Социологическое воображение и теоретические ресурсы

социологическое воображение и Теоретическая социология

Петр Штомпка

Штомпка Петр (Piotr Sztompka) — доктор наук Ягеллонского университета, Польша.

Цель образования: социологическое воображение

Обучение социологов преследует четыре цели: (а) научить языку этого предмета, комплекту понятий, благодаря которым познается социальная действительность; (б) привить определенный взор на предмет, возможность подхода к социальной действительности; (в) научить использовать способы, процедуры и технику эмпирических изучений; (г) применять данные об сведениях и основных фактах о современной публичной жизни. Объединим пункты (а) и (б) — язык и возможность — одним заглавием социологическое воображение, заимствованным из хорошей работы Чарльза Райта Миллса.

Под социологическим воображением я осознаю умение либо свойство разглядывать общество под определенным углом зрения. Это умение включает пять компонентов:

(а) разглядывать все социальные явления как следствие деятельности социальных агентов, индивидов или групп и идентифицировать этих агентов;

(б) осознавать скрытые за поверхностью явлений структурные и ограничения и культурные ресурсы, воздействующие на социальную судьбу, а также те возможности, каковые имеются в распоряжении агентов: Дабы распознавать невидимую социальную структуру, от студентов требуется терпеливое формирование социологического взора на общество ;

(в) изучение предшествующей традиции, живого наследия прошлого и его постоянного влияния на настоящее;

(г) принимать публичную судьбу в ее динамике, изменчивом ходе становления ;

(д) признание вариантов форм и огромного разнообразия проявления публичной судьбе.

Иными словами, социологическое воображение — это вытекающая из множественности и признания разнообразия социальных установлений свойство связать любое событие в обществе со структурным, культурным и историческим контекстами, и с личными и коллективными действиями участников общества.

На мой взор, развитие навыка и социологического воображения его применения в социальной судьбе есть полностью нужным в образовании социологов, как тех, кто собирается заниматься отвлечённой наукой, так и тех, кто выбирает профессии, ориентированные на практику.

теоретические ресурсы и Социологическое воображение

Развитие социологического воображения практически то же самое, что овладение социологической теорией. Речь заходит не о запоминании школ и имён, аргументов и определений. Сущность дела содержится в применении теории, другими словами соотнесении ее с конкретным опытом, рассмотрением текущих неприятностей современного общества, его возможностей и дилемм, и с осмыслением отечественных жизненных возможностей и личных судеб в контексте теории. Социологическое воображение должно вооружить нас необычной картой, ориентацией в хаосе событий, трансформаций, изменений. Оно должно дать нам более глубокое познание мира, более ясный взор на вещи, следовательно, дать нам более много возможностей сознательно и рационально строить собственную жизнь и заниматься публичными делами. Я планирую рассмотреть ресурсы, нужные для теоретической подготовки социологов, которыми вооружает нас социологическая традиция, и достижения в социальной теории.

Сокровищница теоретических идей обнаруживается в истории дисциплины В первую очередь XIX века до наших дней. Преподавание истории социологии не есть безлюдным копанием в прошлом. Традиция в отечественной дисциплине все еще очень сильна. Большинство понятий, моделей, вопросов, неприятностей, изучаемых сейчас, унаследованы нами от мастеров XIX века. Они заложили крепкие базы социологическому предприятию, а их труды до сих пор не утратили актуальности. Труды социологов-классиков направляться изучать не как исторические монументы, в контексте того времени либо в связи с биографиями авторов, а в контексте отечественного времени, потому, что их главные идеи проливают свет на отечественную реальность. Очевидно, их направляться принимать критически и осуществлять нужный отбор. Мои личные предпочтения включают, очевидно, трех великих: Карла Маркса, Макса Вебера и Эмиля Дюркгейма — неоспоримых гигантов социологии. В число хороших изучения авторов я бы включил Огюста Конта, Георга Зиммеля, Джорджа Мида и Фердинанда Тенниса. Чтение и перечитывание их работ очень принципиально важно для проблем новых и открытия взглядов, формулирования вопросов социологии, критической их оценки при помощи сопоставления с отечественными собственными идеями. В трудах известных социологов XIX-начала XX века мы находим образцы интеллектуальной работы. По словам Роберта Мертона, проникновение в творческую лабораторию таких проницательных исследователей, как Дюркгейм и Вебер оказывает помощь нам вырабатывать нормы вкуса при определении значимой социологической неприятности — значимой в первую очередь в теоретическим отношении — и отыскать путь к ее успешному ответу.

Обратимся к современной социологической теории. На мой взор, в современной социологии сложились четыре теоретической деятельности и типа теорий, каковые имеют различное значение для образовательных целей, для создания социологического воображения. В порядке убывания их значимости я буду разглядывать: (а) объяснительную теорию; (б) эвристическую теорию; (в) аналитическую теорию; (г) экзегетическую теорию.

Объяснительная теория

Первый тип теории возможно назвать объяснительной теорией. Зададимся тремя ответственными для этого типа теории вопросами: теория чего, для чего и для кого. Теория чего? Это теория настоящих социальных неприятностей. Она отвечает на вопросы, из-за чего растет преступность, из-за чего появляются новые публичные перемещения, откуда появляется бедность, из-за чего оживают этнические настроения. По Мертону, Бурдье и Тернеру, теория вырастает из изучений и должна быть направлена на изучения. Дабы теоретический итог имел значение, он должен быть основан постановке неприятностей. Социальная теория процветает и выживает наилучшим образом тогда, в то время, когда она занимается общественными вопросами и эмпирическими исследованиями.

Для чего? Дабы дать объяснения либо, по крайней мере, модели для лучшей организации разрозненных явлений и фактов, интерпретации множества разных явлений и событий. Для кого? Не только для сотрудников-теоретиков, но для простых людей, дабы дать им ориентацию, просвещение, познание собственного состояния. Ключевая роль теорий — снабжать данные для демократического дискурса Эта роль станет еще более ощутимой по мере того, как народовластие будет устанавливаться все в новых и новых государствах, в особенности ответственна ее роль в будущем обществе знания, обществе информированных и грамотных людей, которых тревожат социальные и публичные вопросы, где народовластие купит форму дискурсивной демократии .

Преподавание объяснительных теорий есть для меня самой ответственной целью социологического образования, в особенности во времена широчайших социальных трансформаций. Подобная теория дает самый сильный толчок для развития социологического воображения, потому, что она соединяет теоретизирование с конкретным опытом.

Эвристическая теория

Перейдем ко второму типу теории. Теоретические ориентации я бы назвал эвристической теорией, которую нельзя проверить конкретно, но которая плодотворна, потому, что формирует понятия, образы, модели. Эвристическая теория близка к социальной философии, в особенности к онтологии либо метафизике социального мира, поскольку пробует ответить на три вечных онтологических вопроса о строении социальной действительности: (а) что есть базой социального порядка?; (б) что образовывает природу людской деятельности? (в) каковы направление и механизм социальных трансформаций? Этими вопросами занимались все классики-основатели социологии. Примерами хорошей ориентации, преобладавшей в середине нынешнего столетия и пробовавшей решить для того чтобы рода вопросы, были структурный функционализм, символический интеракционизм, теория обмена, марксизм. С того времени показалось пара новых тенденций, каковые мы разглядим позднее.

Каковы характерные черты аналогичной теории? Зададимся тремя отечественными вопросами. Теория чего? Баз социальной действительности. Она ставит вопросы не из-за чего, а как: как вероятен социальный порядок (как существуют социальные группы, как люди живут совместно, сотрудничают, сосуществуют), как выполняются социальные действия, как развиваются социальные трансформации? Теория для чего? Чтобы создать категориальный аппарат для более конкретной объяснительной теоретической работы, предложить значимые категории для осмысления разрозненных фактов. Теория для кого? По большей части, для исследователей, создающих объяснительные модели отдельных областей мира, отвечающих на конкретные вопросы.

Впечатляющее развитие аналогичных эвристических теорий в конце века возможно растолковано не социальными фактами, а интеллектуальными достижениями. Данный успех направляться разглядывать не в терминах социологии знания, а с позиций истории идей. Думается, что он позван новыми достижениями в развитии публичной мысли; новыми тенденциями, увлекательными и уникальными возможностями

Социальный порядок видится как появляющийся, конструируемый, постоянный итог достижений агентов действия, создаваемый и воспроизводимый людской действием. Примеры таковой теоретической возможности возможно отыскать в работах П. Бергера и Т. Лукмена, Н. Элиаса, Э. Гидденса, П. Бурдье. Так, современная социология характеризуется громадным разнообразием эвристических ориентаций. Их преподавание может оказаться нужным для студента в первую очередь взором на общество с разных позиций, что нужно для понимания публичной судьбе.

Аналитическая теория

Третью разновидность теории возможно назвать аналитической теорией. Она обобщает и проясняет понятия, дает классификации и типологии, определения и пояснения. Ее использование имеет серьёзное значение, но она играется запасного, инструментальную роль. Аналитическая теория рискует переродиться в постоянное совершенствование инструментов без их определенного применения, или в конструирование закрытых категориальных совокупностей. Попытки создать закрытые концептуальные совокупности, особые языки для неспециализированной социологии, как думается, закончились с работой Никласа Лумана (ранее лишь у Толкотта Парсонса были похожие цели). Но в некоторых узких сферах для того чтобы рода упрочнения очень нужны, они восходят к тому, что Р. Мертон именовал теориями среднего уровня: эмпирически обоснованные концептуальные схемы, применимые к конкретным эмпирическим проблемам (к примеру, мертоновские теория ролевых репертуаров и ролей, теория референтных групп, теории стратификации, мобильности, аномии, девиации и т. д.).

Какова природа аналогичной теории? О чем она? О содержательных понятиях, нужных для понимания вещей. Для чего? Для определения, раскрытия, пояснения явлений либо их ответственных черт. Для кого? Для социологов — теория формирует для них канонический словарь, технический язык для работы с предметом, данный язык намного яснее языка и обыдённого языка здравого смысла. Преподавание аналитической теории имеет огромное значение для развития свойства студента думать и сказать на языке социологии. Она дает студенту главные инструменты профессии. В вводных направлениях социологии первостепенное внимание должно уделяться только этому виду теории.

Экзегетическая теория

Четвертый тип теории возможно назвать экзегетической теорией. Она содержится в анализе, толковании, систематизации, реконструкции, критике существующих теорий. Само собой разумеется, экзегетическая теория особенно значима для подготовки к теоретической работе. К ней направляться относиться как к этапу в научной карьере, периоду обучения. Через эту стадию прошли большая часть выдающихся теоретиков. Но все цели теряют суть, в случае если основной целью делается нескончаемое препарирование работ актуальных авторов: что сообщил такой-то ученый, как бы он имел возможность сообщить это лучше, что он имел возможность сообщить, но не сообщил, последователен ли он, что он в конечном итоге желает либо не желает сообщить? Чем более эзотеричной, непонятной, неясной, запутанной есть теория, тем больше шансов она дает экзегетическим спорам. Она воодушевляет на отчаянные поиски в чёрной помещении тёмного кота, которого в том месте нет. В этом — секрет некоторых современных теорий (к примеру, школы постмодернизма) и их популярности среди толкователей. В случае если теория четкая, ориентирована на неприятности, правильная и ясная, то в ней найдется мало из того, что возможно толковать и осуждать.

В этом случае три отечественных вопроса очень многое проясняют. Теория чего? Вторых теорий, отдельных книг, текстов, фантомов социологического воображения, вырождающаяся в конечном счете в самореферентные упражнения. Теория для чего? Для апологии либо ниспровержения теорий: что обязательно предполагает происхождение фракций, догматизма, ортодоксальных школ, сект, поклонников. Такая теория начинается вспять от свободного рынка идей к недоброй памяти полю борьбы идей. Теория для кого? Для других теоретиков, играющих в интеллектуальные игры в сектах посвященных. С моей точки зрения, такие теории — наименее значимые, довольно часто ненужные.

Заключение

Нами продемонстрировано, что самые важными, плодотворными и многообещающими видами теорий, имеющих определяющее значение для социологического воображения, являются объяснительная и эвристическая теории. Аналитические теории играются запасного роль в наладке концептуальных инструментов и выработке языка социологического мышления. Экзегетические теории нужны только для развития навыков критического мышления, но в фактически теорию никакого вклада не вносят и не заменяют другие формы разработки теорий.

Объяснительные и эвристические теории образуют многостороннюю мозаику теоретических ориентаций и объяснений. Как разобраться в столь фрагментированном теоретическом поле? К надежной объяснительной теории, направленной простым людям, а не только ученым, в полной мере применим мертоновский принцип дисциплинарного эклектизма . Данный принцип нужен студентам, изучающим социологию. Дисциплинарность в этом случае свидетельствует критический подход к теории, ее оценку по внутренним преимуществам, согласованности, убедительности, продуктивности догадок. Эклектизм свидетельствует открытое, терпимое, свободное от одностороннего догматизма отношение к другим объяснениям. Такая стратегия разделяется многими современными авторами: Нереально предусмотреть все интересующие исследователя вопросы о любом значимом явлении в рамках одной теории либо кроме того в рамках согласованных, логически совместимых теорий.

Прикладная социология повседневности — Виктор Вахштайн


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: