к методам, каковые принимают решения, касающиеся людей, коренится в стойком убеждении, что многие предпочтут естественное синтетическому либо неестественному. В случае если задать вопрос людей, какое яблоко они выберут – деревенское либо с наклейкой из супермаркета, большая часть проголосует за «натуральное», хотя бы их заблаговременно предотвратили, что оба плода однообразны по вкусу, в равной степени питательны и экологически чисты. Кроме того производители пива поняли, что возможно расширить продажи, написав на этикетке «лишь натуральное сырье» и «без консервантов».
Упорное сопротивление демистификации опытных умений ярко проявилось в реакции европейских виноделов на формулу Ашенфельтера. Формула, казалось бы, стала ответом на молитвы гурманов; возможно было ожидать, что те будут признательны за шанс с точ ностью определять, какие конкретно вина будут хорошими, а какие конкретно нет. Но все вышло в противном случае. Отзывы французских виноделов, по словам корреспондентов New York Times, были «или агрессивными, или истерическими». Ашенфельтер отмечает, что один ценитель бордо назвал его открытие «смехотворным и нелепым», а второй проворчал: «Это как делать выводы о фильмах, не взглянув их».
Предубеждения против метода усиливаются, в то время, когда ответы имеют серьёзные последствия.
«Я не знаю, как побороть тот кошмар, – пишет Мил, – что испытывают кое-какие клиницисты, в то время, когда излечимому, согласно их точке зрения, больному отказывают в терапии вследствие того что „сухая, неестественная“ формула причисляет его к второй группе». Отвечая оппонентам, Мил и его приверженцы воззвали к этике – объявили, что неэтично надеяться на интуитивные суждения в ответственных ответах, в случае если имеющийся метод сделает меньше неточностей. Довод веский, но против него вырастает стенки психотерапевтической действительности: для многих людей ответственна причи на неточности. Рассказ о ребенке, погибшем из-за неточности метода, приводит к большему негодованию, чем если бы виноват был человек; отличие в эмоциональном накале скоро формирует моральное предпочтение.
К счастью, враждебное отношение к методам, возможно, будет ослабевать по мере повышения их роли в повседневной судьбе. В то время, когда мы ищем книги либо музыку, советы особых программ нам лишь оказывают помощь. Мы принимаем как должное, что решения о размерах кредитования обходятся без людской контроля. Нам все чаще приходится направляться рекомендациям в виде несложных методов (к примеру, коэффициент соотношения «хорошего» и «нехорошего» холестерина в организме). на данный момент публика куда лучше осознаёт, что в спортивном мире в некоторых критических случаях лучше надеяться на формулу, чем на решение человека, – к примеру, сколько направляться заплатить за нового игрока опытной команды и без того потом. С удлинением перечня задач, делаемых методами, люди, быть может, нач нут спокойнее реагировать на результаты, обрисованные Милом в его «подрывающей базы книжечке».

Обучаемся у Мила

В 1955 году я, лейтенант Израильской армии двадцати одного года от роду, получил приказ создать общеармейскую процедуру проведения собеседований. В случае если вам любопытно, из-за чего юнцу наподобие меня доверили столь важное дело, помните, что самому израильскому стране тогда было всего семь лет – все университеты страны лишь создавались, и кто-то должен был этому помогать. Как бы необычно это ни раздалось, я со своим дипломом бакалавра считался самым грамотным психологом в армии (мой руководитель был блестящим исследователем-химиком).
В то время, когда мне поручили это задание, в армии уже существовала процедура собеседований: любой призывник проходил психометрические тесты, а тех, кого отбирали на боевые задания, опрашивали для оценки личных качеств. Все это производилось для оценки неспециализированной боевой подготовки определения и каждого новобранца, где он покажет себя наилучшим образом – в артиллерии, пехоте, бронетанковых армиях и без того потом. Вели собеседования такие же юные новобранцы, отличающиеся высокими желанием и интеллектуальными показателями общаться с людьми. Большая часть интервьюеров составляли дамы, которых в то время не допускали к боевым заданиям. Две-три семь дней их обучали ведению собеседований длительностью пятнадцать-двадцать мин.; требовалось обсудить последовательность тем и составить чувство о будущих удачах призывника на работе.
К сожалению, последующие аттестации доказали, что результаты собеседований возможно не принимать в расчет: по ним не было возможности угадать будущие удачи новобранцев. Мне приказали составить собеседование так, дабы оно было более информативным, но не более долгим, и в дополнение приказали оценить его точность. С позиций специалиста, я был подготовлен для этого задания не больше, чем для постро йки моста через Амазонку.
К счастью, годом раньше мне довелось прочесть «книжонку» Пола Мила, и меня убедил аргумент, что простые правила статистики превосходят интуитивные суждения специалистов. Я сделал вывод, что прошлая процедура собеседования была неудачной частично вследствие того что разрешала интервьюерам-ведущим заниматься занимательным (с их точки зрения) изучением динамики психологического развития респондента. Вместо этого следовало бы применять те же пятнадцать мин. собеседования, чтобы получить как возможно больше сведений о жизни новобранца в привычной для него среде. Из уроков Мила я усвоил, что направляться отказаться от процедуры, при которой на принятие ответа воздействует неспециализированная оценка новобранца. По опыту Мила, таким оценкам нельзя доверять; бо?льшую достоверность дает статистическая сводка раздельно оцененных качеств респондента.
Я склонялся к процедуре, при которой интервьюеры имели возможность бы выделить значимые личностные характеристики и оценивать их п о отдельности. Конечная оценка боепригодности должна была вычисляться по стандартной формуле без каких-либо дополнительных вкладов со стороны оценщиков. Я составил перечень из шести черт, ответственных, как мне казалось, для исполнения боевых задач, – «ответственность», «коммуникабельность», «мужская гордость» и без того потом. После этого были составлены вопросы по каждому пункту, по большей части касающиеся судьбы новобранца до призыва: места его работы, отношение к работе либо учебе, частота встреч с приятелями, спортивные интересы и тому подобное. Нам нужно было как возможно объективнее выяснить, как прекрасно новобранец себя показал в каждой из областей.
Отдавая предпочтение стандартным, фактическим вопросам, я сохранял надежду победить эффект ореола, при котором благоприятное первое чувство воздействует на последующие суждения. В будущем для предотвращения данной неточности я предлагал вести опрос в строгой последовательности по перечню качеств и оценивать каждое по пятибалльной шкале, перед тем как переходить к следующему. На этом новшества закончились. Я дал совет интервьюерам не беспокоиться о будущем призывников на новом поприще – в их задачи входил только поиск фактов о прошлом новобранцев и использование этих фактов для оценки личностных качеств в баллах. «Ваше дело – произвести измерения, а прогностическую оценку предоставьте мне», – сообщил я своим подопечным, имея в виду, что займусь составлением формулы, которая сочетала бы эти по всем параметрам.
Интервьюеры готовы были взбунтоваться. парням и Смышлёным девушкам не пришлось по нраву, в то время, когда кто-то чуть старше их приказал отключить интуицию и полностью сосредоточиться на нудных опросах. «Вы превращаете нас в роботов!» – возразил один. Я отправился им навстречу. «Совершите опрос совершенно верно как я сообщил, а в то время, когда закончите, закройте глаза, представьте новобранца в качестве воина и поставьте ему балл от одного до пяти».
Мы совершили пара сот собеседований по новому способу, а спустя н есколько месяцев собрали информацию об удачах воинов от офицеров тех подразделений, к каким приписали новобранцев. Результаты нас порадовали. Как и предполагалось в работе Мила, новая процедура собеседования существенно превзошла ветхую в результативности. Комплексная оценка по всем шести показателям предвещала удачи новобранца значительно правильнее, нежели прошлая. Действительно, способ все же был далек от совершенства. Мы сделали «полностью ненужное» «умеренно нужным», но не более.
Меня поразило, что интуитивные суждения интервьюеров по способу «закрой глаза» кроме этого прекрасно себя зарекомендовали – итог был не хуже, чем при механическом суммировании шести отдельных оценок. Я взял урок, которого ни при каких обстоятельствах не забуду: интуиция выручает кроме того при справедливо раскритикованного отборочного собеседования, но только по окончании продуманного сбора объективных данных и продуманного же подсчета баллов по каждому параметру. Оценкам, взятым на протяжении способа «закрой глаза», я придавал тот же вес, что и сумме оценок по шести параметрам. В противном случае говоря, я обучился не доверять интуитивным суждениям (как своим, так и чужим), но вместе с тем и не отметать их.
Приблизительно сорок пять лет спустя, по окончании вручения мне Нобелевской премии в области экономики, какое-то время в Израиле меня чествовали как знаменитость. В один из приездов кто-то внес предложение устроить мне посещение той самой военной базы, где я служил, – в том месте до сих пор сохранился отдел собеседований с новобранцами. Меня представили новому начальнику подразделения психологов, и она обрисовала процедуру собеседования, которой они пользуются. Выяснилось, мои новшества прижились, да и долгие изучения подтвердили их практическую пользу. В конце собственного рассказа психолог добавила: «А позже мы говорим интервьюерам: „Закройте глаза…“»

Сделай сам

Главную идея данной главы легко применить и для других задач – кроме комплекта солдатах. Исполнение проц едур собеседования в духе Мила и Доуза требует немногих упрочнений, но хорошей организации. Предположим, вам необходимо нанять торгпреда для собственной компании. Если вы действительно хотите отыскать лучшего кандидата на эту должность, поступите так. Для начала выберите пара качеств личности, нужных для успешного исполнения работы (к примеру, техническую подготовленность, располагающие индивидуальные качества, надежность и другое). Не перестарайтесь – шести качеств достаточно. Смотрите за тем, дабы качества не пересекались и дабы их возможно было оценить, задав пара несложных, ориентированных на факты вопросов. Составьте перечень таких вопросов для каждого качества и поразмыслите над тем, как их оценивать – скажем, по пятибалльной шкале. Наряду с этим вам направляться четко воображать, что понимается под фразами «очень сильно выраженное» либо «слабо выраженное».
Эти изготовление займут у вас около получаса, и в конечном счете вы купите больше, наняв нужного вам человека. Во избеж ание результата ореола собирайте и обрабатывайте эти раздельно по каждому качеству, а позже переходите к следующему. Для неспециализированной оценки просуммируйте баллы по всем шести параметрам. Так как последнее ответ – за вами, вам будет незачем закрывать глаза. Твердо сообщите себе, что наймете того, чей конечный балл будет наивысшим, даже в том случае, если второй кандидат вам понравился больше, – постарайтесь воспротивиться собственному жажде переиначить результаты. Поверьте огромному числу изучений: вы скорее отыщете лучшего работника, в случае если воспользуетесь обрисованной процедурой, чем в случае если поступите как большая часть людей и доверитесь голосу интуиции («Он мне сходу понравился»).

Что такое метод. Видеоурок по информатике 6 класс


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: