Проблема познания в философии

Неприятность познания формируется как серьёзная составляющая философского знания в тесной связи с возникновением философской онтологии. Философская картина мира изначально претендовала на знание «мира воистину», т.е. на знание мира «самого по себе» в отличие от того как мир есть человеку в его восприятия. В таковой ситуации с неизбежностью появляется вопрос о том, как вероятно знание мира самого по себе, как вероятно постижение Бытия.

Первые натурфилософские учения милетской школы (Фалес, Анаксимандр, Анаксимен) еще не предлагали явной формы постановки вопроса о познании. Но последовательное развитие учения о первоначале стало причиной осознанию гносеологической неприятности, т.е. к осознанию тех принципиальных трудностей, с которыми связано постижение Истины. В древней философии данный серьёзный ход сделала элейская школа. В онтологии Парменида, как уже отмечалось, было совершено принципиальное разграничение между Бытием (Единым) и Небытием (Многим). Наряду с этим Истина, т.е. знание о Бытии, знание о сущности мира дается, как утверждал Парменид, верным мышлением. Одно и также имеется бытие и мышление, такова формула элеатов. Он имели в виду, что верное, т.е. логически непротиворечивое мышление, ведет к познанию истины. Исходя из этого запрещено в один момент сущность мира признавать единой и множественной. Как утверждал Парменид «по истине» имеется лишь единое (бытие), очень многое (небытие) существует только в восприятии, его нет «по истине».

Разграничение небытия и бытия в философии элеатов означало признание того факта, что мир по-различному дан человеческому мышлению и человеческому восприятию. Неудивительно, что противопоставление мира в мышлении и мира в восприятии ведет к постановке вопроса о чувств и роли мышления при постижении Истины. На данной базе в древней философии вопрос о познании бытия, обсуждается как независимая неприятность, которой всегда дается определенное ответ. Все, кто утверждали возможность постижения мира по истине, исходили из того, что такое знание достигается мышлением. Эмоции сами по себе не дают знания о бытии, бытие как сверхчувственная действительность им недоступна. К примеру, Демокрит утверждал, что имеется знание яркое и знание чёрное. Яркое знание, т.е. знание истины, дается мышлением. Знания, даваемые ощущением, являются чёрным знанием, т.е. не раскрывающим природу вещей. По истине, как утверждал Демокрит, существуют лишь пустота и атомы, все другое существует во мнении. Но атомы недоступны эмоциям ввиду их малости, так что об их существовании мы определим лишь методом верного размышления.

В теории познания Платона Бытие, т.е. мир эйдосов, созерцает душа, покинувшая человеческое тело и устремляющаяся в этом свободном состоянии в мир эйдосов. Образы эйдосов сохраняются в душе, в ее разуме. Снова появлявшись в людской теле, она определит во видящихся ей предметах подобие эйдосов, виденных ею в прошлом, и может давать определения вещам, подражающим эйдосам. Исходя из этого теорию познания Платона именуют анамнезисом, т.е. припоминанием идей, каковые запечатлены в разумной душе человека..

В древней философии убеждение в познании сущности при помощи мышления означало в один момент признание объективного характера для того чтобы знания. Мышлением раскрывается мир бытия, мышление позволяет приобщиться к сущности мира, т.е. достигнуть знания о том каков мир «сам по себе». Наоборот, установка на необыкновенную роль эмоций, ощущений, чувственных образов в получении знаний приводила к релятивизму и субъективизму, т.е. отрицанию общезначимой истины, потому, что люди по-различному принимают одну и ту же действительность, и объективных общезначимых представлений на данной земле взять запрещено. Самый последовательно эта точка зрения проводилась греческими софистами. Протагор, один из известнейших софистов, утверждал, что человек имеется мера всех вещей, «существующих, что они существуют и несуществующих, что они не существуют». В следствии, в соответствии с его мнению, «что как кому есть, так оно и имеется для того, кому есть». Как мы знаем, против для того чтобы понимания истины боролся Сократ, и эту борьбу продолжил его ученик Платон.

В позициях софистов и Сократа обнаруживаются противоположные подходы к пониманию познания. С позиций Сократа, и Аристотеля и Платона, мышление открывает общее в вещах, что и есть постижением их вечной сущности. С позиций софистов всякое знание преходяще, т.е. субъективно и довольно, потому, что отражает то, что явилось человеку в его текущем чувственном контакте с миром. Некую среднюю позицию в ответе этого вопроса занял скептицизм, появившийся в поздней платоновской академии. Скептицизм выдвигает последовательность принципиальных возражений против идеи познания мира самого по себе. Одним из доводов скептицизма стало указание на субъективизм (относительность) чувственных восприятий человека. Данный довод поясняет вопрос скептиков: сладок ли мед сам по себе? Здоровому человеку мед сладок, а для больного желтухой он горек. Это свидетельствует, утверждали скептики, что мы знаем только феномены, т.е. проявления вещей в их действии на отечественные органы эмоций, но не имеет возможности знать сущности вещей «самой по себе». Из этого сомнение в существовании сладости «самой по себе», и сомнение в существовании вторых сущностей, придумываемых теми, кого скептики именовали догматиками. К таким догматикам они относили Демокрита, Платона и всех, кто полагал, что имеется некая объективная действительность, знание о которой есть общим и не зависит от субъективных условия восприятия.

самоё полное обсуждение неприятностей познания в древней философии было проделано в Ликее, т.е. в философской школе Аристотеля. Тут было создано учение о мышлении, известное как формальная логика, включавшая в то время учение о понятии, умозаключении и суждении; обсуждены возможности индуктивного и дедуктивного пути познания; рассмотрены возможности построения доказательных рассуждений, и типовые уловки софистов и логические ошибки, и т.п. В главном вопросе, касающемся мышления и роли ощущения в познании действительности, Аристотель указывает на ощущения и взаимодействие мышления. Потому, что же он отказался от платоновской теории эйдосов, то отказался и от чисто умозрительного постижения сущности. Эмоции, ощущения человека являются в его представлении начальной стадией всякого познания. Исходя из этого он считает, что человек владеет особенной чувственной свойством, как раз, свойством к восприятию формы.

В религиозной философии средних столетий познание мира означало познание Всевышнего как творца и постижение сотворенного им мира. В случае если теология была учением о всевышнем, то философия представала в первую очередь как знание о мире. В рамках религиозных онтологии и представлений теоцентризма его замысла творения и постижение творца чувственным методом представлялось неосуществимым. Высшей формой познания в этом случае представлялось откровение. Наряду с этим не отвергался рациональный путь постижения мира, опирающийся на главные понятия религиозного сознания. Исходя из этого на протяжении развития средневекового миросозерцания главным способом познания делается схоластика, т.е. умозрительное теоретизирование. Однако, неприятность чувственного мышления опыта и взаимодействия человека не исчезает из философии средневековья. Сама свойство людской мышления постигать истину рассматривается как следствие творения, разумность представлялась как свойство, эта всевышним человеку, как средство пути к истине, средство пути к творцу. Этим предполагалось в один момент некая связь между бытиём и человеческим мышлением, предопределенная актом человека и сотворения мира. Чувственные образы появляются как проявление телесных мира и отношений человека. То, что в них есть, постигается разумной душой, ее свойством двигаться к истине.

Однако, в средневековой философии был поднят вопрос о статусе мысленных конструктов людской сознания в виде реализма и дискуссии номинализма. Реализм исходил из того, что общее, мыслимое в понятиях и разглядываемое как сущность вещей, реально существует в мире. Это общее имело наименование «универсалии», и реализм утверждал, что универсалии имеется (настоящи). Номинализм стоял на том, что общее имеется имя, даваемое группе предметов, объединяемых мышлением. Тем самым номинализм придавал серьёзное значение чувственному восприятию вещей, потому что по сходству чувственных образов они приобретали неспециализированное имя, объединяющее их в однородный класс. Противостояние номинализма и реализма затрагивало и ряд других вопросов средневековой философии, потому, что отрицание настоящего существования универсалий потребовало определенной модификации философского теоцентризма. Примирительную позицию в данной дискуссии внес предложение в свое время Фома Аквинский. Она взяла в будущем наименование конструктивистского (умеренного) реализма, допускающего существование универсалий в плане творца, наличие их в вещах как их сущности либо формы, и существование их в мышлении человека как результата абстрагирующих операций.

Новый этап развития теории познания, обусловленный становлением умелой науки, начинается в семнадцатом веке. Сейчас гносеология должна была указать путь постижения природной действительности средствами экспериментального естествознания, которыми располагает человек. В теории познания утверждается мысль эмпиризма, т.е. мысль умелого познания, взявшая собственный обоснование в произведениях Ф. Бэкона. Но гносеология эмпиризма в ее хорошей форме, взявшей наименование сенсуализма, была изложена в трактате Д. Локка «Опыт о людской разумении». Потому, что знание существует в формах мысли, то главная неприятность новой теории познания касается их отношения и происхождения идей к природной действительности. Главный постулат сенсуализма Д. Локка в том, что изначально (от рождения) человеческий разум безлюден, правильнее, представляет собой чистый лист (tabularasa), что наполняется идеями на базе чувственного восприятия природной действительности. Таковой подход соответствует ключевому принципу сенсуализма: в мышлении нет ничего, чего ранее не было в ощущении. Всякое простое чувство (к примеру, цветовое), отпечатывается в разуме человека, запоминается им и, тем самым, преобразовывается в идею. Так появляются идеи белого, светло синий, красного и т.п. Все главные идеи ума приобретают умелое происхождение. Но не считая «внешнего» опыта, обусловленного чувственным восприятием действительности, имеется еще внутренний опыт, либо опыт рефлексии. Содержанием внутреннего опыта являются действия ума с главными идеями, взятыми в опыте внешнем. Идеи смогут соединяться, классифицироваться на базе их сходства, связываться в сложные совокупности идей. В рамках внутреннего опыта появляются такие сложные идеи как пространство, время, субстанция, идеи фигур и т.п. Эти идеи имеют вспомогательное значение, они истолковываются Дж. Локком в духе номинализма. Для познания природы опорными являются идеи, полученные в чувственном восприятии человека. Они ведут, как полагал Дж. Локк, к познанию природы.

Но в этом случае сенсуализм(от латинского слова sensus)Д. Локка сталкивается с теми проблемами, каковые были отмечены еще в древнем скептицизме. Как раз, ощущения субъективны, они зависят от состояния принимающего субъекта так, что мед, сладкий для одного, выясняется неприятным для другого. Хорошим примером неадекватности чувственного восприятия служило явление оптического преломления. Весло в прозрачной воде думается преломленным у поверхности воды, не смотря на то, что оно остается прямолинейным. Проблему соотношения чувственных реальности и образов Д. Локк сформулировал следующим образом: свойственны ли вещам качества, эти нам в ощущении? Т.е. свойственно ли вещам красное, зеленое, горькое и т.п. Сам философ дает следующий ответ на данный вопрос. Он показывает на два вида качеств, каковые именует первичными и вторичными. Цвет, вкус, запахи, тактильные показатели вещей, — все это качества вторичные, появляющиеся в ощущениях человека, и вещам как таковым они не принадлежат. Но имеется первичные качества вещей, каковые даны в ощущении и принадлежат самим вещам. Фактически, таких качеств всего пять: протяжение, плотность, форма, количество и движение. Все вторичные качества выясняются результатом действия первичных качеств на органы людской восприятия. В случае если выразить эту идея языком атомистической философии Демокрита, то возможно было сообщить: по истине существуют лишь первичные качества, все другое – во мнении.

Введение первичных качеств, в полной мере соответствует состоянию умелой науки XVII века, например, соответствует физике И. Ньютона. Теория света британского физика предполагала наличие множества небольших частиц вещества (атомов), различающих скоростью и массой перемещения. Действие таких частиц на сетчатку глаза порождает цветовые ощущения, а прохождение потока таких частиц через треугольную призму ведет к его разложению (дисперсии), и мы можем замечать главные цвета, на каковые разлагается белый цвет из-за разного коэффициента преломления для частиц, разных по скорости и массе. Концепция первичных качеств разрешила Дж. Локку избежать скептического отрицания возможности познания природы вещей и утвердить идею объективности познания, т.е. способности людской разума при посредстве опыта постигать настоящие обстоятельства явлений, настоящие соотношения в природе. Но локковское решение вопроса о чувственных качествах опирается на произвольное разграничение первичных и вторичных качеств, на что указал философствующий британский епископ Дж. Беркли.

Альтернативой локковскому сенсуализму стал в семнадцатом веке рационализм Р. Декарта. Р. Декарт ставит под сомнение чувственный опыт, показывает на его недостоверность, во многих случаях – его обманчивость (пример с преломлением весла), трудность разграничения в некоторых обстановках сновидений, опытной реальности и грёз. Исходя из этого, как думает Р. Декарт, познание должно опираться на идеи простые и очевидные, не вызывающие никаких сомнений. Такие идеи, как думает французский философ, мышление обнаруживает в самом себе. Примером таковой несложной и очевидной идеи есть декартовское «мыслю, следовательно существую». Вправду, мышление, сомневающееся во всех данных чувственного опыта, обнаруживает, что несомненным в потоке сомнений есть его собственное сомнение. Через сомнение оно обнаруживает само себя, собственный существование. Областью несложных и очевидных идей есть для Декарта математика, исходные понятия которой не требуют обоснования чувственными данными опыта. Исходя из этого Р. Декарт принимает исходным постулатом собственной теории познания существование в мышлении идей несложных и очевидных, на каковые опирается познавательный процесс. Но тогда появляется естественный вопрос о происхождении таких идей. Декарт именует их врожденными, т.е. изначально свойственными мышлению. Но они не смогут быть субъективными идеями того либо иного конкретного людской ума. Такие идеи должны иметь общее интерсубъективное значение. Исходя из этого природу таких идей Р. Декарт связывает с всевышним, творцом мира. Р. Декарт был приверженцем католического христианства, в теологии которого уже существовала представление о Логосе как разумном начале мира. В философии Декарта это разумное начало принимает статус интеллектуальной субстанции, существующей наровне с субстанцией материальной. Умопостигаемое начало сотворенного мира содержится в интеллектуальной субстанции, ее структура обнаруживается в людской мышлении через простые и очевидные идеи. Они являются опорными точками для постижения мира, потому, что опыт приобретает осмысление при посредстве несложных и очевидных идей. Познание представляется при таких условиях аналогом разгадывания на базе идей несложных и очевидных «умственного кроссворда», каковым есть для человека сотворенный мир. По данной причине за тезисом «мыслю, следовательно существую», Декарт дает подтверждение существования всевышнего. Этим он желает утвердить объективность мысли, ее яркую сообщение с действительностью. На базе всей данной совокупности гносеологических и онтологических идей Р. Декарт формулирует правила научного способа, т.е. последовательного изучения природного мира. Эти правила сводятся к фундаментальным четырем правилам: 1)затевать с несложного и очевидного; 2)двигаться от несложного к сложному; 3)расчленять непростые задачи на совокупность несложных; 4)всегда обозревать поле изучения, дабы избежать ошибок и пропусков в познавательных рассуждениях.

Неприятность, обусловившая задачу «сенсуализм-рационализм», была особенным образом решена в теории познания И. Канта. Формированию идей германского философа содействовали изучения британского философа Д. Юма. Д. Юм был продолжателем эмпирической традиции сенсуализма, рамках которой он нашёл еще одну проблему. Ощущения, как утверждает Д. Юм, дают нам простые идеи. Но отечественные знания неизменно имеется синтез идей, их объединение в более сложные ассоциированные комплексы, с которыми мы связываем существование связей и предметов между ними. Но чувственный опыт по собственной природе не дает нам связи идей, он ограничивается фиксацией ощущений. По данной причине чувственный опыт не имеет возможности ни подтвердить, ни опровергнуть те связи, каковые мыслятся при изучении природы (в этом сущность юмовского скептицизма). К примеру, мы оперируем понятием причинной связи, но сообщение эта как таковая не дана в ощущении, она не есть чувствуемой действительностью. Получается, что в мышлении имеется некие правила, не имеющие умелого происхождения (у Юма эти правила имеют ассоциативно-психотерапевтическое происхождение), но разрешающие синтезировать чувственный материал опыта в систематизированную картину природы. Эта мысль делается для И. Канта главной при построении его «критической философии». Чувственный материал сам по себе субъективен и не дает точного знания, это положение есть для Канта теоремой. Но мысленному знанию свойственны необходимости и признаки всеобщности, очевидным образом проявляющие себя, к примеру, в математическом знании. Потому, что чувственный опыт ни при каких обстоятельствах необходимости и признаков всеобщности не содержит, он постоянно даёт фиксацию конкретных единичных случаев, то показатели всеобщности придаются знанию мышлением. И на этом основании появляется главная мысль И. Канта. Он считает, что мышление располагает априорными (первичными, доопытными) формами синтеза чувственного материала. Мышление содержит в себе правила конструирования понятий, каковые накладываются на материал чувственного опыта, сводя его в некую единую мысленную картину. Это процесс выстраивания знания германский философ именует трансцендентальной дедукцией. Термин «трансцендентальный» обозначает в этом случае внеопытное, потустороннее по отношению к миру ощущений происхождение названных правил. Как полагал германский философ, организация чувственного материала в пространственные и временные образы уже обеспечивается априорными формами созерцания, описание которых И. Кантом назвал трансцендентальной эстетикой. Т.е. время и пространство при таких условиях оказываются не особенностями природной действительности, не отношениями вещей, но априорными формами созерцания, изначально свойственными людской познавательной способности.

В конечном результате кантовская теория познания оказывается агностицизмом, утверждающим непознаваемость настоящей природы вещей. Мир «сам по себе», мир сущностный недоступен людской познанию, как это вытекает из гносеологии И. Канта. Отечественное знание по Канту, имеется знание о мире являющемся, о «мире для нас», т.е. знание о мире, как он дан нам в опыте, синтезированном априорными свойствами мышления. Мир сам по себе непостижим, он имеется «вещь в себе». На этом основании И. Кант назвал собственную философию «коперниканским переворотом». В случае если ранее истину искали на пути метафизики, т.е. на пути изучения действительности в рвении познать ее саму по себе, то Кант показывает, что все ответы на гносеологические вопросы лежат в изучении мыслительных свойств человека. По данной причине кантовскую критическую философию именуют кроме этого субъективным идеализмом, Г. Гегель именовал ее «плохим идеализмом».

Хорошая теория познания в форме локковского сенсуализма, картезианского (декартовского) рационализма, и кантовского трансцендентализма отразила сущность гносеологической неприятности, появляющейся при изучении процессов познания природы. С одной стороны, умелое познание предполагает чувственный контакт с природным миром и принимает таковой контакт как главный источник познания, главный источник идей о природе. Иначе, его свойства и содержание мышления нельзя вывести из факта чувственного сотрудничества с природным миром. Это было продемонстрировано Р. Декартом, вынужденным опираться при построении теории познания на онтологию дуализма, постулирующего материальную и интеллектуальную субстанции мира. Но яснее всего несводимость мышления к фактам чувственного восприятия была продемонстрирована в трансцендентализме И. Канта. Тем самым было продемонстрировано, что неприятность теории познания, утверждающей познание природы, возможность объективного и точного знания о ней «самой по себе», не разрешиться удовлетворительным образом в рамках задачи «чувственное-рациональное», т.е. в рамках мышления и противопоставления ощущения как средств познания. Предстоящее развитие теории познания потребовало трансформации исходных посылок, касающихся самих оснований познавательного процесса. Но таковой поворот связан с мировоззренческими основаниями, принимаемыми в философских построениях, например, он затрагивает главные философско-антропологические постулаты, касающиеся представление о сотрудничестве познающего познаваемого объекта и субъекта (природы).

В европейскойфилософии 19 и 20 века для того чтобы решительного мировоззренческого сдвига не случилось. Появившийся в начале 19 века позитивизм остался по позиции эмпиризма, но принципиальная неприятность сенсуализма, фиксированная в произведениях Д. Локка и Д. Юма, не была им решена. Позитивизм отказался от главной задачи теории познания, заключающейся в объяснении познавательного процесса, ведущего к получению знания, объективного по собственному содержанию, т.е. в той либо другой форме раскрывающему (отражающему) природные процессы. Главный тезис позитивизма – «долой метафизику» ? свидетельствует отказ от идеи объективности знания, отказ от идеи постижения объективного мира. Вместе с «вещью в себе» из поля зрения позитивизма устранялись все те непростые неприятности, каковые обсуждались в гносеологии XVII ?XVIII века. Место объективной природной действительности заняла «действительность опыта», неизменно относительная и субъективная. В позитивизме Э. Маха знание было представлено как регистрация опыта, как регистрация функциональных связей (корреляций) элементов опыта, названных Э. Махом «элементами мира». В концепциях позитивизма третьей волны (неопозитивизм, логический позитивизм) познание предстает как фиксация в языке умелых данных и последующее выстраивание совокупности языковых высказываний правильно формальной (бинарной) логики. Место теории познания занял анализ языка наука, ставший основной предметом изучения так называемой аналитической философии.

Поиск нового решения проблем теории познания стал вероятным на пути трансформации представлений о познавательном взаимоотношении природы и человека. Решающим причиной стало тут положение о деятельной природе человека и деятельном характере природы и взаимодействия человека. Предметная деятельность есть неотъемлемым показателем людских сообществ. Данный событие стало ведущим в марксистской концепции людской истории, и как полагал К. Маркс, изготовление неестественных труда и орудий и трудовая деятельность в целом стали причиной, вывшем человека «из царства необходимости в царство свободы», т.е. переходом из природного состояния в историческое. В теории познания признание деятельной деятельного характера и природы человека его сотрудничества с природой ведет к кардинальному трансформации представления о методе данности человеку познаваемой им природной действительности. В хорошем сенсуализме объект познания представлен через ощущения, через чувственное восприятие, и это порождает те трудности, на каковые натолкнулся сенсуализм при обосновании теории познания. Представление о деятельной природе человека ведет к осознанию того, что познаваемые объекты даны человеку в формах практики. Еще Ф. Бэкон показывал, что природа яснее всего проявляет себя в «стесненном состоянии», т.е. в то время, когда она включена в предметные действия человека. Ему же в собственности афоризм, что человек может разным образом соединять тела природы, другое она совершает сама. В противном случае говоря, человек формирует определенные предметные структуры, каковые, с одной стороны, являются средствами успехи цели людской деятельности и в этом смысле субъективны. Но то, что происходит в таких структурах, имеется формы природных процессов. Об этом, фактически, сообщено в афоризме Ф. Бэкона. Тогда познание предстает как реконструкция объективного содержания предметных действий, как вычленение природных сотрудничеств, совершаемое методом конструирования соответствующих абстрактных объектов и абстрактных схем (совершенных моделей).

Примером может помогает освоение механических явлений, начатое человеком в актах его практического действия с старейших времен. Первые законы механики, к примеру, законы равновесия сил были установлены Архимедом на протяжении анализа действия несложных подъемных механизмов. Решающий прорыв в установлении законов механики был совершен в семнадцатом веке на протяжении экспериментальных изучений Г. Галилеяи в завершающих данный век теоретических изучениях И. Ньютона. Теоретическая реконструкция природного содержания, являющего себя в предметно-практических действиях, совершается методом конструирования абстрактных объектов, замещающих настоящие объекты практического либо экспериментального действия.

Мысленные абстрактные объекты являются носителями ограниченного числа особенностей, носителями которых являются настоящие объекты практического действия. К примеру, материальная точка имеется слишком общий объект, замещающий любое тело, владеющее определенной массой. Масса оказывается единственным свойством настоящего предмета, что приписан совершенному объекту, не владеющему протяженностью. Из абстрактных объектов для того чтобы рода, поставленных в определенные отношения, конструируются абстрактные схемы (абстрактные модели). Отношения абстрактных объектов втакого рода схемах повторяют отношения настоящих предметов, входящих в предметную структуру практики и вовлеченных тем самым в соответствующую форму природного процесса. Научная теория, ее язык, ее понятия и термины теоретического, описания формируются на протяжении выстраивания таких совершенных моделей. На уровне абстрактных объектов и абстрактных схем делается вероятным использование средств математики. Создаваемая теория обрисовывает конкретно абстрактные схемы, в противном случае говоря, отношения и свойства абстрактных объектов. Эти описания покупают статус знаний о природепоскольку абстрактные модели смогут быть в некотором роде соотнесены с природной действительность, отождествлены с нею. Такое соотнесение совершается в контексте познания природы и деятельности преобразования. Чувственные его мышление и восприятия человека вовлечены в данный процесс. Но системным началом, соединяющим мышление, действия и ощущение с предметами, есть деятельная активность человека, в контексте которой формируется познание как ее нужная сторона.

Так, теория познания в философии прошла сложный путь развития. Обстоятельство постановки неприятности прячется в особенностях людской мышления, в котором мир представлен посредством абстрактных конструктов и понятий. Теория познания обязана растолковать появление абстракций отечественного сознания и их свойство отразить закономерности и свойства природной действительности.Ответ этого вопроса основывается на определенных представлениях о природе человека и о характере мира и познавательного взаимодействия человека. Это сотрудничество возможно достаточно сложным, но в его основании, как в основании многих особенностей человека, лежит предметно-деятельное отношение к природе, с которого начинается разумная людская история.

Неприятность познания в философии


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: