Посещение непосредственно перед смертью

Известны бессчётные примеры того, как астральные визиты совершались людьми перед самой их смертью, в момент, в то время, когда физическое тело самый слабо и исходя из этого имеет весьма не сильный власть над астральными частицами. Сейчас очень сильное желание может реализоваться весьма легко. Честно говоря, эта реализация случится обязательно, будь то перед самой смертью либо же по окончании отделения от физического тела. В случае если физические условия таковы, что мешают человеку покинуть собственное тело перед тем, как он сделает это совсем, он претворяет собственное желание, когда освободится; но в этом случае он делается настоящим привидением и тем самым подходит под рубрику, которая будет рассматриваться в следующей главе. Во многих случаях легко доказать, что посещение было сделано за некое время до настоящего момента смерти, и эти случаи подлежат рассмотрению в данном разделе темы.

Таким есть прекрасно узнаваемый случай Мэри Гофф из Рочестера, что я привожу в собственной книге Ясновидение и о котором Эндрю Ланг увидел так: Немногие истории владеют столь хорошими доказательствами их подлинности. Я не буду повторять данный рассказ тут, но приведу второй, весьма на него похожий и также имеющий бессчётные свидетельства с обеих сторон. Эту историю я забрал из книги д-ра Ф. Дж. Ли Проблески сверхъестественного.

Из Египта в Торкэ

Одна женщина и её супруг, что занимал высокое положение в Индии, возвращались в 1854 г. в Англию, где оставались их мелкие дети. По окончании четырёх лет отсутствия эта женщина нежданно заболела в Египте весьма важной заболеванием; она ослабла до таковой степени, что надежды спасти её практически не оставалось. Единственное, что, казалось, тревожило её душу, в то время, когда она вышла из состояния забытья, было глубокое желание, которое она высказывала окружающим — ещё раз заметить собственных детей. Ежедневно без исключения, в течение более чем семь дней она сказала об этом жажде, вознося молитвы, и заявляла, что погибнет радостной, в случае если это единственное желание будет выполнено.

Утром того дня, в то время, когда она покинула почву, она погрузилась в продолжительный и глубочайший сон, от которого её тяжело было пробудить. Всё это время она оставалась совсем спокойной. Но практически сразу после полудня она неожиданно проснулась, вскрикнув: Я видела их всех! Я их видела! Слава Всевышнему! После этого она снова заснула и к вечеру погибла.

Дети умирающей женщины воспитывались в Торкэ под присмотром подруги семьи. Две совсем изолированные помещения на одном этаже были местом для развлечений и игр. В том месте дети планировали дружно. Они игрались с игрушками и книгами в присутствии бонны, которая ни при каких обстоятельствах не видела их мать. в один раз в таковой момент их мать вошла в самую большую комнату, остановилась, взглянула секунду на каждого из детей и улыбнулась: после этого она прошла в следующую помещение и провалилась сквозь землю. Трое старших детей её определили сразу же, но были весьма встревожены и поражены её видом, поведением и молчанием. Младшие дети и бонна также видели, как женщина в белом вошла в маленькую комнату и после этого медлительно вышла и провалилась сквозь землю.

Сутки этого события 10 сентября 1854 г. был шепетильно зарегистрирован; потом стало известно, что оба события, поведанные выше, случились практически в одно время. Они были записаны и внесены в памятную страницу домашней Библии.

В второй книге того же автора Проблески в сумерках мы читаем, что одна квакерша, которая погибла в Кокермауте, показалась перед собственными тремя детьми в Сиэтле средь бела дня, её также определили; в остальном история подобна предыдущей. У неё, по-видимому, так же имеется полные и правильные доказательства.

Я желал бы добавить тут еще очень необычный случай подобного рода, что мне был поведан пара лет назад, но я не имею права сказать настоящее имя заинтересованного лица. Это произошло с ним, в то время, когда он был ещё студентом.

Трёхкратный визит

в один раз ночью он планировал лечь дремать раньше простого. Закрыв входную дверь собственной гостиной, он покинул открытой ту, которая соединяла эту помещение с его спальней. В гостиной ярко горел пламя, освещая всё радостным светом, отчего любой предмет был виден отчётливо, как днём. Была добрая половина одиннадцатого, и он только что планировал лечь в сладостном предвкушении продолжительного и спокойного сна, как внезапно в двери, разделяющей две помещения, в полном свете огня он заметил фигуру собственного отца. На пара секунд он окаменел от удивления, ему кроме того казалось, что он замечал игру света на этом печальном и важном лице в течение целой 60 секунд. После этого фигура подняла руку и сделала ему символ приблизиться. Данный жест рассеял оцепенение, которое, казалось, овладело им, и он, спрыгнув с кровати, ринулся к двери, но перед тем как он её достиг, фигура растаяла.

В невыразимом удивлении он обшарил гостиную, но легко убедился, что был совсем один: не было для того чтобы уголка, где имел возможность бы спрятаться посторонний, а входная дверь так же, как и прежде оставалась закрытой. Помимо этого, эта фигура без сомнений принадлежала его отцу, каким он его знал и каким он видел его последний раз, пара недель назад. Он был уверен, что ни один из студентов не имел возможности подшутить над ним так. Наконец он был должен заключить, что стал жертвой иллюзии, не обращая внимания на то, что ему с большим трудом в это верилось, в то время, когда он вспоминал естественный вид фигуры и игру света на лице. После этого он снова устроился в постели, дабы заснуть.

Но от беспокойства сон пропал, и он больше часу лежал, замечая за пляской теней на стене, пока не почувствовал, что снова впадает в забытье. Вправду ли он задремал либо же лишь планировал это сделать? Он точно не знал. Но внезапно он неожиданно пришёл в сознание от удивления, увидав, как фигура снова показалась в двери с тем же напряжённым выражением лица и ещё более упорно делала ему символы приблизиться. Решившись в этом случае не разрешить ей ускользнуть, он прыгнул с постели к двери и с силой вцепился в привидение. Но его ожидало новое разочарование. Фигура имела совершенно верно такой же вид, в то время, когда он уже был от неё всего лишь в метре, и однако, протянув к ней руки, он схватил лишь вакуум; и ещё раз самый тщательный поиск убедил его в том, в чём он был уже уверен: никто из владеющих физическим телом не имел возможности ни выбежать наружу, ни спрятаться дома.

Как большая часть парней, он до этого времени относится к привидениям более либо менее скептически, и не смотря на то, что он был глубоко взволнован виденным, он пробовал убедить себя в том, что это была всего лишь игра воображения, обусловленная, возможно, физическим расстройством, в котором он не сомневался. Исходя из этого, освежив лицо холодной водой, он возвратился в постель, решив ни за что больше не разрешать себе думать о том, что он разглядывал как галлюцинацию расстроенного мозга. В то время, когда он лег, различные часы колледжа прозвонили полночь и, не забывая об утренней работе в часовне, он самым энергичным методом пробовал заснуть, в чём испытывал столь настоятельную потребность.

Наконец ему это удалось, но, казалось, он был в забытьи не более нескольких мгновений, в то время, когда, содрогнувшись, проснулся с беспричинным кошмаром в сердце, что довольно часто охватывает людей нервного темперамента, в то время, когда их неожиданно будят. Пламя в гостиной практически потух, и вместо радостного игравшегося света на стенах и потолке сейчас были тускло-красные разводы, а в двери, четко вырисовываясь на этом фоне, снова стояла фигура его отца. Но сейчас выражение его лица было очевидно вторым. Вместо настойчивого жажды оно было отмечено сейчас глубокой скорбью, и поднятая рука уж не делала ему настойчивые символы приблизиться, но её медленный и печальный жест был прощальным, тогда как испуганный взор сына был прикован к его лицу. Вместо того, дабы провалиться сквозь землю неожиданно, как раньше, контуры фигуры расплывались медлительно, пока она не провалилась сквозь землю в красноватом фоне стенки.

Отечественный юный приятель пришёл в себя лишь по окончании исчезновения призрака. Первым его перемещением было забрать часы и взглянуть время. Было два часа без десяти мин., через чур рано, дабы кого-нибудь разбудить либо отыскать экипаж, дабы отправиться к себе, потому что он решил срочно ехать к себе. Его папа, ректор дальней приходской церкви, был совсем здоров, в то время, когда они прощались пара недель назад. С того времени он не получал из дому никаких тревожных вестей: но, пребывав под глубоким впечатлением от трёхкратного видения и убедившись наконец, что за этим пряталось что-то, именуемое сверхъестественным, он ощущал, что не сможет обрести покой , пока лично не убедится, что его папа жив-здоров. Он больше не пробовал заснуть, и когда у него появилась возможность заметить директора колледжа, он поведал ему собственные опасения и срочно уехал.

Весь день стремительной езды пара ослабил чувство прошедшей ночи, и в то время, когда в сумерках он проезжал по прекрасно привычной аллее, ведущей в дом священника, у него осталась на сердце только смутная тревога, омрачающая предвкушение встречи с удивлёнными участниками семьи. Но он был потрясён, в то время, когда заметил, подъехав к дому, что все шторы были шепетильно задёрнуты. Само собой разумеется, вечер уже наступил, но он знал, что его папа обожал сумерки и ни при каких обстоятельствах не разрешал зажигать свечи, пока возможно было обходиться без них. Предчувствие чего-то ужасного, в чём он чуть отдавал себе отчёт, завладело им до таковой степени, что пара мгновений он кроме того не имел возможности позвонить в звонок. В то время, когда он собрался с мужеством и это сделал, дверь ему открыл ветхий управляющий, что служил в семье уже много лет и которого он знал с детства. Первого взора, кинутого на лицо ветхого слуги, хватало, дабы возбудить его нехорошие опасения.

— Ах, сударь, Вы приехали через чур поздно! Если бы Вы были тут вчерашним вечером!.,. Да. По окончании того как он заболел, он практически только сказал о том, как желает заметить Вас. День назад в 10 часов вечера у него начался приступ, и полчаса спустя, только лишь он смог вымолвить слово, он сообщил: Отправьте за моим сыном; я обязан заметить собственного сына ещё раз. Ему заявили, что отправят вестника, когда начнёт светать, но он, казалось, практически нас не слышал, по причине того, что впал в беспамятство, и после этого без четверти полночь он на мгновение пришёл в сознание, но сообщил лишь: Как я желал бы видеть моего сына тут! И снова за момент перед тем, как он погиб — было без десяти мин. два часа — он открыл глаза и, казалось, определил нас всех, не смотря на то, что он был через чур не сильный, дабы большое количество сказать, он лишь тихо сказал: Я ухожу, мне бы хотелось ещё раз поболтать с моим любимым сыном, но сейчас уже я не доживу, дабы встретиться с ним. После этого он скончался так нормально, как если бы .

Таким было первое переживание отечественного приятеля, касающееся жизни на сверхфизическом замысле, переживание вовсе не необыкновенного характера, не обращая внимания на его чрезвычайную драматичность. По крайней мере нам легко поверить рассказчику, в то время, когда он говорит, что это покинуло неизгладимое чувство, окрасившее собою всю его последующую судьбу. Как много среди нас таких, кто был кроме этого глубоко поражен. Как мы знаем, что кроме того всецело изменялся темперамент людей от единственного мимолетного взора на тот мир, что существует совсем рядом с нами, не смотря на то, что в большинстве случаев он скрыт для отечественных глаз! Немногие берут на себя труд сказать об этом в отечественную эру скептицизма и ослепления; но каждый, кто серьёзно и нормально займется поисками аналогичных примеров среди собственных друзей, будет удивлён, выяснив, что они имеют место значительно чаще, чем он полагал.

Полвека назад, в то время, когда скептицизм был ещё более яростным и в то время, когда эта область была значительно менее изучена, чем сейчас, лорд Бульвер Литтон писал в собственной Необычной истории: Большое количество ли либо мало у меня читателей, среди них постоянно найдётся большая группа, с которыми по крайней мере один раз в жизни произошло что-то необычное и таинственно пугающее — то, что не поддаётся никакому рациональному предположению и затрагивает те струны отечественного существа, каковые склонны к мистицизму. Быть может, это был сон, необъяснимым образом подтвердившийся, неизвестное предчувствие, предостережение. Я верю, что большая часть людей, достигших середины судьбы, каким бы грамотным ни было их общество и какой бы цивилизованной ни была их страна, какой бы скептической ни была их эра, знают сами либо слышали от родных людей, чью правдивость они не смогут ставить под сомнение, о явлениях, каковые не поддаются удовлетворительному объяснению и осмеянию разума со стороны философии и логики. Эти явления весьма разнообразно начинались с несущественных и смутных свидетельств, исходящих из мира непонятного (необъяснимого, сверхъестественного…), впредь до чудес с неспокойными комнатами и привидениями. Я считаю, что эти явления значительно бессчётнее, чем может показаться на основании легендарных примеров, от которых отделываются шуткой. Среди свидетелей только немногие склонны подтвердить подлинность явления, а те, каковые предпочитают слушать вторых, не желают рисковать собственной репутацией здравомыслящего человека, признаваясь в том, что они разделяют верование, которое столь беспощадно преследуется здравым смыслом. Но тот, кто просматривает моё утверждение, у себя, в тишине собственной помещения, быть может, задумается, пороется в памяти и в том месте, в каком-то чёрном уголке, что он скрывает от бессердечной болтовни, он отыщет какое-нибудь смутное воспоминание, обосновывающее, что данное утверждение сделано не без основания.

Сейчас, в особенности благодаря упрочнениям Общества и Теософического Общества психологических изучений, эти вопросы встречают значительно более разумное отношение, чем во времена лорда Литтона, и мы можем сказать о них с точностью и большей определённостью; но то, что он написал, и без того же то, о чём мы говорили выше, остаётся на данный момент так же правильно, как и раньше.

На основании уже приведённых случаев можно понять, что трудности, поднимающиеся на пути к сознательному астральному путешествию у обычного человека, преодолевались под напором сильного жажды, диктуемого настоятельной необходимостью. Однако зарегистрированы случаи, в то время, когда при благоприятных событиях (таких, к примеру, как долгий период утраты сознания, предшествующий смерти) простое пожелание довольно простых и неважных дел повседневной судьбе может иметь такие же результаты.

10 SMS ПЕРЕД СМЕРТЬЮ и истории людей, написавших их…


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: