Сатурн в двенадцатом доме

Что делать человеку, которого норовит пожрать отчизна-мать?

Производить планетарное сознание.

Это любитель-эмпирик, субъект, доставляющий максимум проблем спасательным группам в горах и на море. Дилетантские роли этого человека уводят его в нехоженые дебри и неисследованные страны, и самое необычное, что он, не владея опытной подготовкой, все же подсознательно, а время от времени и сознательно, в том направлении пытается и иногда возвращается не только целым и невредимым, но и значительно расширив собственный спектр и сознание возможностей.

В «полевых» обстановках этому человеку оказывает помощь не опытная сноровка, а искренняя и часто жертвенная любовь к окружающей действительности; в случае если ему удается осознать, чего она от него ожидает, то финал бывает не только успешным, но и в высшей степени серьёзным для человека: ему раскрываются структуры, ответственные для всей его жизни.

На низком уровне проработки нюанса данный человек испытывает ужас перед любительскими ролями и искренними, жертвенными проявлениями собственной любви — ему думается, что он все сделает не так, его неправильно осознают и вскользь съедят. Преодолеть данный ужас возможно только погрузившись в незнакомую среду и почувствовав, что она вправду испытывает недостаток в его любви, пускай и несовершенно выраженной — а без этого ему все равно не обойтись.

Его сердце разрывает любовь к незнакомым прекрасным и нуждающимся и опасным реальностям как раз и лишь в нем существам, их населяющим.

Глава 11
ПЕРЕХОД ОТ МАНИПУРЫ К СВАДХИСТХАНЕ, либо ДЕВЯТЫЙ ДОМ

Главные слова: жертва структуры; распад; разрушение; развертка; последовательное изложение; продвинутое обучение; духовное учительство.

«За великими реками

Поднимется солнце, и в утренней мгле

С опаленными столетиями

Припаду я, убитый, к почва.

Крикнув свирепым вороном,

Целый дрожа, замолчит пулемет,

И тогда в моем сердце порванном

Голос твой запоет».

(Н. Заболоцкий)

Двенадцатый дом исчерпывает до конца функцию объекта; девятый же свидетельствует прекращение его существования как единого целого и распад на составные части либо элементы, другими словами смерть структуры объекта. Наряду с этим происходит отбор: часть этих элементов употребляется средой как уже готовый материал для постройки собственных структур (четвертый дом), а другое подвергается окончательной изменении под восьмым домом (см. главу 12) Примером процесса девятого дома помогает начальная фаза изготовление салата либо винегрета, в то время, когда хозяйка выкладывает фрукты и овощи на стол, отбирает необходимые, их чистит и режет на небольшие кусочки, попутно удаляя подгнившие места, кожуру громадных огурцов, черенки и сердцевину яблок и т. п. Наряду с этим в салатной миске неспешно происходит формирование новой структуры (обозначенной в кулинарной книге), которая в недалеком будущем совсем оформится в виде подаваемого на стол кушанья.

Низшая октава девятого дома — это хищническое разрушение богатого объекта для извлечения из него незначительной части, нужной человеку — как ему думается на данный момент; о том, какова будет судьба уничтоженного объекта, человек в большинстве случаев не думает, не смотря на то, что зря: разрушение под девятым домом — весьма интимное воздействие, и не отработанная преждевременно разрушаемым объектом карма переходит конкретно на разрушителя.

Конечно появляющиеся обстановки девятого дома характеризуются, во-первых, готовностью к этому самого объекта, уже лишенного к этому времени любви и формы, во-вторых, в большинстве случаев, скоростью утилизации и высокой степенью результатов распада, а в-третьих, одновременным исчезновением весьма многих (подавляющего большинства) связей между элементами объекта, так что в следствии они оказываются практически изолированными друг от друга, чем значительно облегчается отбор среди них нужных для каких-либо целей.

Так распадается групповой эгрегор дружного класса по окончании выпускного вечера, а остатки некогда сплоченного коллектива разбираются учебными и опытными эгрегорами: одни идут обучаться дальше, другие — трудиться, кто-то уезжает на долгое время, а кто-то и окончательно.

Не нужно принимать девятый дом как торжество хаоса. В конечном итоге культурное его проведение никак не легче, чем при вторых, на вид более конструктивных домов; изюминкой девятого дома есть его более поверхностно-очевидный жертвенный суть, но и удовлетворение потребностей среды в этом случае никак не более легко, чем в ситуации любого другого дневного дома.

Обстановка девятого дома требует не просто разрушения структуры объекта, но для того чтобы ее разрушения, при котором его элементы рассыпаются в порядке, эргономичном для их ассимиляции средой. Исходя из этого довольно часто девятый дом предполагает определенную развертку, либо последовательную схему освобождения элементов, от выбора которой в громадной степени зависит эффективность протекания процессов этого дома.

Обычный пример обстановки, где остро поднимается неприятность развертки (и, следовательно, ощущается дыхание девятого дома) — это последовательное изложение материала, к примеру, в лекции либо личной беседе. Представьте себе, что вам необходимо изложить собеседнику какую-то сложную идея, обрисовать незнакомую ему обстановку, ввести в курс дела, изобилующего подробностями. Ясно, что многие подробности тут неуместны — необходимо излагать «обнажённую» сущность (другими словами главную структуру), но сделать это сходу, в одном слове либо предложении, нереально, и приходится прибегать к расчленению информации на отдельные моменты и последовательной передаче их собеседнику; какая картина сложится в следствии у него в голове, в большой мере зависит от уровня проработки рассказчиком собственного девятого дома (а слушателем — четвертого).

Говоря об обучении, легко понять, что дневным зданиям соответствует роль преподавателя, ночным — ученика. Под девятым домом (для преподавателя) идет продвинутое обучение, которому подвергаются подготовленные ученики, талантливые самостоятельно оценить и отобрать необходимые для себя информационно-энергетические крупицы и после этого встроить их в картину собственного знания. Для учеников наряду с этим включается четвертый дом, другими словами формируются главные структуры знания о предмете.

Серьёзным частным случаем обучения под девятым домом есть узкое духовное учительство, другими словами то обучение, которому гуру подвергает собственных самый родных продвинутых учеников. Тут, при передаче самый ценного опыта, происходит жертва самой интимной его частью, другими словами структурой: преподаватель передает главное содержание глубочайшей тайны, ему открытой. Тут громадны возможности профанации, другими словами недооценки приобретаемой информации либо принципиальной неосуществимости ее воспринять со стороны учеников — исходя из этого их в большинстве случаев необходимо продолжительно воспитывать и готовить к «высокому» обучению. Одновременно с этим формы последнего, напротив, снаружи значительно более свободны и из того, что передает преподаватель, ученик волен сам выбирать нужную ему данные и по собственному усмотрению включать в собственный комплект умений и знаний. Ясно, что это накладывает громадную ответственность на преподавателя — значительно громадную, чем в то время, когда он любовно-непритязательно играется с учениками (двенадцатый дом) либо в достаточно определенной манере учит их профессионализму «от сих до сих» (одиннадцатый дом). В конечном итоге формирование главной структуры знания ученика определяется жертвенно-распадающейся в ходе обучения структурой преподавателя, и совсем не имеет значения, что только немногие ее элементы усваиваются учеником: в конечном итоге, в соответствии с голографической парадигмой, другими словами принципом тотального единства мира, в каждом из элементов структуры скрыта информация о ней в целом.

Более неспециализированным образом, возможно заявить, что девятый дом — это одна из двух частей процесса воспроизводства фундаментальных структур; вторая его часть — это, соответственно, четвертый дом. Так, к примеру, трансформируются идеи при переходе от поколения к поколению: ветхая структура, другими словами главное содержание, либо сущность, передается от старших к младшим, и последние, отсеивая то, что они подсознательно вычисляют «шелухой» либо «чешуей», встраивают другое в собственный подсознание (и частично сознание) — но принцип (хотя бы относительной) добровольности восприятия тут необходим, потому что в случае если его нет, а обучение идет, скажем, под одиннадцатым домом, то над главными структурами оно не властно, и они остаются практически не затронутыми.

* * *

препятствия и Трудности. разрушение и Распад — слова, наделенные, мягко говоря, не самыми хорошими ассоциативными последовательностями; то же возможно сообщить и о терминах «остатки» и «отходы», которыми создатель вынужденно пользуется при описании судьбы узких тел и особенно нисходящих потоков. В этом отражается определенный инфантилизм публичного подсознания, настойчиво не желающего признавать, что смерть — это разрушение и часть жизни характерно природе вещей в той же мере, что и созидание. Безотходная разработка, характерная природе, свидетельствует, что отличие между «отходами» и «плодами», между продуктами распада и синтеза содержится только в фазе процесса, а забота о верном разрушении и подготовка доброкачественных отходов никак не меньше ответственна, нежели упрочнения по оформлению либо синтезу.

Итак, первое препятствие к верному проведению обстановок девятого дома — это подсознательное, а довольно часто и сознательное негативное к ним отношение, либо их обесценивание. «Мне не нужна вечная игла для примуса, я не планирую жить всегда!» — сообщил в свое время Илья Ильф, показав так не характерную его времени заботу о последствиях собственных действий. А в это же время понятие конструктивности относится к дневным зданиям в той же мере, что и с ночным, например, распад возможно очень неконструктивным, в особенности в случае если его не признавать либо проигнорировать.

В наш век экологических трагедий и пробуждающегося экологического сознания сообщённое выше может показаться читателю очевидным (не смотря на то, что и не легко исполнимым). Но существует наровне с внешней еще и внутренняя экология, относящаяся к внутреннему его подсознанию и миру человека, и тут обстановка с проблемами девятого дома никак не меньше драматическая.

В большинстве случаев человек, начинающий заниматься самосовершенствованием , в особенности в рамках духовного ученичества, интенсивного следования той либо другой концессии либо патентованно стремительного пути восхождения, спасения и просветления души, мыслит собственный «низшее» начало как главного антагониста, нимало не вспоминая о том, что никакая программа подсознания, выражающаяся в склонности к греху, лени, сомнениях и т. д., не может быть стёрта с лица земли окончательно и бесповоротно: она может только ослабляться под одиннадцатым и двенадцатым зданиями и после этого распасться под девятым; но каковы будут структурные элементы, на каковые она рассыпается, какая часть из них и в каком виде войдет и в новые психологические структуры, а какая вовсе не сможет быть адекватно ассимилирована и в следствии отравит психику — об этом прозелит, в большинстве случаев, не думает. А все остальные, другими словами не заявленные «официально» враждебными, программы подсознания человек в большинстве случаев хранит и лелеет и всячески пробует не обращать внимания на их разрушение.

В качестве подмены девятому дому часто употребляется пятый, другими словами разрушение структуры интерпретируется как неизбежные несущественные недостатки, обусловленные непринужденной игрой пятого дома: так дети рассыпают песок около песочницы и царапают краску на грибке. Такая подмена проходит, но, лишь начинаеться, другими словами при включении девятого дома, а в то время, когда грибок в одночасье рассыпается и на месте бывшей песочницы обнаруживается глубокая лужа с нечистой водой, фальшивая догадка пятого дома отпадает (не смотря на то, что человек может придерживаться ее и не обращая внимания на очевидность). Время от времени возможно спутать девятый дом с первым, в случае если счесть структурный распад объекта за его самовыражение, но эти дома легко различимы по многим показателям, прежде всего по сохранению под первым домом целостности объекта, а во вторую — по реакции среды; при первого дома она сугубо альтруистична и как бы оберегает все его проявления, а при девятого, напротив, пытается тут же растащить то, что остается от объекта, по кусочкам в различные стороны.

Неправильное априорное отношение к девятому дому (значительно чаще негативное) не только мешает человеку выяснить момент его включения, вместе с тем обычно не дает и адекватно отработать соответствующую обстановку, неоправданно ее уменьшая и не давая объекту распасться до нужной степени.

В психотерапевтическом замысле это проявляется, к примеру, в форме фальшивой жалости к себе и вторым и ведет к происхождению на месте недораспавшейся ткани очага хронического воспаления.

* * *

Изучая жизнь коллективов и их эгрегоров, разглядывая разрушения и процессы созидания в узком мире, приходится признать за последними никак не меньше основополагающую роль, чем за первыми. Часто в жизни коллектива появляется отчетливая негативная тенденция (и соответствующий ей паразит), которую не удается конструктивно трансформировать и органично ассимилировать в публичную судьбу (а паразита, соответственно, перевоспитать либо отучить от плохих привычек). В определенный момент общество должно сообщить данной тенденции жёсткое «нет» и уничтожить ее, а попутно бережно расчленить соответствующего ей паразита. Высвобождающаяся наряду с этим энергия возможно использована конструктивно, к примеру, с целью упрочнения связующих структур общества — так укрепляется чувство единства народа по окончании победы над неприятелем; наряду с этим не имеет значения, внешний он либо внутренний, но значительно, что он антагонистичен народу и его нужно не перевоспитать, в частности стереть с лица земли «как класс», другими словами ликвидировать его структуру.

Девятый дом в жизни пары — это прежде всего обстановки распада каких-либо лишенных уже Божественной любви конструкций парного эгрегора, чему в большинстве случаев сопутствует образование из их обломков новых глубинных структур, но не обязательно в самой паре, а быть может, и во внешнем мире. Фактически включение девятого дома свидетельствует, что в отношениях между партнерами что-то необратимо рушится, и наряду с этим довольно часто распадаются и внешние программы, каковые партнеры вели совместно (не смотря на то, что это могло быть им и не очевидным).

Время от времени таковой распад сопровождается эмоцией глубокого облегчения (в случае если распадающаяся структура уже полностью исчерпала себя, другими словами двенадцатый дом обглодал ее дочиста) и надеждой на новое будущее, время от времени, напротив, вызывает отчаянный протест и желание склеить обломки — но из этого ничего не получается: не цветут цветы запоздалые, как заметил Антон Чехов, данный певец девятого дома низшей октавы, сумевший в собственном творчестве начисто не подметить (либо удачно проигнорировать) его мельчайшие конструктивные моменты.

Ключевая роль девятого дома в жизни пары — это продвинутое духовное обучение, которое вероятно в нескольких вариантах: сперва эгрегор, распадаясь, учит пару (что часто выражается в скандалах, разрушении и потерях неспециализированных программ), после этого эгрегор через одного из партнеров учит другого (роли гуру и ученика смогут изменяться), и наконец пара как единое целое жертвенным образом учит мир — в случае если это домашняя пара, то прежде всего собственных детей, а во вторую — их дедушек и бабушек.

Девятый дом в жизни семьи сопровождается видимым, а время от времени и невидимым, но ощутимым распадом домашнего эгрегора и ведомых им программ — в большинстве случаев, уже исчерпавших себя, но довольно часто не всецело, по крайней мере, в глазах некоторых участников семьи. В большинстве случаев в семьях распределение нагрузки на домочадцев при включении любого диалектического перехода неравномерно, другими словами одни дома ложатся собственной тяжестью в основном на отца, другие — на маму, третьи — на старшую дочь и т. д. (тут читатель может усмотреть преимущество «патриархальной» семьи с несколькими многочисленными детьми и поколениями — она значительно легче делается моделью макрокосма, чем современная одно-двухдетная семья, из которой старательно удалены дедушки и бабушки, «чтобы не мешали жить молодым»). Фаворит домашнего девятого дома, другими словами член семьи, что берет на себя максимум его нагрузки, может стать ее духовным преподавателем, но предварительно обязан перенести в основном на собственных плечах много крушений и семейных обвалов, по окончании которых остаются только обломки — но при ближайшем рассмотрении достаточно полезные и талантливые лечь в фундамент будущих домашних проектов и конструкций.

И только на весьма большом уровне развития семьи ее девятый дом будет означать включение ее в роли признанного продвинутого и тем более духовного преподавателя окружающего социума; а сначала на остатках ее девятидомных крушений будут кормиться откровенные социальные паразиты.

Девятый дом в жизни страны сопровождается развалом его более программ и нежизнеспособных структур, из которых незаметно ушла Божья благодать, либо ее не хватало сначала — такова будущее многих национальных проектов, умирающих фактически в момент рождения.

В дуализме государство-этнос последний довольно часто конечно разглядывать как среду; исходя из этого девятый дом для страны часто оборачивается четвертым для народа, другими словами население как-то консолидируется и обретает структуру (к примеру, появляются внегосударственные организации перемещения, объединения и т. п.) при крушении национальных программ. На низком уровне это указывает рост самостийного уголовного «перемещения», осуществляющего власть предельно твёрдыми способами, коррупцию, взяточничество, «кумовство» и т. д.

Иначе, распад всецело отработанной национальной структуры время от времени не только происходит практически безболезненно, но и дает готовые элементы для как следует новых национальных же структур — это путь кардинальных, но корректных и продуманных реформ, осуществляемых с учетом фактических и потребностей либо потребностей населения и возможностей власти (и мнения и воли демиурга Соборной Души народа).

Девятый дом в жизни компании довольно часто начинается невидимым образом: совсем срабатываются и рассыпаются на части механизмы ее эгрегора, по окончании чего в компании, а также в ее отношениях с внешним миром происходит что-то наподобие провала (либо развала). Обстоятельства для этого смогут быть любыми (пожар на складе, неожиданные затруднения со сбытом продукции, массовое увольнение сотрудников, резкий конфликт между подразделениями и т. д.), принципиально важно, что разрушения необратимы и требуют не залатывания дыр, а создания каких-то новых конструкций, куда в качестве ответственных структурных элементов войдут сохранившиеся части ветхих.

На низком уровне проработки девятый дом вызывает по большей части негативные эмоции (либо тайное злорадство) у коллектива компании, привыкшего к установленному порядку и его кроме того очевидному злу, и не ожидающего ничего хорошего от разрушения последнего. Проработка свидетельствует сознательное рвение вписаться в ритм разрушений и созиданий и проводить нужный распад девятого дома с большим вниманием к потребностям среды — внутренней и внешней, дабы она при создании собственных структур имела возможность воспользоваться остатками бывших.

Кто это заявил, что нельзя построить собственный счастье на обломках чужого? В жизни в большинстве случаев как раз так и происходит, но лишь не в прямолинейном понимании этих слов и не по хотению человека, а под управлением Мирового Разума.

Девятый дом в сюжете книги — к примеру, момент, в то время, когда у храбреца происходит кризис крушения его замыслов, либо, второй вариант, в то время, когда собравшее за время повествования силу добро наконец выясняется в состоянии одолеть всю дорогу победно торжествовавшее и появлявшееся несокрушимым зло.

Для самого писателя девятый дом может обернуться неспособностью и кризисом жанра писать дальше: муза как будто бы отворачивается от него и неясно, как привлечь ее внимание обратно. Писатели средней руки в таких случаях либо выпивают неприятную, либо пишут дальше, стараясь не обращать внимания на отсутствие воодушевления, и это прямо отражается на качестве текста в тех его местах, где происходит распад внешней либо внутренней действительности храбрецов: последняя начинает казаться читателю бутафорской, наподобие финальной сцены «Приглашения на казнь» Владимира Набокова.

Бережный автор ни при каких обстоятельствах не потеряет обломков уничтоженной структуры храбреца: они в обязательном порядке всплывут дальше в повествовании в качестве серьёзных элементов новых структур и станут их украшением. Заканчивать роман разрушением сосуда зла не только очевидно и весьма неэкономно, вместе с тем имеется пренебрежение к естественным заинтересованностям читателя, желающего определить, кто же унаследовал его черепки.

* * *

Сильный девятый дом дает человеку громадную склонность к трагедийному восприятию мира; для него распад, а также еще во многом функциональных структур скорее норма судьбы, чем исключение из ее правил.

На самом высоком уровне проработки это дает свойство к продвинутому обучению подготовленных учеников а также духовному учительству в узком смысле слова — в основном, на материале транзитного потока, управляемого девятым домом либо в тесной связи с ним. Но для этого человек обязан пройти через значительные разрушения многих структур — и внешних, и внутренних — и обучиться видеть глубочайший и конструктивный суть в самом ходе распада, так и в его остатках — обломках бывшей структуры.

Искушением в этом случае будет попытка воспринять ситуации девятого дома как борьбу со злом — чисто внешним и всецело антагонистичным. Сложность содержится в том, что оно в этом случае вправду должно быть расчленено, другими словами по сути стёрто с лица земли, но во-первых, в первую очередь в самого человека, а во-вторых — с громадным вниманием к тому, что от него остается и в большой мере для этих остатков, о которых человеку, возможно, и думать-то неприятно.

На низком уровне это возможно демон разрушения, которому, как ни необычно, сходят с рук дела, за каковые второй в далеком прошлом бы уже поплатился. Это вариант тёмного учительства, начинающегося с разрушения внешнего мира и завершающегося саморазрушением, и чем скорее человек это поймёт, тем лучше для него.

не сильный девятый дом дает человека с устойчивыми внутренними структурами, каковые в течение его судьбы будут разрушаться в малом степени — исключение составит только транзитный поток, управляемый домом.

Ему будет чужд пафос разрушения ветхих, отживших объектов; кроме того если они прожили собственную жизнь до конца и отдали собственные форму, любовь и потенциал, ему все равно будет казаться, что их рано разбирать на подробности, пускай еще поживут, возможно, окажутся на что-то талантливыми… Такое же отношение у него будет к качествам и собственным свойствам, и идея о том, дабы значительно измениться, сокрушив какое-то конкретное зло в себе, покажется ему нелепой и неосуществимой — так как это же я; я могу как-то в чем-то измениться, но действительно сражаться и пробовать разбить себя наголову — это несерьезно.

Такому человеку тяжело отыскать вкус в ходе разрушения структур неприятеля, но всецело избежать занятий для того чтобы рода ему все-таки не удастся.

Гармоничный девятый дом дает человеку громадную устойчивость в обстановках распада; он интуитивно знает, в то время, когда и чем необходимо пожертвовать и не особенно печалится о разрушении, в то время, когда оно происходит — во-первых, вследствие того что значительные его интересы оно в большинстве случаев затрагивает слабо, а во-вторых, по той причине, что может заметить будущие пользы от разрушения объекта и устроить процесс распада так, что куча хлама, остающаяся на месте бывшего объекта, имеет в полной мере приличный вид и ясны возможности его предстоящего конструктивного применения. В части соблазнов данный человек склонен к недорогому духовному учительству либо пародиям на продвинутое обучение в регионах, на каковые продемонстрирует положение девятого дома в Зодиаке и планеты в этом доме, и их нюансы. Проработка требует переноса внимания вовнутрь себя и осознания процессов внутреннего распада; в особенности это относится к уничтожению структур, поддерживающих низшие для него программы подсознания — тут принципиально важно вправду их уничтожить, а не пробовать проецировать эту проблему вовне.

Пораженный девятый дом дает человеку весьма непростую и напряженную судьбу, в особенности до тех пор пока он не начнет осознавать и применять возможность (а для него лично — и острую необходимость) ответа внешних неприятностей методом внутренней проработки, другими словами работы над собой.

В глазах окружающих тридцать три несчастья сопровождают этого человека все время, и в основном в виде как бы случайных препятствий, внезапных обстоятельств и осложнений, разрушающих, причем достаточно неприятным образом, значительные конструкции его внешней жизни. Их акцентуация зависит от положения девятого дома в Зодиаке и планет в нем; к примеру, пораженный девятый дом в Деве даст склонность к травматизму, а в Стрельце возможны устойчивые нарушения практического мышления, имеющие тяжелые каузальные последствия и прорабатывающиеся с трудом.

Пораженный девятый дом ставит перед человеком достаточно твёрдую альтернативу: либо он добровольно прощается со многими низшими программами собственного подсознания, разрушая их как таковые для того, чтобы потом на их месте либо из их остатков появились более эволюционно продвинутые, и тогда он сможет стать преподавателем для очень продвинутых учеников, либо же он принесет в мир большое количество разрушения и хаоса и вполне возможно будет сам засыпан их обломками.

Девятый дом в символах

Положение девятого дома в символе выяснит транзитный поток, в котором отзовется всякое разрушение структуры в жизни человека, и само по себе такое разрешение будет неизменно знаком некоторых процессов, происходящих в этом потоке. Тут человеку необходимо подготавливаться к жертвам и трудностям, например, к распаду структур, не смотря на то, что и фактически лишенных функциональности, но все же привычных для человека и часто им еще любимых, и уж по крайней мере разглядываемых как «собственные». Иначе, девятый дом может решить совсем тупиковые неприятности, радикально уничтожая зло, которое не удается ни трансформировать, ни перевоспитать, ни отвадить, и затевать действия по уничтожению его структуры оптимальнее с поиска подобного объекта в соответствующем девятому дому транзитном потоке и наблюдения за распадом его структур (а быть может, и корректной помощи этому распаду).

Девятый дом в Овне,
либо на нисходящем буддхиальном потоке

Тяжесть созерцания гибнущей цивилизации смягчается истиной бессмертия души.

Тема распада будет интересовать этого человека глобально: смерть цивилизации, крушение империи, прекращение громадных идей либо программ. Этому соответствует особенный душевный склад, при котором ценностные противоречия и экзистенциальные тупики являются продуктами распада подлинных атманических воодушевлений, и они, прорастая и развиваясь на буддхиальной земле, неспешно раскрывают и обнажают собственную структуру, но в конце от нее ничего не остается. Тут жертвенность мироустройства дана человеку в весьма сущностных переживаниях, он видит, как великие идеи, распадаясь, теряют не силу (что характерно для одиннадцатого дома) а также не душу (двенадцатый дом), а само главное собственный содержание, преобразовываясь в бессвязный комплект осколков — но тем питают развитие жизненных сюжетов.

Для низкого уровня проработки нюанса характерен ужас душевного распада — что-то наподобие (ценностного) раздвоения либо растроения личности. Проработка свидетельствует принятие этого раздвоения а также растроения и конструктивную работу на обоюдных ценностных напряжениях появившихся ипостасей «я» человека.

Девятый дом в Тельце,
либо на нисходящем каузальном потоке

В то время, когда рубят лес, летят щепки предательства.

У этого человека тема распада будет реализовываться прежде всего в потоке его жизненных событий, причем распадаться будет главная структура, попадающая из буддхиального тела — зародыш событийной цепочки, по мере того, как он будет созревать и отцветать.

В жизни это указывает громадные сложности в реализации человеком собственных замыслов: они довольно часто окажутся противоречивыми, и события отправятся так, как словно бы их должны вести (и волноваться) пара человек сходу. На низком уровне проработки нюанса данный человек окажется любителем и большим путаником браться за сложные дела, каковые ему в одиночку не осилить; однако он будет обнаружить особенный вкус, гоняясь сходу за двумя либо, значительно лучше, десятью зайцами. Проработка идет в виде расчленения и отыскания корней собственной неорганизованности в глубинах подсознания (какие конкретно энергии наряду с этим необходимо укротить, продемонстрируют планеты в девятом доме и положение Венеры в гороскопе).

Девятый дом в Близнецах,
либо на нисходящем ментальном потоке

«Куплю коллекцию самообманов в хорошем состоянии»

В жизни этого человека тема распада самый остро и акцентированно раздастся в его мышлении (не только осознаваемом, но и неосознанном): будут распадаться его ментальные медитации, посвященные обдумыванию того либо иного события. Человеку довольно часто будет казаться, что в него имеется пара индивидуумов, любой из которых имеет собственный вывод, как как раз необходимо обрабатывать событийную данные, и эти мнения чересчур довольно часто будут приходить в несоответствие между собой. При гармоничном девятом доме это не смутит человека, он скорее засмеётся над собственным раздвоением либо расчетверением, но неприятности этим не примет решение. Проработка нюанса идет в направлении принципиального принятия изюминки собственного ментального потока, заключающейся в разложении структуры исходного каузального кванта и попытках работы в таком порванном и разноречивом ментальном поле. На низком уровне человек совсем в нем теряется, не видит возможности в нем пребывать, пробует спроецировать вину на внешний мир, не подмечая того, в какой мере он сам есть источником хаоса и ментального разброда.

Девятый дом в Раке,
либо на нисходящем астральном потоке

Личность живописца с отвращением относилась к его творениям, как и они к ней.

Данный человек воспримет обстановке распада в собственной жизни прежде всего эмоционально, и в непроработанном варианте нюанса ему будет весьма тяжело согласовать собственные эмоции по мере их, так сообщить, протекания: одна его часть будет четко радоваться, тогда как вторая — печалиться, третья — раздражаться, а четвертая, как ни необычно, останется совсем равнодушной ко всему. Имеется, само собой разумеется, люди, для которых подобная эмоциональная полифония органична, но в этом случае это так: человека будет мучить (и портить ему здоровье) постоянное рассогласование, разорванность его эмоций, и обстоятельство этого он, вероятнее, отыщет во внешнем мире, а правильнее — в его несовершенстве. На низком уровне проработки нюанса это дает весьма неприятный, непоследовательный и дисгармоничный эмоциональный склад, человек рвет собственными эмоциями окружающих, часто доводя их до белого каления при самом добром их отношении. Проработка требует осознания особенной специфики собственных замены и эмоциональных реакций эмоционального нигилизма попытками конструктивно увязать между собой разнообразные голоса собственных эмоций, так, дабы они не рвали ни астрального, ни эфирного тел.

Девятый дом во Льве,
либо на нисходящем эфирном потоке

Моя эмоциональная судьба все время входит в несоответствие с половой.

В жизни этого человека тема распада самый остро отзовется в биоэнергетических процессах, а основное — тех напряжениях, каковые, будучи не в силах удачно разрешиться на эфирном уровне, опускаются через канал Девы в физическое тело и становятся первичными импульсами перемещений. На низком уровне проработки нюанса это дает громадную эфирную рассогласованность и часто противоречащие друг другу команды, каковые Дева передает физическому телу. Так отрабатываются эмоциональные напряжения, и в большинстве случаев человек склонен видеть обстоятельство собственной биоэнергетической разорванности и дискомфорта (а потом кроме этого и физических заболеваний) как раз в неадекватности либо низком качестве собственной эмоциональной жизни, но в конечном итоге это не верно.

Проработка требует принятия человеком специфики собственных эфирных медитаций, разрушающих структуру начального импульса, приходящегося из астрального тела, каким бы цельным и гармоничным он ни казался. Самые хорошие переживания смогут вызывать у этого человека биоэнергетический стресс либо разнобой, пока он не обучится (в основном интуитивному) мастерству сочетать не антагонистическим образом разные эфирные эффекты, не то что согласуя их между собой, но превращая в приемлемые для физического тела и канала Девы напряжения и тупики.

Девятый дом в Деве,
либо на транзитном физическом потоке

Тайное преимущество вегетарианца содержится в том, что он лучше мясоеда переваривает морковку.

Неприятности распада данный человек живёт прежде всего на своем физическом теле, и на низком уровне проработки это выражается в том, что чувство напряжения не оставляет его кроме того в состоянии отдыха и расслабления. Его физические перемещения производятся им так, что производят не те физические плоды, каковые необходимы эфирной земле, либо слишком широкий ассортимент этих плодов, так что они засоряют и отравляют биоэнергетику; то же относится и к деятельности желудочно-кишечного тракта. Особенно ярко эти эффекты ощущаются при сильном включении обстановки девятого дома, (кроме того если она не имеет отношения к его физическому телу), но и в простое время указанные неприятности сохраняются.

Особенность, характерная для этого нюанса, содержится в особенном характере создания физических плодов — они во многом созревают на продуктах распада структуры исходных импульсов перемещения человека — он как бы не успевает довести перемещения до запланированного финиша, и с этим тяжело примириться, поскольку перемещения оказываются малоэффективными, но лишь приняв это, возможно обучиться верно восстанавливать эфирные матрицы и свои силы.

Девятый дом в Весах,
либо на восходящем эфирном потоке

«Экстренная помощь утомившимся от судьбы. До 18 и по окончании 70 безвозмездно».

Тема распада коснется этого человека прежде всего на материале его здоровья, причем в громаднейшей степени в той его части, которая снабжает энергетикой тело, например, поддерживает (либо разрушает) эмоциональный фон.

На низком уровне проработки это указывает сбои самого процесса созревания эфирных плодов и соответственно низкое их уровень качества: при самом самочувствии человек и лучшем здоровье не чувствует от них устойчивости и эмоционального удовлетворения. Эфирные плоды в следствии содержат в себе большое количество вредных для астральной земли энергий (в частности, те элементы, каковые должны бы стать пищей канала Девы, другими словами эфирные остатки) и не содержат, напротив, нужной для энергии и астрального тела информации, поскольку процесс их созревания происходит методом нерегулированного распада элементов эфирной земли.

В следствии у человека часто вызревают низкобиологические (звериные) чувства и не достаточно астральной земли для более высоких. Проработка идет в направлении частичного осознания процессов эфирной вегетации и тактичной их регуляции.

Девятый дом в Скорпионе,
либо на восходящем астральном потоке

«Лечение серьёзных форм эгоизма. Заказы от родственников не принимаются».

Этого человека тема распада затронет в первую очередь эмоционально — в ходе формирования итоговых чувств, завершающих его переживания.

Планеты в 12 доме и похороненные жажды предков


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: