Обратная связь и практика

Какие-то из закономерн остей среды легче выявить и применять, чем другие. Вспомните, как вы обучались управлять автомобилем. Осваивая исполнение поворотов, вы неспешно приноровились отпускать педаль газа и с различной силой давить на тормоза. Поворот повороту рознь, да и то, что вы испытали на практике на протяжении обучения, разрешает вам сейчас приноровиться к любым условиям, выбрать необходимый момент для каждой педали. В этом случае условия для приобретения навыка совершенны, потому, что вы приобретаете мгновенную и недвусмысленную обратную сообщение в виде плавного поворота без заноса либо напротив. Портовый лоцман, водя за собой громадные суда, сталкивается с этими же рутинными обстановками, но ему тяжелее покупать мастерство из-за временно?го разрыва между последствием и действием. Так, свойство специалиста развивать интуицию зависит в основном от быстроты и качества обратной связи, и от возможности практиковаться.
Профессионализм не сводится к одному навыку – это целый комплект умений. Одинаковый человек способен профессионально делать одни задачи в собственной области и не справляться с другими. К тому времени, в то время, когда шахматисты становятся специалистами, они успевают всего навидаться, но их можно считать исключением. Врачи довольно часто успешнее выполняют какие-то конкретные операции. Некоторым нюансам профессиональной деятельности не редкость легче обучиться. У психотерапевтов имеется большое количество шансов замечать мгновенные реакции больных на их слова. Обратная сообщение разрешает им развить навык интуиции и подобрать необходимый тон, дабы умерить бешенство, вселить уверенность либо сосредоточить внимание больного на задаче. Иначе, у терапевтов нет возможности выяснить, какой из неспециализированных лечебных подходов годится для конкретного человека. Обратная сообщение в виде отсроченного результата поступает к доктору не сходу и с перебоями, в случае если поступает по большому счету. В любом случае чуть ли с ее помощью возможно чему-то обучиться.
Хорошая обратная сообщение сопутствует работе анестезиоло гов, потому, что итог их действий заметен скоро. Радиологи, напротив, приобретают мало информации о точности собственных заключений и потерянных патологиях. Так, у анестезиологов больше шансов развить интуицию. В случае если анестезиолог говорит: «Что-то не так», всем в операционной направляться подготавливаться к экстренной обстановке.
Опять-таки, как и при субъективной убежденности, специалист может не осознавать пределов собственных опытных умений. Умелый психотерапевт знает, что владеет умениями разобраться в мыслях больного, а интуиция подсказывает ему, что больной сообщит в следующую 60 секунд. Из этого – соблазн угадать, как больной будет ощущать себя в следующем году, не смотря на то, что в этом случае предсказание менее оправданно. Кратковременный и долговременный прогноз – различные задачи, и нереально обучиться решать их обе в достаточной мере. Подобно денежный консультант иногда владеет многими денежными умениями, но не умением инвестировать средства, а специалист по Ближне му Востоку, каким бы грамотным он ни был, неспособен предвидеть будущее.
Психолог-клиницист, специалист и финансовый аналитик-специалист – все они владеют интуицией в какой-то конкретной области, но не могут определять задачи и ситуации, где интуиция может их подвести. Непонимание пределов собственных опытных умений – одна из обстоятельств избыточной самоуверенности специалистов.

Определение значимости

В конце отечественного сотрудничества мы с Гэри Кляйном все же пришли к согласию, отвечая на главный поставленный вопрос: в каких случаях стоит доверять интуиции специалиста? У нас сложилось вывод, что отличить значимые интуитивные заявления от пустопорожних все же вероятно. Это возможно сравнить с анализом подлинности предмета мастерства (для правильного результата лучше затевать его не с осмотра объекта, а с изучения прилагающихся документов). При возможности и относительной неизменности контекста распознать его закономер ности ассоциативный механизм выявит обстановку и скоро производит правильный прогноз (ответ). В случае если эти условия удовлетворяются, интуиции специалиста возможно доверять.
К сожалению, ассоциативная память кроме этого порождает субъективно веские, но фальшивые интуиции. Каждый, кто смотрел за развитием юного шахматного таланта, знает, что умения приобретаются не сходу и что кое-какие неточности на этом дороги делаются при полной уверенности в собственной правоте. Оценивая интуицию специалиста, постоянно следует проверить, было ли у него хватает шансов изучить сигналы среды – кроме того при неизменном контексте.
При менее устойчивом, малодостоверном контексте активируется эвристика суждения. Совокупность 1 может давать скорые ответы на тяжёлые вопросы, подменяя понятия и снабжая когерентность в том месте, где ее не должно быть. В следствии мы приобретаем ответ на вопрос, которого не задавали, но стремительный и достаточно похожий на правду, а потому талантливый проскочить снисходительный и ленивый ко нтроль Совокупности 2. Допустим, вы желаете спрогнозировать коммерческий успех компании и вычисляете, что оцениваете именно это, в то время как в действительности ваша оценка складывается под впечатлением от компетентности и энергичности управления компании. Подмена происходит машинально – вы кроме того не осознаёте, откуда берутся суждения, каковые принимает и подтверждает ваша Совокупность 2. В случае если в уме рождается единственное суждение, его не редкость нереально субъективно отличить от значимого суждения, сделанного с опытной уверенностью. Вот из-за чего субъективную убежденность нельзя считать показателем точности прогноза: с такой же убежденностью высказываются суждения-ответы на другие вопросы.
Должно быть, вы удивитесь: как же мы с Гэри Кляйном сходу не додумались оценивать экспертную интуицию в зависимости от опыта обучения и постоянства среды специалиста, не оглядываясь на его веру в собственные слова? Из-за чего сходу не нашли ответ? Это было бы дельное замечание, поскольку ответ сначала мая чило перед нами. Мы заблаговременно знали, что значимые интуитивные предчувствия медицинских пожарных сестёр и командиров бригад хороши от значимых предчувствий биржевых специалистов и аналитиков, чью работу изучал Мил.
Сейчас уже тяжело воссоздать то, чему мы посвятили долгие часы и годы труда дискуссий, нескончаемые обмены черновиками и много Email. Пара раз любой из нас готовься все кинуть. Но, как постоянно случается с успешными проектами, стоило нам осознать главный вывод, и он начал казаться очевидным изначально.
Как направляться из заглавия отечественной статьи, мы с Кляйном спорили реже, чем ожидали, и практически по всем серьёзным пунктам приняли совместные ответы. Однако мы кроме этого узнали, что отечественные ранние разногласия носили не только интеллектуальный темперамент. У нас были различные эмоции, взгляды и вкусы применительно к одним и тем же вещам, и с годами они на удивление мало изменились. Это наглядно проявляется в том, что каждому из нас ка жется занятным и занимательным. Кляйн до сих пор морщится при слове «искажение» и радуется, выяснив, что некоторый метод либо формальная методика выдают бредовый итог. Я же склонен видеть в редких неточностях методов шанс их усовершенствовать. Опять-таки я радуюсь, в то время, когда так называемый специалист изрекает прогнозы в контексте с нулевой достоверностью и приобретает заслуженную взбучку. Но, для нас в конечном счете стало серьёзнее интеллектуальное согласие, а не эмоции, нас разделяющие.

Выход ВПОЛЕ. Обратная сообщение. Живая практика.


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: