Собственное воображение, книжки и видео

Возраст 35 месяцев.

Тут еще нет полноценной ролевой игры, но имеется первые совсем очевидные попытки воспроизвести внешнюю сторону процесса общения. Ребенок пробует на одну реплику подобрать соответствующий ответ. Персонажи медлительно проплывают перед отечественным взглядом, как будто бы аттракцион детской карусели.

Дж. Морено писал, что ребенок в игре входит в роль другого человека, и делается способен принимать его. Он утверждал, что такие феномены как эмпатия, имитация и идентификация имеют в собственной базе «ролевое развитие». При игровом обмене ролями происходит усвоение разных способов вербального поведения.

Усложнение игровой деятельности есть проявлением интенсивного развития познавательной деятельности и потребностно-мотивационной сферы, расширение диапазона психологической активности ребенка, что побуждает его к усвоению и познанию все более сложных объектов и форм социального опыта. Главный механизм социализации в раннем возрасте это подражание, которое формируется благодаря привязанности к родным людям. (Бреслав Г.М. 1990)

В ходе общения принципиально важно познание состояния другого человека, это ни у кого не приводит к, но не нужно упускать из виду да и то, что нам нужно обучиться обладать собственной мимикой, мочь регулировать каждое проявление эмоциональной нагрузки и купить легкость в подборе ответных реплик в бытовом общении. Приведенные тут примеры Вериной игры обосновывают нам, что ребенок уже начал этим заниматься.

В данной главе мы желаем продемонстрировать, как проявляется в игре ребенка влияние на него всей публичной культуры. Социально-экономический культурные различия и статус семьи будут обязательно оказывать влияние на игровое самовыражение. Главные черты структуры игры, ее социальная природа, роль воображения, по большей части, присутствуют. Но конкретное содержание будет в обязательном порядке личным.

Для мелкого ребенка «действительность» не существует как абсолют, ребенок этого возраста конструирует собственный представление о действительности полностью из сообщений своих родителей о ней. Но отечественные наблюдения за игрой являются доказательством того, что ребенок начинает деятельно применять в собственной игре данные, почерпнутую из вторых источников.

Замечая игру, мы можем сейчас утверждать, что ребенок начинает захватывать сведения, приобретаемые из книг, мультипликационных фильмов и тому аналогичных источников информации. Родители перестают быть единственным информационным каналом. Тем самым ребенок готовится к виртуальному постижению мира. Его игра сейчас все чаще выглядит отражением процессов интериоризации знания, взятого из телевидения. Ребенок накапливает материал, из которого потом его фантазия, как из кирпичиков будет строить личные образы.

В соответствии с концепции Л. С. Выготского, окружающая среда выступает для высших психологических функций в качестве источника развития. Вне сотрудничества с обществом человек ни при каких обстоятельствах не купит те качества, каковые показались в следствии развития всего человечества. Выготский всегда подчёркивал, что высшие психологические функции появляются как форма коллективного поведения и только позже, через сотрудничество с другими людьми, становятся личными функциями самого ребенка. Развитие разнообразных форм поведения происходит методом личного опыта благодаря присвоению исторически выработанных способов и форм деятельности.

Процессу развития Л. С. Выготский дает собственный определение. «Развитие— имеется процесс формирования личности, совершающийся методом происхождения на каждой ступени новых качеств, своеобразных для человека, подготовленных всем предшествующим ходом развития, но не содержащихся в готовом виде на более ранних ступенях ».

Идеи Л. С. Выготского были подхвачены такими отечественными психологами, как П. Я. Гальперин, А. В. Запорожец, Д. Б. Эльконин, в работах, посвященных анализу формирования и строения предметного действия, выделению в нем ориентировочной и аккуратной функций. Д.Б.Эльконин делал упор на том, что ребенок сначала усваивает мотивационную сторону деятельности, а только за тем операционально-техническую. нормы и Мотивы, существующие в деятельности взрослых, дети усваивают через воспроизведение их в собственной деятельности.

понимание речи и Достаточное овладение сейчас разрешает ребенку обратиться к новым методам получения информации. В отечественной культуре детям достаточно рано начинают просматривать книжки, показывать картины. Но мы еще не имеем подтверждения о том, какую данные ребенок наряду с этим сохраняет. И только при достаточном уровне развития символической игры мы приобретаем право делать выводы об усвоении ребенком новых знаний из виртуальных источников. В содержании личной символической игры сейчас мы можем отыскать в избытке подтверждение того, что ребенок начал усваивать содержание читаемых ему книжек и просматриваемых им фильмов. Ребенок уже делается в состоянии выйти за рамки узкого мира его семьи и ассимилировать опыт, находящийся в собствености социуму. Он перестает быть зависимым от тех сказок, каковые ему говорит бабушка, другими словами от опыта одного либо нескольких родных людей. Факт постепенного включения в символическую игру новых храбрецов демонстрирует нам, готовность ребенка прильнуть к истокам публичной культуры.

У детей слитность настоящего и фантазийного мира весьма сильна. В некоторых обстановках доставляет ребенку большое количество трудностей, исходя из этого дети опасаются оставаться одни дома. Время от времени они смогут опасаться каких-нибудь портретов либо чёрных шкафов, поскольку фантазия наделяет эти предметы волшебными свойствами. (Осорина М.Б.). Правда Л. С. Выготский утверждал, что ребенок достаточно определенно различает фантазию, реальность и вымысел, играясь, он говорит, что это «понарошку». В то время, когда эксперты говорят об игре ребенка, обязательно связывают ее с развитием таковой психологической функции как воображение. Н.Н. Палагина предоставляет достаточно подробное изложение этого вопроса. Она говорит, что свойство к воображению появляется во сотрудничестве ребенка и взрослого не только в игровом общении, но и вне игры. Знакомство со сказками, прочтёнными либо замеченными на видео, содействуют становлению натурфилософской картины мира, в которой представлены иногда фантастические связи окружающей среды и человека.

Поведение

Но отойдем пара от теоретических рассуждений, и постараемся констатировать видимые успехи отечественной Веры. Месяц май.

Словарь, по-видимому, снова удваивается, родители кроме того не подмечают, что Вера говорит многие слова неправильно, они просто научились понимать ее язык. К примеру, слово «небосклон», которое она слышала в песенке про светло синий вагон, Вера, подпевая, произносит как «биасвот». (Нам весьма понравилось, по причине того, что похоже на биосферу.) Сейчас Вера лучше осознаёт содержание книжек, каковые ей просматривают. Она выхватывает все больше новых слов, из окружающих ее потоков чужой речи, прочтённых ей книжек и продемонстрированных видеокассет. Она повторяет эти слова, даже в том случае, если их правильное значение до тех пор пока ею не уяснено. «Буратино и Шапокляк похожи, у них шнобель полосатый». Да. Профиль у этих храбрецов похожий. Но слово «полосатый» употреблено как синоним прилагательного «долгий». По причине того, что говорят: у Буратино колпак полосатый, а в другом сочетании прилагательное «полосатый» Вере еще не попадалось, и она еще не уяснила, что это за черта. Вера предпочла ее применять для обозначения формы, а не цвета.

Началась весна. Веру стали вывозить на дачу. И мы замечаем, как у ребенка всплывают прошлогодние воспоминания, каковые относятся помой-му к довербальному периоду. «Дед, у тебя была громадная белая собака». Все поражены, поскольку собака погибла ровно годом ранее, и до поездок на дачу Вера о ней не вспоминала.

Услышав, что мама обрабатывает ютубничную грядку, шепетильно обрезая прошлогоднюю пожухлую листву, стараясь не повредить появляющиеся новые побеги, Вера бежит к ней в ожидании попытаться ягоды. Значит, она не забывает, что прошлым летом она кушала ягодки с данной грядки. Вера отыскала маленькой пенечек, притащила и поставила его на дорожку, постояла рядом, что-то вспоминая, и внезапно запела «как на пенька именины испекли мы каравай, вот таковой вышины, вот таковой ширины». Круглый пенечек позвал ассоциации с хороводом.

Вера ездила в гости к второй собственной бабушке, у которой имеется кошка Лизка. Вера пристально наблюдала, как кошка кушала кошачий корм «Вискас», На следующий сутки вся семья возвращается с пикника, Вера сидит у дедушки на шее. Все обсуждают уровень качества приготовленного и съеденного шашлыка, а Вера, попросив внимания, заявляет с высоты дедушкиного роста: «А кошка Лизка кушает собственный ЛИЗКАС!» Имеете возможность додуматься, что затем заключения дед чуть не упал от хохота.

На пикнике Вера заставляет папу и маму водить «каравай» около бутылки с водой и петь «как на бутылкины именины». Вера стоит некое время около родника, около его бьющей струи образуется песчаный круг, позже она начинает ходить около и петь «как на круга именины испекли мы каравай».

Огромное чувство произвел на нее фильм «Буратино». Данный персонаж виртуально вошел в ее жизнь. Задаёт вопросы кокетливо: «Как кличут мово мальчика?» и отвечает сама же «Буратино». Как рано появляется мечта о верном товарище! В протоколе игры также имеется возглас: «Где мой дорогой друг? Приятель, ты где?» Это усложнение социальных представлений. Вот Вера собирается на берет и прогулку с собой книжки. Мама пробует ее отговорить, что просматривать в том месте будет негде, поскольку она будет играться в песок и кататься на горке. Но Вера настаивает на своем, растолковывая, что она встретит Буратино и подарит ему книжки. в один раз Вера упала и застряла между забором и машиной, ее задают вопросы, для чего она в том направлении полезла. Вопрос, само собой разумеется, риторический, но в ответ звучит резонное объяснение: «Я желала встретить Буратино». Буратино сейчас делается неизменно присутствующим мнимым втором, она неизменно к нему обращается, как будто бы он находится в двадцати шагах от нее. На вопрос, что тебе подарить на сутки рожденья, она, конечно же, ответила «Буратино».

Соседка по даче кличет собственную дочь и кричит на своем садовом участке, «Наташа!». Вера не видит, к кому обращается соседка, но Вера тут же копирует данный возглас, как словно бы передразнивает: «Наташа», лишь она взывает к кому-то невидимому, находящемуся недалеко от смородинового куста.

Весенняя природа чаще манит пойти прогуляться на природу. Исходя из этого сейчас и с Верой гуляют значительно чаще. Взрослым приятно обращать Верино внимание на появляющиеся на кустах листочки, распускающиеся на яблонях цветы. В эти моменты мы можем замечать особенные игры ребенка с природой, в то время, когда девочка подходит к кусту и начинает о чем-то говорить. Обрывает листочки, совершая наряду с этим какие-то действия во внутреннем замысле. Оборвала на клумбе первые показавшиеся цветки, зажала их в кулачок. Но не смогла придумать для нас объяснение. Для чего?

Стоит около столба, подняла голову вверх и говорит: «Котенок, как ты в том направлении залез, ты опасаешься, не можешь спуститься?» — взбирается на пенек, поднимает руку ладошкой вверх, — «Спускайся, я тебя подержу, спустился? Прекрасно». Наблюдает пристально на пустую ладошку и уходит. Вот так легко возможно вообразить котенка и спасти его, в случае если хочется совершить мелкий подвиг. И это совершается не для зрителя, а для самой себя. Нам повезло, что мы это случайно подглядели. Само собой разумеется, роль игрушки серьёзна для игры, но иногда мы видим, что ребенок может применять предметы, каковые на отечественный взор не являются игрушками. Задача взрослого создать ребенку надёжную и одновременно богатую среду. С целью этого родители начинают брать для него все больше игрушек, каковые являются копией настоящего мира, но надёжной. Ребенок, овладевший приемами символической игры, сейчас может играться со многими предметами. Шишки, тряпочки, крышки— как мы замечаем, легко включаются в игру.

Еще одно отечественное наблюдение. Вера наблюдает мультфильм про ма-монтенка, что ищет маму и, наконец, ее находит в Африке. В конце мультипликационного фильма Вера додаёт, «А отец у них на работе». У Веры имеется папа и мама. Значит, у других детей должны быть также. Отыщем в памяти прошлые главы, самые первые персонажи в игре — это папа и мама.

Игра

Начинает игру с фигурками животных. Изображаемые действия время от времени оказываются характерными для мира животных, но мы все равно вычисляем эти действия символическими, поскольку Вера все-таки эти действия придумывает и вспоминает сама. Но чаше все-таки изображаемое поведение животных есть символической презентацией собственных представлений Веры о домашних бытовых обстановках. Сейчас мы пишем в скобках создаваемые Верой действия, а в кавычках выделяем прямую обращение игровых персонажей.

Это медведь с жирафом: «Здравствуй, я — медведь, тёмный — тёмный». (Сажает его верхом на жирафа и топает жирафом), он прыгает. (Соединяет фигурки носами): «Это — моя жевачка», — «Нет, моя!» (Кладет фигурки в сумочку, закрывает молнию). Он отправился к себе.

Вот так возможно прекратить ссору, в случае если убрать фигурки в сумочку. Игротерапевты постоянно выделяют, что у детей делается устойчивее самоощущение, в то время, когда они обучаются руководить тем объективным миром, что они создают в собственном игровом пространстве.

(Дотянулась две обезьянки и фигурку бегемота), на нем нужно поездить. (Фигуркой жирафа тычет в пластмассовое дерево) «Ам-ам, еще желаю имеется. — Что?— Елочку, где она?» (добывает пальму), «Я еще желаю», (дотянулась остальные деревья), «больше нет ничего, желаешь вот это?» (предлагает пивную кружечку), он выпивает пиво, нет, он что-то второе желает попить.

Напоминаем, что в кавычках мы выделяем тут как раз ролевую обращение игровых персонажей. В данной игре животные едят растительную пишу и запивают пивом. Дальше мы также видим смешение образа судьбы животных с человеческим. Чистить щеточкой кожу, это из чёрта мира людей, в противном случае, что жираф спит стоя, это ее знания о животном мире, Веру уже водили в зоопарк.

(Дотянулась щеточку, чистит щеточкой жирафа), очищаю кожу. (Дотянулась баночки вкладыши) «Вот тебе и попить и покушать» (Баночки-вкладыши легко сложила и убрала в сумочку). Он уже покушал, (Ставит жирафа в крышечку от кока-колы, голову жирафа кладет на другую крышечку, растолковывает): Он спит.

Сейчас больше символических действий, но она не упускает возможности и манипулятивных действий, наряду с этим она способна сразу же по ходу манипуляции дать этому действию и символическое толкование.

(Опять добывает баночки вкладыши приговаривает многократно) ченду-баленду, ченду-баленду. (Дотянулась куколку, крутит ей ножки), Она заявила, что жираф спит, «Желаешь кушать?— Отправимся ко мне к себе домой. Тымоя дочка». —«Нет, я мамина дочка. Я спряталась, меня нет». — (Повторяет фразу многократно) «Где ты ?»

Снова повторяет неоднократно. Это речевая активность, не смотря на то, что ребенок не придумал следующее игровое воздействие, ей несложнее и приятнее повторять одну и туже фразу, поиграть с интонацией, чем оставаться немногословной.

«Здравствуй, мама», — (обращается к слону,) «Где отечественный отец ? Отец!» (роется в сумочке, добывает жирафа. Двигает сходу три фигурки: девочка, слон, жираф) «Ой, наблюдай олень!» — «Я~ олень». — «Отец, кто это?» — «Это кто? Это отечественная бабушка». Олень-бабушка.

К персонажам мамы, девочки и папы сейчас устойчиво добавляется бабушка. Нужно хватало продолжительно прожить вместе с бабушкой, дабы возникла необходимость включить ее как нужный персонаж в игру. Не смотря на то, что легко обращения к бабушке мы имели возможность замечать и раньше.

(Запихивает три фигурки в баночку, сверху кладет слона и двигает эту баночку, собственного рода Ноев ковчег, позже ставит всех друг на друга пирамидой «У-у, улетим!» прижимает баночку к глазу и наблюдает как в калейдоскоп)

И внезапно ей захотелось сочинить стих. Приговаривает в ритм:

Я по-ту-ту,

Я и ку-ку

Я самую малость осознаю,

Я и делаю зарядку!

Это первая попытка стихотворчества, которая еще и соединена с рекомендацией врача, Веру сравнительно не так давно водили к врачу, и он заявил, что для Вериного пупка легко нужно делать зарядку. Дети обожают играться со словами. Они экспериментируют с мелодикой речи и ритмическим строем, объединяют слова между собой, придавая им новое значение.

И вдобавок дети играются со словами, дабы повеселиться и проверить, как прекрасно они знают обращение. Такая фонетическая игра может служить амортизатором негодования и проявления раздражения. Сейчас не существует цели передать суть сообщения, это легко игра в «обращение», игра в «создание стихов», игра со звуками, смысловыми оттенками и формами. В ходе аналогичных опытов дети образуют из слов определенные сочетания, как будто бы учат грамматическое правило. Так, игра предоставляет ребенку метод легко и забавно поупражняться в грамматике, в произношении. (Кчайг Г. 2003)

Мы поворачиваемся…(Опять лезет в сумочку) «Где мой дорогой друг? Приятель, ты где ?А, ты тут, — да, я тут, благодарю». Мой дорогой друг, мой дорогой друг, мой дорогой друг! Да и хоть динь-динь да охота кое-ку.

Расширение круга осознаваемых социальных взаимоотношений, и намек на мультфильм, где крокодил ищет приятеля. И снова игра в слова, в стихи. Звучит комплект слогов, имеется рифма и ритм. Она сама себе логопед, в игре возможно потренировать собственное произношение. какое количество возможности для творчества!

(Поит всех из крышечек кока-колы и позже себя сходу из двух крышечек, в этот самый момент же начинает их совмещать, задаёт вопросы сама себя): Они так сложатся либо нет ? Кое-как и кое-ку!

Снова ритмичный комплект слогов: Идет тренинг фонетики и в один момент развитие психомоторного интеллекта, о котором так много говорил Пиаже, вопрос к самой себе, первые попытки рассуждения: «они так сложатся либо нет?»

Ля-ля-ляя, я топи-тын, я вылезаю (Опять крутит ноги куколке). Я могу ноги выше, как мартышка. (Дотянулась неваляшку), кто сообщил такое мяу ?

«Ноги выше, как мартышка», — что это, намек на необходимость делать зарядку. Но больше похоже на фразу из мультипликационного фильма «Зарядка для хвоста». А вот последняя фраза забрана из известного рассказа В.Сутеева «Кто сообщил мяу?» Вере довольно часто просматривают эту книжку.

Вот такая лопатка, это лопатка? (Кормит себя).

Нам делается скучно замечать такую игру, исходя из этого взрослый желает мало оживить обстановку и уточнить: Что ты ешь?

Кашу. Ой, я ем мороженое! (Сажает болванчика в тележечку) Ой, я полетела!

Первые грезы о полете, а это можно считать лучшим примером фантазии. Игра перестает быть несложной имитацией. Ребенок начинает творчески вмешивать в игру элементы нереального мира.

Обсуждение

Предметные действия, совершаемые ребенком, в соответствии с догадке Д. Б. Эльконина, помогают освоению мотивационной стороны деятельности. Человек носитель публичных способов потребления предметов. Множественные смыслы людской деятельности находятся в произведениях мастерства и неспешно становятся дешёвы пониманию ребенка, благодаря примерам чужого творчества, ребенок пробует сам в собственном воображении соединять то, что он, возможно, еще не видел соединенным.

В содержании символической игры мы можем встретить указание на то, что ребенок ассимилирует знания, приобретаемые не только от ближайшего окружения. Символическая игра снабжает возможность применения деятельностных механизмов для развития высших психологических функций личности. Ребенок пробует трансформировать виртуальную данные в личный опыт. Это можно считать рекурсией либо возвращением информации в совокупность.

И. Е. Куликовская пишет, что нужно осознавать сказки как особенный код культуры, что содержит в свернутом виде представления целого народа.

Дж. Родари сделал в один раз наблюдение, что «дети в отношении сказок остаются довольно продолжительное время консерваторами. Им хочется, дабы сказка рассказывалась теми же словами, что и в первоначальный раз, им приятно эти слова выяснять, усваивать в начальной последователь-

ности, опять испытывать беспокойство, как при первой встрече с ними, в том же порядке: удивление, ужас, вознаграждение». Данный видный итальянский автор дает собственный объяснение данному открытию: «детям нужен успокоенность и порядок, мир не должен через чур довольно часто сходить с рельсов, на каковые ребенок с таким трудом его устанавливает».

Но, именно сказки и сказочные мультфильмы дают ребенку пример творческого соединения разнообразных событий и предметов с новыми характеристиками и качествами. Это образцы смелой изменения окружающего мира. Игра преодолевает стадию несложной имитации действительности, и выходит на стадию фактически творческую, где все возможно всем, где все предметы взаимозаменяемы «Олень — это у нас бабушка». И возможно функционировать с невидимым предметом (видеть на безлюдной ладошке котенка).

Со своей стороны, обстановка символической игры разрешает ребенку реализовать эти потребности по мере появляющейся необходимости. Сейчас ребенок может реализовать любую желаемую им активность в игрового пространства.

Феномен игрового пространства пребывает в том, что оно существует по большей мере только в сознании самого ребенка. Это всецело его пространство, в нем ребенок возможно всецело свободен. Он свободен делать, что ему угодно, применять любой материал, изобретать, творить, помещать храбрецов в каждые события, разделять и соединять все что угодно, и нежданно приобретать новое состояние вещей, ранее не существовавшее. В игровом пространстве происходят те события, которым ребенок сам разрешает случиться. «Наиболее значимыми составными частями этого процесса являются ассоциации и процессы диссоциации воспринятых ранее впечатлений. Диссоциация нужное условие для будущей деятельности фантазии». (Выготский Л.С.)

Так увеличиваются возможности самой игры, и снова появляющаяся обогащенная игра дает ребенку новые возможности для его собственного развития. И мы, так, убеждаемся, что игра не есть простое отражение объективно представленного внешнего мира, а имеется метод вхождения ребенка в окружающий его мир.

Наблюдения за собой.

Уже закончена эмпирическая часть работы. Вера растет стремительнее, чем я успеваю перерабатывать собственные наблюдения. Игра зафиксирована так, как я успела это сделать. Перечитывать эти наблюдения очень приятно. Возможно, любая запись для меня значит значительно больше, чем легко слова протокола. Листочки с торопливыми записями — сейчас это мои игрушки. Протокол является символом, за которым запрятан отрезок судьбы длиною в один год. Перечитывая сухой протокол, я вижу ребенка во всем очаровании её эмоционального проявления: удивленную, умную, временами лукавую. Тайна природы направляться с нами на каждом шагу. Эта тайна манит, увлекает, но остается тайной.

Взяла два отрицательных отзыва: один — на уже напечатанную первую, а второй, из редакции очень сильно научного издания, — на третью главу. Сообщила себе, что нельзя обращать на это внимание, поскольку они не знают всего плана и оценивают незаконченную работу через призму собственных интерпретаций данного вопроса. Одна дама архитектор иногда повторяла в семейном кругу: нельзя показывать дураку незаконченную работу.

И по большому счету, я пишу не по заказу. Пишу вследствие того что мне это нравится, что желаю выразить собственную точку зрения. Исходя из этого пишу, как желаю. Но, без оглядки на личные уговоры, работа затормозилась на 6 месяцев.

И внезапно услышала восторженный отзыв молодой мамы и молодого психолога по поводу напечатанной работы. Конечно же, я адресуюсь к практическим психологам и молодым мамам. И опять руки потянулись к книгам, и «перо к бумаге». И опять наслаждаюсь оттого, что правлю текст на экране компьютера. И вдобавок мню, что Верина родня будет просматривать о ней с наслаждением. Это таковой забавный возраст от двух до трех лет! В то время, когда ребенка хочется вечно цитировать! В то время, когда детское непослушание думается в полной мере простительным, а негативизм забавным.

Посредством сухой буквы пробую сохранить в собственной памяти данный этап судьбы ребенка, что вызывает у меня безграничное восторг, похожее на состояние экстаза.

Теоретический дискурс 2

Синергетический взор на игру

Игра это важнее, чем может показаться на первый взгляд

Дж. Родари

Накопление огромного множества эмпирических фактов в физических науках стало причиной происхождению немыслимого количества абстрактных моделей, что в следствии и стало причиной разработке теории хаоса. Хаос, как внутреннее свойство нелинейной динамической совокупности, появляется практически везде. Мы не всегда его подмечаем, поскольку хаос виден только под определенным углом зрения. Он замечаем в точках бифуркации, либо в случае если наблюдатель перемещается в позицию метанаблюдателя. Применяя терминологию теории хаоса, значительно легче обрисовывать психотерапевтические процессы. Многие авторы сейчас предлагают сказать об игре на языке синергетики, и разглядывать игру как адаптивную совокупность. В соответствии с определению, синергетика — это наука о становящемся бытие, о самом становлении, его их представлении и механизмах. (Аршинов В.И., Буданов ВТ.) Синергетический взор на игру представляется нам самоё прогрессивным на сегодня. Игра, непременно, является механизмом адаптации, потому что сложные хаотические совокупности, в сущности, являются адаптивными. Сложные совокупности, кажущиеся хаотическими, разрешают распознать множественные закономерности. Прошлая наука строилась на правилах упорядоченности, рациональности, предсказуемости и контроле. Синергетика— синоним теории хаоса, говорит, что отечественная действительность есть фундаментально хаотической. В частности такая категория синергетики как нелинейность свидетельствует множественную причинность либо недетерминированность, и непредсказуемость. Кроме того весьма мелкий одиночный стимул может позвать неожиданную либо непредсказуемую реакцию. Любое поведение ребенка не укладывается в линейную последовательность. Разумеется, что игра ребенка имеет множественную причинность и есть очень непредсказуемой. Без всяких сомнений, игру ребенка можно считать совершенным примером представления мира как хаотического.

Упомянем еще кое-какие концепции, которыми оперирует теория хаоса, и каковые соотносятся с развитием и игрой. Мы должны сослаться на сборник Игра со всех сторон. Психолог Карен Вандер Вен обосновывает значимость игры через хаотические феномены и дает определение некоторых синергетических концепций.

Синергетика оперирует таким понятием как Протей. Протей — это метафора для человека, талантливого приспособиться в скоро изменяющихся противоречивых контекстах, но, не обращая внимания на присутствие спутанности, сохраняет внутреннее чувство управления. Игровая форма поведения является адаптацией таковой сложной совокупности как человек. Как в хаоса появляются упорядоченные островки, так ребенок совершает игровое воздействие, которое есть одновременно целесообразным и эволюционирующим. В любом хаосе появляются очаги закономерности либо упорядоченности. Эти очаги характеризуются алгоритмами и собственными законами, каковые смогут поглощать друг друга либо порождать новые очаги упорядоченности. Так любой игровой мотив, создаваемый ребенком, представляет собой в один момент дальнейшее упорядочивание и выражение недоумений и навыков, озадаченности и знаний, присутствующих сейчас в психике и моторике ребенка. Другими словами игровая обстановка либо игровое событие, которое ребенок осуществляет, всецело спонтанно и произвольно отвечает потребностям развития ребенка в любой этот момент.

Игра в раннем возрасте связана с развитием восприятия. Давая описание игры, мы практически обрисовываем когнитивные процессы. Уолтер Дж. Фриман использует синергетическую модель для описания процессов восприятия.

Хаос проявляется при моделировании восприятия, которое также со своей стороны, есть творческим сотрудничеством с внешним окружением. Синергетический подход отмечает, что обучение происходит быстроповторяемыми малыми шагами, каковые накапливаются и приводят к происхождению некоей траектории. Сама эта траектория в целом ни при каких обстоятельствах не повторяется. Это явление названо хаотическим блужданием. Отмечая данный феномен «познавательного дрейфа», Фриман выделяет, что в поле зрения индивида оказываются прежде всего незнакомые трансформации. «Мозг это хаотическая структура, которая лишь фильтрует и перерабатывает импульсы, приходящие от органов эмоций. Он деятельно ищет чувс-

твенные стимулы, как исходный материал (сырье), из которого создаются принимающие паттерны, посредством сознания, которое снова формирует индуцированную стимулами активность». (Фриман У.Дж.) В случае если обратиться к протоколам игры, то видно, что маленькие фрагменты игры похожи на хаотическое блуждание, выступающее как познавательный дрейф.

Сложная совокупность начинается через бифуркации в ходе обучения и через формирование классов методом обобщения. Мозг способен переходить от одного состояния в второе, новые аттракторы конструируются через хаос. Нейропсихология отмечает, что чрезмерное возбуждение ведет к дестабилизации. Данный переход возможно назван кроме этого точкой «отсутствия», т.к. наряду с этим отмечается короткое отключение сознания с падением внимания, обучения и восприятия. Второе стабильное состояние, в которое переходит совокупность, может оказаться усвоением нового класса знаний, не смотря на то, что данный момент перехода по своим чертям кроме этого похож и на состояние сна. Ребенок, погрузившийся в состояние символической игры, кроме этого думается отсутствующим. Его состояние сознания вправду находится в второй действительности.

Паттерн восприятия строится двояко: как воспоминание прошлого опыта, так и осознания текущей значимости стимула для субъекта. При некоторых нарушениях восприятия, к примеру, утраты связи с действительностью, люди действуют как автоматы. Своеобразие восприятия каждого человека, обусловленное преобладанием тех либо иных модальностей, например, зрительных либо обонятельных, формирует разную картину мира для каждого индивида. П.К.Анохин утверждал, что любой поведенческий акт строится как функциональная совокупность, как воздействие ансамбля клеток, из различных областей нервной совокупности — сенсорных, моторных, ассоциативных, лимбических. Эти совокупности формируются в ходе восприятия мира, воздействуют на восприятие мира. И.Н.Трофимова обосновывает, что мы принимаем не только сенсорной совокупностью, а в сотрудничестве с другими совокупностями отечественного тела. Индивидуальность восприятия конкретного наблюдателя обусловлена тем, что сенсорная обработка информации происходит методом отбора тех показателей, каковые ожидались. Восприятие это построение аттракторов на базе начальных условий.

Нелинейность развития свидетельствует еще небезусловнуга пропорциональность. Так новая игрушка возможно не включена в игру по большому счету, быть может наоборот, привести к каскаду новых игровых сюжетов. Не отмечается пропорциональность цене игрушки. Игрушка может служить для упорядочивания и проигрывания собственного опыта, что разумеется не связано с ее рыночной ценой. Маленькая перемена в повседневной судьбе может привести к новым игровые сюжеты. Так длятся воссоздания и цикл создания.

Достаточно многие концепции из теории хаоса применимы к описанию игры. К примеру: рекурсия, захват, неустойчивость, не сильный хаос, бифуркация, самоорганизация. Любая глава отечественной книги, обрисовывающая игру на данном возрастном отрезке, представляет собой фазовую пространственную картину. Совокупность таких картин обязана послужить репрезентации динамики совокупности. Мы сохраняем надежду, так, правильнее и нагляднее передать процесс психологического развития ребенка в целом.

Рекурсией обозначают возвращение информации от совокупности в саму совокупность. Возвращение информации меняет темперамент совокупности и воздействует на ее исходные условия. Ребенок повторяет некое привычное игровое воздействие и, нежданно, что-то проясняет для себя. Это знание тут же включается в игру и изменяет сюжет. Непредвиденные и парадоксальные эффекты довольно часто бывают связаны как раз с последствиями рекурсии. Мы можем время от времени замечать множественные рекурсии в одном игровом эпизоде либо найти их по окончании некоего перерыва в игре.

Термин захват думается мало милитаристским, но лишь на первый взгляд. Усвоение нового навыка либо нового знания осуществляется как захват. Захват — это процесс, при котором две либо пара совокупностей объединяются в одну, образуя громадную синхронизированную совокупность. При захвате наблюдаются комбинаторные процессы: две отдельные совокупности накладываются друг на друга, образуя новые комбинации и согласованные паттерны. Захват ведет к синхронизации двух либо нескольких совокупностей, в единый ритм. Возможно замечать захват, в то время, когда два ребенка играются совместно, наряду с этим начинают копировать приемы другого. В следствии обогащается игра каждого. Либо более локальный пример, ребенок соединяет два комплекта игрушек, и игра многократно усложняется.

Неустойчивость определяется как постоянная доступность совокупности к собственному трансформации. не сильный хаос это малая часть хаоса, которая возможно внесена в совокупность, с целью сделать ее динамичной. Как пример применения не сильный хаоса возможно упомянуть рвение детей самим разрушать собственные песочные постройки, разбирать модели, собранные из конструктора, с той целью, для получения возможности создать новое произведение. В большинстве случаев, статичность детям не занимательна.

Бифуркация, время от времени говорят точка бифуркации — это изменение, которая может привести к реорганизации совокупности либо ее переход в совсем новое состояние. Бифуркация в силу характера и быстроты данной перемены, может приводить к совсем неожиданным для наблюдателя переменам. Возможно сказать о изменениях лишь в ситуации игры либо более обширно, к примеру, о развитии ребенка в целом.

Самоорганизация — характерная черта сложной адаптивной совокупности. Спонтанное превращение неустойчивой совокупности в совокупность организованного рационального поведения, которое есть целенаправленным. Существует большое количество рекомендаций по организации игры либо обучения детей, но мы всегда убеждаемся, что эти процессы зависят от самого ребенка.

Хаос защищает совокупность от застревания в мелких ямках либо аттракторах от неудачи при попытках отыскать более большие и действенные результаты.

Нейропсихолог А.Комбс говорит, что сознание вступает в определенное состояние, которое соткано из психологических процессов, таких как память, эмоции, мышление, чувство «Я». Это самоорганизующийся ансамбль компонентов, каковые взаимодействуют между собой множеством разнообразных способов. Эти взаимодействующие совокупности создают новые творческие комбинации, каковые кроме того в принципе не смогут быть предсказаны никакими компьютерами. Мысли, чувства и воспоминания одного момента комбинируются, дабы создать мысли, чувства и воспоминания следующего момента. Результат непредсказуем. Но это именно то, что ожидается от хаотической совокупности.

Глава 8

18 НЕОБЫКНОВЕННЫХ ТРЮКОВ ДЛЯ РАЗВИТИЯ ВООБРАЖЕНИЯ


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: