Партийное совещание, в ранее описанном мире.там идёт примерно 1993.

— Что возможно сообщить о сравнительно не так давно отысканном мире, товарищи? — задаёт вопросы глава
— Ничего хорошего брат.Как и в других местах твой двойник по глупости растерял силы и сейчас может огрызаться разве что словесно.Китай силён, но пока выжидает.Европейцы не весьма довольны положением, но вынуждены функционировать в американских рамках.Сам же Альфред закусил удила и желает решить собственные неприятностей(им же самим и созданные) посредством громадной войны на Ближнем Востоке.Так он желает всецело самый большой нефтеносный район.Соответственно крышу ему сорвёт ещё больше.Кроме того если он сцепится вследствие этого с Ван Яо, ничего хорошего из этого не выйдет. — доложил Грицюк
— Мягкое вмешательство? — практически риторически задал вопрос Брагинский
— Уже нереально, Ваня.Лишь удар: чёткий и твёрдый. — с уверенностью сообщил Белорусь
— Наверное, локальным конфликтом как у нас 1964 тут не обойтись, но глобальная война как 1973-74 неосуществима.Всё ж союзники и у него не те, да и магии в том месте фактически не ожидается… — высказался Людвиг
— Товарищ глава, конфликт возможно затратным для блока.Думаю, нужно привлечь местные силы, и им же реализовать часть отечественных устаревших оружий… — внес предложение Франсис
За столом раздалось парочка сдержанных смешков. Некая прижимистость главного бухгалтера стала притчей во языцех.
— Что ж, полезное предложение, товарищ Бонфуа — улыбнувшись сообщил Иван
— Ва…Товарищ глава. Разрешите заняться этим вопросом… — с жаром сказала Гретхен
— Каким: дипломатией либо однако войной? — с интересом поинтересовался у невесты СССР
— Сперва первым, а после этого вторым! — категорично сообщила ГДР
Иван осознал, что если не уступить девушке, то дома будет громадной скандал…
— Прекрасно, Гретхен, приступай к исполнению.Можешь забрать у меня часть команды.Всё ж лучше комбинировать оружия…

Акт 2. Тегеран. апрель 2012 (местное летосчисление)
— Из-за чего Брагинский отправил вести даму? — с видимостью бешенства сказал Иран
— Персия, не строй из себя ортодоксального шиита, тебе это не идёт.Мы на данный момент на тайных переговорах по оказанию вам помощи, а не трибунке местной ООН. — лениво ответила Нахтигаль
— И всё-таки из-за чего? — гнул собственную линию Иран
— Слушай, ты.Мы можем вмешаться и по-позже, в то время, когда Альфред захватит твою подругу, а на твою территорию скинет парочку ясно каких зарядов.Нам так будет удачнее: и подготовимся по-лучше и неприятель вымарается по-больше…
Женщина в хиджабе с булатными мечами на поясе жалобно взглянуть на хозяина кабинета.
— Хорошо. — неохотно протянул Иран — Что ваши будут делать с Израилем?
— Пейсы чуток подпалим, введём пару запретов и вынудим выплатить вам финансовую компенсацию.Плюс статус Палестины затронем.А вот с арабами делай что душе угодно.
— Не наилучший вариант, но сойдёт. — поморщился Персия — что от нас требуется?
— Когда Франсис и Альфред нападёт на Сирию, твой флот закрывает Армузский пролив.А сухопутные армии выдвигаются к границам территорий твоего пленённого брата.Через сутки игру вступают отечественные войска.
— Годится. — со вздохом произносит Иран
-Там, в приёмной, ждёт тот, кто будет руководить местным театром боевых действий. С ним обсудите подробности. — сообщила Гретхен
— Прекрасно, пускай войдёт.
— Авианесущий Крейсер Эрнст Тельман по вашему приказанию прибыл, фройляйн Нахтигаль.
— Вольно, Эрнст, вольно. Прошу поведать отечественным союзникам подробности замысла операции…
— Не сейчас глубокоуважаемая ГДР, через сорок мин. время намаза, а разговор предстоит продолжительный…- перебил Иран
— Что ж, за сим я удаляюсь.Все вопросы к герру Тельману.- Гетхен оборачивается к подчинённому — Раньше положенного срока в конфликт не вступать.Через каждые двое дней ожидаю подробного доклада обстановки в письменном виде.
— Явойль, фройляйн Нахтигаль.
— Гадер*, продемонстрируй отечественному гостю его покои — обратился к подчинённой Иран
Женщина в парандже цвета хаки жестом внесла предложение Эрнсту последовать за собой..

Акт третий.Берлин. май 2012
— Гуттен таг, Геноссен.
— Вы кто? Фр…
— в первых рядах, пока ещё фройляйн герр Бальдшмит.- ухмыльнулась Нахтигаль — И не сторойте из себя непонимающих, двойники моих любимых братцев.Мы давали вам о себе знать.
— Так данный абсурд про параллельные миры всё-таки правда!? — ошарашенно высказался Людвиг — Это же не рационально…
— Не рационально — это пресмыкаться перед англо-саксами. — неуважительно фыркнула Гретхен
— Мы не пресмыкаемся, Германия свободна!
— Да? А как же Афганистан?
— Это операция требовалась для борьбы с интернациональными террористами…
— Людвиг, ты сам-то в это веришь???Ну кто затем рационален!?
— Возможно поразмыслить, у вас дело обстоит в противном случае, чем в Североатлантическом альянсе. — хмуро увидел Бальдшмит
— Браво, Гилберт! Вот это уже верный вопрос.- улыбнулась Нахтигаль. — Да, у нас дело обстоит в противном случае.У каждой имеется страны блока имеется собственная промышленность.У самых сильных полная самообеспеченность. Вот забрать ВПК, у меня всецело имеется целый спектр собственных оружий.А чем может похвалиться ФРГ не считая винтовки и Второго Леопарда G36? У вас имеется собственные вертолёты, штурмовики, САУ? Идём дальше, советуется ли с вами Альфред по вопросам экономики? Необходимы ли ему по большому счету союзники, а не прислуга?
— Прекрасно.Но что же, фройляйн, Гретхен вы нам предлагаете? Стать не сильный союзниками иномирному Брагинскому? — ехидно задал вопрос Пруссия
— Нет: отечественные интресы в вашем мире заключаются только в подавлении англо-саксов. Они стали через чур страшны для вашего измерения, и если они захватят широкую ресурсную базу, то станут способны принести вред объединившись с неприятелями отечественного блока.Но, о глобальных волшебных вопросах вам знать необязательно.Нам достаточно будет нейтралитета большинства государств-членов Евросоюза.
— Прекрасно.Ну прижмёте, вы Альфреда.Но нам-то что.Его контроль над аравийской нефтью давал,, хоть призрачный но шанс на остановку Кризиса…- вернул разговор в собственные руки Людвиг
— Ага, для самого Америки.А Европа совсем упала бы в яму, а Альфред ещё и землицы сверху подкинет…
— И однако что вы предлагаете в экономическом замысле? — гнул собственную линию Людвиг
— Я предлагаю вам ссуду в три миллиарда евро золотом.Как раз ссуду, а не кредит пять процентов сверху от начальной суммы и никаких годовых.А вот блок предлагает вам договор на производство отечественных подустаревших оружий.оборудование и Материалы отечественные — а рабочие места для ваших фабрик.
— Весьма хорошо.Но так как точно имеется дополнительные условия? — недоверчиво задал вопрос Гилберт
— Очевидно имеется.О нейтралитете либо совместных боевых действиях,в случае если само собой разумеется решитесь, я не говорю — это само собой очевидно.Первое условие — отказ от показной толерантности в отношении так называемых меньшинств, более здравая миграционная политика, ну и возврат смертной казни, тут уж сами решите за что.
По окончании замешательства и некоторого шока, Людвиг с тяжелым вздохом сказал:
— Мы согласны на ваши условия, фройляйн Нахтигаль. Вычисляйте, что мы уже заняли нейтральную позицию и начали переговоры о такой с другими европейцами. О большем возможно сказать лишь по мере развития обстановки…
— Благодарю, я знала, что на вас возможно рассчитывать.
Улыбнувшись, Гретхен открыла портал и унеслась в неизвестность….

*Гадер — новейший иранский комплекс крылатых ракет.

Весенний праздник.

6-е марта актовый зал клуба.

— Я это петь не буду! — горячо утверждал Людвиг — И не просите!
— А фактически что тебе не нравится? — с прищуром задал вопрос Брагинский
— Всё!!! Музыка, стиль, слова, а ещё данный ужасный южный выговор!
— А что ты, братец, имеешь против южного произношения? — с хищной ухмылкой задал вопрос Гилберт
— В противном случае что всё должно петься с чётким и верным берлинским произношением!
— Значит текст, ты учить не будешь? — уточнил Иван
— Нет само собой разумеется!
— Ну хорошо, Людвиг, не желал я тебе сказать, но … — с трагичной миной на лице произносит Брагинский — Жалоба тут на тебя поступила…
— От кого?
— От сестры твоей.Что ж ты, Людвиг никак не можешь подготовить замысел развития индустрии Германии…Может тебя от выходных высвободить, чтобы в тишине поработал…
Людвиг безрадосно вздыхая:
— Хорошо спою я вам, спою.Но лишь песню про солнце, в том месте хоть текст обычный…
— Иди, Людвиг учи. Приобщайся к великой германской музыке! — злорадствовал Гилберт
***
— Эту арию необходимо петь лишь на французском!
— Я буду петь на немецком, и мне пофиг! — заявил Гилберт
— Так, вы, оба! Ещё одна фраза и мы будем петь Бэль на финском! — вспылил Брагинский
— Что ты предлагаешь? — спросил Бонфуа
— Любой поёт собственную партию на родном языке, совместные строчки на французском.
— А кто кем будет? Я согласен лишь на роль священника! — заявил Гилберт
— А я тогда рыцарем буду. — решил Бонфуа
— Фиг с вами!Квазимодо, так Квазимодо. Но мельчайшая фальшь с вашей стороны — и мы разучиваем финский текст!!!
***
— Так, Родерих, как в том месте у нас по поводу классики? — задал вопрос глава
— Вагнер будет.
— Полёт Валькирий? — предвкушающе спросил Брагинский
— Нет будет нарезка из Изольды и Тристана.
— Хорошо, тебе известный. — пожал плечами Иван — Тебе ещё нужно Хачатуряна поставить.
— Для чего это ещё?
— Женщины Танец с саблями заказывали.
— Ну раз заказывали значит поставлю.
— Так, вы, гордые дети Закавказья и Кавказа, чтобы во всём, что касается номера слушаться Австрию.
— А с какой это стати? — запротестовал Вахтанг Гиградзе
— Так повторяю, специально для Грузии.Танец с саблями весьма просила женская добрая половина блока, и в случае если из-за тебя номер сорвётся, то кое-кому будет мучительно больно! Тебя, Ильяс, это также касается! — обратился Иван уже к Азейбарджану
— Хорошо, хорошо, что ты так сходу…
***
— Так, братец, что будешь петь из собственного репертуара? — спросил глава
— Беловежскую Разрешу войти! — ухмыляясь сказал Грицюк
С того времени как стали известны события, случившиеся в других мирах, Иван терпеть не мог упоминания этого места.а также желал переименовать злополучную Разрешу войти, но позже передумал.
— Я тебе спою!!! — начал распаляться Брагинский — В случае если раздастся хоть строки из данной песни, то ты в том направлении и отправишься! Полгода будешь зубрам хвосты крутить!!!
— Из-за чего сходу зубрам? В том месте так как не только они живут…
— Ага, в том месте ещё бобры с белками имеются… — открыто скалясь сообщил Гилберт
— Хорошо, вам пошутить уже запрещено… — отправился на попятный Лесь — Спою я вам романтику, спою!
— Наблюдай у меня! — нарочито сурово предотвратил глава
***
— А из-за чего меня в перечнях выступающих нет? — вкрадчиво задал вопрос Лукашевич
— Ну, Феликс, осознаёшь… — начал было Родерих
— У тебя, пан Лукашевич, ни фига нет ни голоса ни слуха! — категорично заявил Бальдшмит
— Но вы так как все мне на Новый Год подпевали польскую народную…
— А ты Феликс, отыщи в памяти какое количество мы тогда выпили… — сообщил Брагинский — В общем, на концерте тебе петь не следует…Танцевать, но также!
— Злые, вы! Уйду я от вас!
направляться с Иваном в один момент:
— Куда это, весьма интересно?
— Пся крев! Вот же эстеты собрались!!!
Скоро уходит и звучно рукоплещет дверью.
***
— Так, Эдуард, что ты в том месте подготовил кроме общебалтийского выступления? — задал вопрос Брагинский
Фон Бок пропел:
Ta konnib mooda koit,
kahe pilvelohkuja vahel.
Kergel sammul laheb,
kui konniks lihtsalt mooda teed…

— Что-то привычное… Это откуда?
— Это песня Urban Symphony… — ответил Эдуард
— Так это ж женская несколько!? — удивился Иван
— В том месте текст нейтральный, вот я и поразмыслил, что…Ей понра… -тут Фон Бок осёкся испугано-вопросительно смотря на главу
— Да знаю, я кому это ей! — нежданно подмигнул прибалту Брагинский — Если тебя интересует моё вывод, то я лишь за! Давай уже, тащи ко мне перевод. А я ещё тут поразмыслю, что возможно сделать…
Эдуард сорвался с места и уже через пять мин., запыхавшись протянул Ивану распечатку перевода.
— Так, текст и в самом деле нейтральный и о любви…Лишь имеется одна значительная неприятность. — прочтя русский вариант
— Какая?
— Легко, пологаю, что она как и я услышит легко прекрасную песню, так и не определив смысла.
— Что же делать? Об этом я как-то не поразмыслил…
— Не поразмыслил он…Держи второй текст.Это из одного весьма хорошего фильма, чем-то похожего на твою обстановку.Споёшь сперва песню на своём языке для всех, а позже ту, которую я тебе дал -тспециально для неё.И признание позже по окончании песни озвучишь.Всё осознал?
— Иван, я на гитаре играться не могу…
— Ох, ты ж горе! — набрался воздуха Брагинский — Хорошо, наиграю я тебе мелодию, ты основное текст выучи…
— Глава…Ваня! Благодарю тебя за всё!!! — возликовал Эдуард
— Позднее отблагодаришь — в то время, когда всё окажется. — улыбнулся Брагинский.

8-е марта. В том месте же

Актовый зал был безупречно украшен цветами, лентами и воздушными шарами. Стенки задрапировали эльфийским шёлком. Вместо последовательностей кресел расставили комфортные столики. Перед сценой опустили массивный занавес.Медлено поздравляемые заняли места за столиками.
Вначале с речью выступил глава.Позже к микрофону подтянулись другие.Ну и наконец фактически начался сам концерт.
Первыми выступали итальянцы.Веницино спел композицию Susanna, Романо выполнил Другую песню Челентано — Confessa.После этого браться выполнили дуэтом песню Felicita.
В зале послышались авации, не смотря на то, что часть девушек и позлорадствовала: дескать Венициано женский текст пел. Но, практически всем понравилось.
После этого в зале потушили проектор и свет вывел на белый экран фотографии женской половины блока в разных рабочих и неформальных обстановках.И всё это под хорошую музыку Вагнера.Глава искоса следил за девушками и заключил , что их с Родерихом мысль удалась. Необычная презентация позвала в женских последовательностях бурю хороших чувств, а хорошая музыка нежданно органично вписалась в композицию.
Следующим номером была Бэль. В то время, когда трио поднялось на сцену в зале снова началось радости.Особенно девушек забавлял вид преседателя.Но под жёстким взором Нахтигаль смешки стихли, а шепот стал на тон тише. Для многих стало неожиданностью, то что песню выполнили сходу на трёх языках.Раздались бурные аплодисменты, на это выступление отреагировали куда посильнее, чем на дуэт итальянцев.
Франсис шепотом:
— Думается у нас классно оказалось.
— Это они ещё вариант на финском не слышали — ухмыльнулся Гилберт
(Иван таки притащил запись и текст на этом языке, но так и оставил в качестве инструмента запугивания).
Дальше выступал Людвиг.Начало песни Sonne больше было похожим похоронный марш, но в то время, когда исполнитель увидел интерес в глазах Златы Блажкович, голос Людвига выровнялся.В целом, песня была спета прекрасно, но мягче оригинала.Практически всем зрительниц понравилось, Югославия так и вовсе наблюдала на Людвига с придыханием.Одна только Гретхен давала слово устроить брату выволочку за испоганенную любимую песню.
Гилберт спел сперва Niemals,а позже Erdbeermund. По окончании окончания песни, на сцену нежданно для всех встала Хедервари.Попросив Бальдшмита выполнить совместно отечественную любимую композицию. Песня Komm In Meinen Schlaf имела оглушительный успех, в особенности учитывая, продолжительный поцелуй исполнителей в конце…
Франсис поразил всех неожиданным контрастом выбранных композиций.За хорошей песней Шарля Азнавура Je fantasme последовала модерновая Tragedy группы Gentleman.
По окончании бухгалтера выступили Республика Абхазия, Грузия и Азейбарджан, под музыку Хачатуряна выполнившие таки Танец с Саблями.
Иван выполнил пару песен из советских фильмов, нежданно завершив собственное выступление так:
Не говори
Ни о чём из прошлого
Мы покинем его в покое.
Ты такая на данный момент хорошая
Я желаю тебя знать такою.

Ты такая на данный момент хорошая
Я желаю тебя знать такою…

Дальше выступила балтийская троица, выполнив что-то фольклёрное.Неожиданным стал дуэт Драмлина и МагГонала выполнивших что-то бравурное не совсем понятное на гномском пополам с гэльским.
Лесь выполнил Вологду,Касiў Ясь канюшiну и А я лягу прилягу.
Последним выступал Фон Бок.Paikese poole, залу понравилась, не смотря на то, что не считая Литвы и Латвии смысла никто не осознал.Собравшись с духом, Эдуард решился:
— Следующая песня посвящается единственной и любимой.Сохраняю надежду ей понравится эта песня, даже если она ответит мне отказом…
В зале повисла тишина.Никто не решался её нарушить.Такие слова для негромкого и культурного прибалта были весьма необыкновенны.Из-за кулис негромко вышел Брагинский с гитарой и присел на стул приблизительно в углу сцены.Струны быстро взорвали тишину и Эдуард начал:
В то время, когда весна придет, не знаю.
Пройдут дожди…Сойдут снега…
Но ты мне, улица родная,
И в непогоду дорога.
Но ты мне, улица родная,
И в непогоду дорога.

На данной улице ребёнком
Гонял по крышам голубей,
И тут, на этом перекрестке,
С любовью встретился собственной.

Сейчас и сам не рад, что встретил, —
Моя душа полна тобой.
Для чего, для чего на белом свете
Имеется безответная любовь!


В то время, когда песня закончилась Фон Бок медлительно спустился со сцены и дрожащей походкой подошёл к столику Украины.В зале так же, как и прежде было негромко, и никто не пробовал нарушить хрупкое равновесие неосторожным звуком.
— Ольга, эта песня посвящалась тебе.Я не знаю как ты к этому отнесёшься, но я тебя обожаю и предлагаю видеться…
Секундное замешательство прошло и Ольга ответила:
— Я согласна, Эдик…
Зал наполнился восторженно-одобрительными криками, кое-где раздавалось громогласное Горько!!!…

— Вот, Лиза, сказала я тебе, что у нас окажется с Ваней это организовать, а ты не верила.Проспорила, ты подруга.- с ухмылкой сообщила Гретхен.
— Да уж, я до сих пор в шоке от того как вам удалось растормошить Фон Бока… Хорошо, пошли к нашим кавалерам, в противном случае ещё уведут…

Разведопрос: Михаил Васильевич Попов о диалектике перехода коммунизма в капитализм


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: