Переход от «познавательного процесса» к «ментальному опыту»

Понятие «протофеномена» (В.С. Швырев) характеризует то главное явление (факт, экспериментальную обстановку и т.д.), в котором манифестируется та либо другая теория и которое со своей стороны задает кое-какие исходные теоретические ориентации в изучении природы того либо иного нюанса действительности.

В случае если возвратиться к классическим теориям интеллекта, то в данной области психотерапевтического знания возможно найти очень характерную тенденцию: результаты изучения интеллекта, в большинстве случаев, интерпретировались под твёрдым влиянием определенных нормативно-ценностных параметров (таких, как «обычное выполнение», «возрастное выполнение», «социальная желательность», «нестандартность ответа»).

Вправду, тесты интеллекта … первоначально создавались как патологии дифференциации отставания и средство (нормы в познавательном развитии). Исходя из этого не страно, что на первый замысел выходили те характеристики интеллектуальной деятельности, каковые разрешали самый умышленно оценить обычный для психотерапевтической нормы уровень интеллектуального выполнения (в частности, в виде показателей сформированности вербальных и невербальных познавательных функций). …

Влияние нормативных сокровищ проявилось кроме этого и в том, что представление об интеллекте складывалось в основном на базе результатов выполнения, характерных для школьного и студенческого возраста (увидим, что именно в этом возрастном периоде рост интеллектуальных возможностей обнаруживает себя в первую очередь в высоких показателях эффективности переработки информации). … Потом, нельзя не отметить влияние на содержание понятия «интеллект» характерного технократической культуре представление об интеллектуальной личности как человеке, имеющем широкие знания, сообразительном и логичном в разрешении задач, прекрасно социализированном и действенном в адаптации к требованиям социума и т.д.

Наконец, фактически творческие интеллектуальные возможности связывались с дивиргентной продуктивностью, т.е. склонностью формулировать множество разнообразных идей, статистически редких с позиций некоторых объективно-обычных представлений.

Не страно, что в психометрических и частично экспериментально-психотерапевтических изучениях интеллекта в качестве протофеномена выступал познавательный процесс в его результативных и операционально-динамических чертях, по которым достаточно легко было выделить умственно отсталых субъектов, не хорошо успевающих школьников, потенциальных опытных неудачников, людей со стереотипным складом ума (т.е. тех, кто не осилит, не осознаёт, не успевает, не имеет возможности и т.д.).

В итоге сложилась парадоксальная обстановка: отправной точкой в формировании представлений о природе интеллекта практически выяснилось явление интеллектуальной несостоятельноти. … В случае если наблюдать на человека через призму операционального (тестологического) определения интеллекта, то получается, что талантливый ребёнок — это ребенок с большим уровнем сформированности главных познавательных функций, и навыков и нормативных знаний; одарённый ребёнок — это ребёнок со свервысоким IQ (не смотря на то, что наряду с этим он почему-то не хорошо обучается, еле налаживает отношения со сверстниками, и, повзрослев, преобразовывается в «умную ненужность»); умный взрослый — это человек сообразительный, образованный, скоро принимающий решения, могущий большое количество и с уверенностью сказать, легко приспосабливающийся к любой новой ситуации, до тонкости освоивший господствующую систему ценностей…

Классические теории интеллекта не охватывали … три особенные области феноменологии функционирования: особенности интеллекта и интеллекта устройства, во-первых, в условиях настоящей профессиональной деятельности человека (феномен «компетентности»), во-вторых, в случаях настоящих сверхординарных интеллектуальных достижений (феномен «таланта») и, в-третьих, в пожилом возрасте (феномен «мудрости»). Но именно эти линии анализа интеллектуальных возможностей человека с очевидностью выводили на первый замысел факт своеобразия ментального опыта субъекта как базы его интеллектуальной зрелости.

… Интеллект по собственному онтологическому статусу — это особенная форма организации личного ментального (умственного) опыта в виде наличных ментальных структур, порождаемого ими ментального пространства отражения и строящихся в рамках этого пространства ментальных репрезентаций происходящего. строения и Особенности состава личного ментального опыта предопределяют темперамент воспроизведения объективной действительности в сознании человека, а аткже своеобразие его интеллектуального поведения.

Строго говоря, в пустую голову никакая информация по большому счету попасть не имеет возможности. А если бы она в том направлении и попала, то её преобразование и упорядочение были бы неосуществимы. Исходя из этого в условиях низкого уровня сформированности ментальных структур либо их деструкции любое действие окажется «погребённым в тишине личного опыта» (Дж. Брунер). Наоборот, наличие прекрасно организованных ментальных структур превращает личный интеллект в собственного рода безразмерную губку, готовую впитывать любую данные, что, само собой разумеется, значительно расширяет возможности человека к комбинированию, трансформации и порождению идей.

… Вышесказанное отнюдь не свидетельствует, что интеллект — это только и лишь механизм адаптации к собственному окружению. Наоборот, умные люди, в большинстве случаев, ведут себя неадаптивно (как раз исходя из этого они достаточно довольно часто сталкиваются с неприятием а также агрессией со стороны вторых людей). Но их поведение оказывается неадаптивным вследствие того что они в силу специфики организации собственного ментального опыта видят происходящее по-второму, их поведение практически соответствует глубинным, заситуативным закономерностям, вступая наряду с этим с актуальными ситуативными требованиями. Исходя из этого изощренно адаптивное поведение — это скорее показатель недочёта ума, нежели его избытка.

Парадоксально, но в этом смысле поведение и весьма умного, и весьма глупого человека в равной мере непредсказуемо, не смотря на то, что — по различным обстоятельствам: у умного оно неадаптивно, у глупого — дезадаптивно.

Так, ментальный опыт есть достаточно сложным по собственной природе психотерапевтическим образованием. Три главные формы организации опыта — ментальные структуры, ментальное пространство, ментальные репрезентации — выступают в качестве иерархии психологических носителей, каковые «изнутри» предопределяют изюминке интеллектуального поведения.

2002

[#ФильмыКОБ] Запад и Россия в глобальной истории (Ч1)


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: