Современный деловой капитал

Сообщённое по поводу применения ссудного кредита во многом предвосхищает тему, связанную с изюминками капитала современного делового предприятия. Так и должно быть, потому что как раз широкое применение кредита при управлении капиталом формирует самый поразительный контраст отечественного времени с соответствующими чертями более ранней фазы развития бизнеса. Следуя терминологии, предложенной германскими авторами, существующую схему экономической судьбе возможно охарактеризовать как “кредитную экономику” в противовес “финансовой экономике”, характерной для более раннего периода современного экономразвития. В этих условиях более полноценного развития кредитной экономики природа его связей и капитала предприятия с производственным процессом в известной мере отличается от положения дел, которое имело место перед тем, как всецело свободное применение кредита начало занимать основное место в сфере бизнеса; еще более на большом растоянии современные реалии расходятся с теоретическими представлениями ветхого поколения экономистов.

Для них было привычным трактовать понятие “капитал” как совокупность материальных средств, нужных для развития индустрии: промышленное оборудование, средства и сырьё существования работников. Такое представление восходит к положению дел в промышленности и сфере бизнеса во времена Адама Смита а также к еще более ранним эрам, в то время, когда свойственные им схема мышления и образ жизни являлись материалом и концептуальной основой его теоретических рассуждений. В будущем подобное представление стало неспециализированной позицией как самого Адама Смита, так и поколения, сре-

ди которого он распространял собственные воззрения. Иными словами, базой созданных Смитом теоретических формулировок, трактующих понятие капитала делового его связи и предприятия с индустрией, служило такое положение дел, которое преобладало в эру “финансовой экономики”, перед тем как методы и кредит, характерные для современной корпорации, стали играть первостепенную роль в экономической деятельности. Эти формулировки были призваны всесторонне осветить соответствующие вопросы с позиций материального благополучия общества в целом, т.е. в ракурсе, выдвинутом философией утилитаризма. В данной совокупности социальной философии благосостояние общества воспринимается как важнейшая цель, являющаяся центром тяготения естественного порядка вещей с присущей ему безграничной гармонией. Рассуждения, характерные для ранней фазы развития бизнеса, ориентированы на то, дабы отразить влияние этого развития на достаток народов, которое должно вписаться в неспециализированный порядок вещей, “конечно настроенный” на обеспечение благосостояния всего человечества.

Теория капитала делового предприятия либо что-то в этом духе, просматривающееся в теориях того времени, разрабатывалась на базе теоретических задач и взглядов, характерных для свойственной XVIII в. теоретической схемы естественной свободы, естественных прав естественного закона и человека; и выведенные теоремы о капиталиста и роли капитала по сути носят темперамент законов природы в том смысле, в каком эти законы понимались во время, в то время, когда эти теоремы в первый раз были сформулированы. Нет необходимости перечислять все, что эти теоремы утверждают по поводу природы и капиталиста и нормальной функции капитала; их содержание достаточно известно учёным и — всем читателям, и простым смертным. Помимо этого, их сокровище для экономической теории не так уж высока, и привязка понятия капитала к целям, для которых оно первоначально употреблялось, так очевидна, что на данной мнению нет потребности задерживать отечественное изучение. Современное управление деловым предприятием не придерживается таких взоров, и для предпринимателя отечественного времени понятие капитала не несет в себе аналогичного смысла, потому, что событий обусловливающие курс нынешнего предпринимательства, не считаются дарованными дружественной природой, а руково-

дящие цели современного бизнеса не предусматривают неспециализированное благосостояние, которое в конечном итоге являлось главным моментом социальной философии Адама Смита.

В контексте бизнеса капитал свидетельствует фонд финансовых сокровищ; а потому, что финансы корпораций и кредитная экономика стали в промышленном бизнесе преобладающими факторами, таковой “финансовый” фонд в собственной совокупности имеет только отдаленную и подверженную колебаниям сообщение с другими предметами и промышленным оборудованием материально-технического обеспечения, каковые возможно отнести к устаревшему понятию промышленного капитала1.

Понятие “капитал” интерпретировалось как капитализированная совокупная цена промышленного оборудования к т.п. — сто лет назад для того чтобы рода воззрение имело громадное значение для экономической теории; но с того времени как финансы личной корпорации стали решающим причиной управления деловым предприятием, такое представление стало ненужным для теоретического анализа конкретных фактов. Дабы избежать изнурительных рассуждений, целесообразно, по-видимому, сделать допущение, что при прошлом управлении товарищест-

вами и единоличном управлении предприятием базой расчета величины капитала служила цена физического имущества, находящаяся в собственности любого предприятия; и потому, что способы ведения дел, свойственные частным и товариществу компаниям, сохраняются до сих пор, для того чтобы рода метод капитализации может так же, как и прежде иметь силу, в особенности в юридическом нюансе. Но по мере того как концепции и методы, которые связаны с ведением бизнеса, развивались в форме современной корпорации либо компании с ограниченной серьезностью, база капитализации неспешно видоизменялась, пока, наконец, уже в наши дни вместо стоимости физического оборудования, находящегося в собственности предприятия, не получила форму потенциального дохода корпорации как функционирующего комплекса1.

Капитал корпорации, очевидно, номинально есть величиной, зафиксированной в прошлом при помощи закона, подтверждающего согласие национального органа на создание корпорации, и выраженной суммой выпущенных акций в соответствии с условиями данного акта или других актов, предоставляющих право на выпуск акций. Но такая капитализация де-юре есть всего лишь номинальной, и в случае если и бывают обстановке, в то время, когда фактический капитал компании соответствует номинальному, то они очень редки. Так возможно лишь при паритетной рыночной котировки всех ценных бумаг, образующих капитал компании. Определяющим причиной капитализации любой современной компании, с позиций текущих целей бизнеса, в отличие от формальных требований, содержащихся в уставе, есть биржевая котировка ценных бумаг компании либо какая-либо другая для того чтобы же рода, но менее явная рыночная оценка , если капитал компании не котируется на бирже. Настоящая капитализация предприятия, в отличие от номинальной, не фиксируется прочно и конкретно предшествующим актом приобретения статуса акционерного общества и выпуском акций. Капитализация осуществляется при помощи периодической, только на некое время, оценки

осязаемой и неосязаемой собственности компании на базе извлекаемого из нее потенциального дохода1.

При капитализации потенциального дохода ее ядром есть оценка так именуемого неосязаемого капитала предприятия (good-will), проиллюстрированная в прошлой главе2. В известной мере good-will — понятие растяжимое*, и сейчас оно купило более широкий суть, чем прежде. Суть этого термина практически неспешно расширялся в соответствии с способами ведения современного бизнеса. Данный термин вероятно значит совсем различные вещи, но между ними много неспециализированного, к примеру, он свидетельствует “нематериальное достаток” либо “неосязаемые активы”; увидим в скобках, что кроме всего другого такие активы дают пользу лишь своим собственникам, но никак не обществу. В широком смысле good-will вероятно значит укоренившиеся классические связи, репутацию, связанную с честными сделками, привилегии и франшизы, торговые марки, фабричное клеймо, патентные и авторские права, исключитель-

ное применение защищенных законом и коммерческой тайной своеобразных производственных процессов, необыкновенное применение конкретных источников сырья. Все перечисленное дает различные преимущества своим собственникам, но не приносит неспециализированной пользы обществу1. Оно есть достатком заинтересованных индивидов, дифференциальным достатком, но не образовывает кроме того части богатства народов2.

Капитализация неосязаемых активов дает громаднейшие преимущества промышленным корпорациям, в числе которых ЖД компании, сталелитейные концерны, рудники и т.д., как и сама форма капитала, которая на своеобразном языке фондового рынка именуется industrials, т.е. акциями предприятий. Непременно, корпорация — это не просто разновидность делового предприятия, но, помимо этого, еще и характерная форма организации бизнеса, призванной в наши дни осуществлять управление индустрией, и исходя из этого особенности современной трактовки понятия капитала самый наглядно видны как раз в современных корпорациях. Многие из них выросли из ранее существовавших фирм и товариществ, и до сих пор как раз последние довольно часто являются основой зарождения корпораций, иногда выдвигающихся на передний замысел. В подобном варианте превращения товарищества либо компании в корпорацию неспециализированным правилом есть наследование новой корпорацией, в той либо другой форме либо под тем либо иным именем, совокупности неосязаемых активов, прежде принадлежавших товариществу, на смену которому приходит эта корпорация. И напротив, в то время, когда процветающее товарищество либо подобная ему личная компания получает надежный фундамент в виде good-will в любом из вышеперечисленных значений этого термина, предопределенная потребностями современного бизнеса участь для того чтобы товарищества либо личной компании — превращение

их в корпорацию методом обретения корпоративной формы или объединения с другими компаниями в более большую целостность корпоративного типа. Очевидно, тут не существует никаких твёрдых однозначных правил. С одной стороны, личная компания может в известной мере использовать испытанные способы управления финансами корпорации, не прибегая к формальному обращению предприятия в корпоративную форму, а с другой — объединенная компания может и дпльше заниматься своим бизнесом в том же стиле, что и простое частное предприятие. Но разумеется, что обретение корпоративной формы связано с более современным способом беспрепятственного использования и капитализации кредита. В большинстве случаев, пользами, каковые дает корпоративная форма в данных качествах, не пренебрегают. Более руководства и архаичные формы организации деловыми фирмами, не применяющие своеобразные способы управления финансами корпорации, преобладают в основном в тех “отсталых” отраслях производства, где непросто достигнуть монополии или других своеобразных преимуществ неосязаемого характера; речь заходит, к примеру, о сельскохозяйственной деятельности, рыболовстве, местной торговле и второстепенных видах механизированных работ. В таких отраслях создание большой организации (корпорация) не нужно, и одновременно с этим своеобразные преимущества в виде того либо иного варианта good-will довольно ничтожны и вызывающи большие сомнения. В том месте же, где имеют место большие своеобразные преимущества для того чтобы рода, вполне возможно появляется корпоративная форма организации.

Кроме этого довольно часто видятся случаи, в то время, когда корпорация сначала появляется в зрелой форме, а не образуется на базе ранее существовавшей личной компании. В том месте, где это происходит, в большинстве случаев, зарождение корпорации связано с определенной совокупностью нематериальных благ, на базе которой строятся капитализация. Это возможно франшиза в варианте ЖД, телеграфной, телефонной, трамвайной, водопроводной компании либо компании, поставляющей газ; это возможно контроль над своеобразными источниками сырья, как при нефтегазовой, соляной, угольной, железорудной компании либо компании по производству пиломатериалов; это возможно своеобразный производственный процесс, защищенный патентом либо коммерческой тайной; либо это смогут

быть сходу пара из перечисленных вариантов совместно. В то время, когда корпорация начинает функционировать, не имея в собственном распоряжении характерных неосязаемых преимуществ, упрочнения ее дирекции с самого начало направлены на разработку базы good-will : торговые марки, торговые связи и постоянная клиентура, снабжающие корпорации что-то наподобие монопольною положения местного либо широкого масштаба1. В случае если управление корпорации не добьется успеха в деле обеспечения устойчивого положения на таковой “неосязаемой” земле, шансы на успех в конкуренции с другими корпорациями очень вызывающи большие сомнения, статус данной корпорации непрочен, а ее управляющие не осуществят то, для чего они ее создавали, потому, что как раз неосязаемые активы образуют прочный фундамент промышленной корпорации.

Преобладающий тип современной промышленной корпорации — это концерн большого размера, дабы стать чем-то громадным, нежели легко предприятием местного значения, и ее торговые связи выходят за рамки личных контактов управления. ее долги и Собственность корпорации, по крайней мере частично, кроме этого находятся в общем владении лиц, не имеющих ярких личных связей с правлением корпорации. В современной корпорации обычная структура капитала выглядит следующим образом: обычные акции покрывают в неотёсанном приближении невещественную собственность предприятия, за исключением обстановки, в то время, когда эта собственность воображает громадную сокровище, а ее размер непропорционально велик; при довольно малый корпорации местного значения обычные акции значительно чаще покрывают больше, чем цена невещественной собственности, и образуют что-то наподобие фонда главных производственных средств; при больших фирм, наверное, правильно обратное, так что невещественная собственность, т.е. неосязаемые активы, призвана являться основой как обычных акций, так и в известной мере вторых видов ценных бумаг. В обычной ситуации обычные акции воображают неосязаемые активы и вменяются респектабельным торговым маркам, патентам, производственным процессам, франшизам и т.п. Объекты вещественной собственности, осязаемые активы, покрываются при-

вилегированными акциями либо облигациями акционерной компании. Разные виды облигаций воображают оборотный капитал и физическое оборудование (последний примерно соответствует таким экономическим категориям, как сырье, фонд заработной платы и т.п.). Из этих долговых обязательств привилегированные акции являются самая характерной изюминкой современного развития. Де-юре они считаются составным элементом капитала концерна, и их главная сумма не подлежит возмещению; в таком формально-правовом нюансе

они не являются свидетельством долга либо кредитным инструментом1. Но эти акции играются малого роль в ориентирах рабочий стратегии предприятия2. На практике администрация предприятия опирается в основном на владение обычными акциями. Частично это обусловлено тем событием, что привилегированные акции имеют фиксированную норму барыша и исходя из этого их покупают разрозненные клиенты в качестве инвестиционных ценных бумаг в значительно большем количестве если сравнивать с обычными акциями. В таком практическом нюансе привилегированная акция равнозначна долговому обязательству. Ее практический темперамент как долгового обязательства проявляется в фиксированной норме барыша, а в том месте, где она “кумулятивна”, такая черта — это еще один ход, свидетельствующий о ее подобии простому классу долговых обязательств. В действительности с позиций практических последствий привилегированная акция в некоторых отношениях есть более определенным кредитным инструментом, чем простая закладная, потому что отделяет контроль от имущества, которое она воображает более действенно, чем обычная облигация либо ссуда под закладную, потому, что фактически привилегированная акция возможно долгом, что по своим особенным условиям не может быть взят, так что в соответствии с этими условиями она может передавать предоставление кредита от держателя корпорации эмитенту бессрочно. По сути речь заходит о передаче им дискреционного контроля над материальным имуществом, которое

привилегированная акция, как полагают, предоставляет в руки держателей обычных акций концерна. Дискреционное управление капиталом корпорации при таковой схеме столь же действенно, как и применение кредитных инструментов, инвестированных в обычные акции, призванные воображать неосязаемые активы корпорации. Право распоряжаться всем капиталом по собственному усмотрению заложено в полезных бумагах, воображающих неосязаемые активы. В этом смысле, повторяем, ядром капитализации современной корпорации являются невещественные блага, покрываемые обычными акциями1.

Тем самым этот метод капитализации порождает окончательное разграничение между управлением средствами производства и правом собственности на них. Грубо говоря, в условиях корпоративной организации собственники объектов, задействованных в производстве, лишены права голоса в делах, которые связаны с их применением, а в том месте, где привилегированные акции образуют значимую составляющую капитала, для того чтобы рода отчуждение собственников от управления может оказаться в значительной степени необратимым. На практике привилегированные акции являются средством передачи ими собственности в бессрочное распоряжение на базе доверия держателям обыкно-

веных акций, и с определенными оговорками эти доверенные лица не несут перед доверителями ответственности за управление данной собственностью. Сообщение собственников с принадлежащим им имуществом в данном нюансе есть очень ограниченной. направляться добавить, что применительно к главным целям бизнеса положение капитала, покрываемого вторыми формами долговых обязательств, во многом такое же, как и капитала покрываемого привилегированными акциями1.

-Полезные бумаги различного характера, каковые воображают капитал корпорации, котируются на бирже и подвержены колебаниям рыночной конъюнктуры; и не редкость так, что настоящая неспециализированная величина капитала корпорации колеблется вместе с неспециализированным настроем рынка в связи с маневрами предпринимателей, которым делегировано управление компаниями, а также в связи со случайными видами и сезонными колебаниями на мир либо войну. Соответственно размер капитала конкретного предприятия либо деловых кругов как единого целого изменяется в значительной степени независимо от технологических условий в индустрии, как это уже отмечалось выше при рассмотрении ссудного кредита1. Рыночные колебания количества капитала обусловлены колебаниями доверия со стороны инвесторов, их веры в ожидаемую стратегию либо тактику предпринимателей, управляющих фирмами, сезонных прогнозов, тактики политических альянсов, и неясных, во многом инстинктивных сдвигов в настрое-

ниях и опасениях общества. Так, в наше время величина капитала делового предприятия и ее постоянные Трансформации во многом являются скорее следствием массовой психологии, чем объективной действительностью.

Но при таком неизвестном и непостоянном соотношении между капиталом делового предприятия и массой средств производства одну либо две позиции можно считать в известной мере надежными. Потому, что кредитные инструменты, участвующие в современной капитализации, смогут употребляться в качестве залога при последующем предоставлении кредита, как это уже отмечалось в главе, посвященной ссудному кредиту1, находящийся сейчас в распоряжении предприятия разрешенный к выпуску совокупный акционерный капитал в большинстве случаев значительно превышает совокупную цена материального имущества предприятия2; последняя же, со своей стороны, выше, чем была бы при отсутствии кредитного финансирования, базу которого снабжает капитал корпорации3.

Благодаря германским авторам экономисты приобщились к таким терминам, как “кредитная экономика”, “финансовое хозяйство (Geldwirtschaft) и “натуральное хозяйство” (Naturawirtschaft), так что схему экономической судьбе в Новейшее время возможно охарактеризовать как “кредитную экономику”. Темперамент более ранней схемы экономической судьбе возможно трактовать как “финансовое хозяйство” в противовес натуральному хозяйству, т.е. обмен натурой, которое на протяжении развития западноевропейской культуры предшествовало финансовой экономике, характеризующейся повсеместным обращением к рынку как каналу сбыта продукции и источнику предложения товаров. Рынок товаров, около которого были сосредоточены промышленности и интересы бизнеса на заре отечественного времени, есть основной чертой финансовой экономики как отмечалось выше, к данной индустриальной совокупности адаптируются современные теории политической экономии.

Кредитная экономика, т.е. схема экономической судьбе настоящего и недавнего прошлого времени, одержала верх над финансовой экономикой, в случае если делать выводы по главным показателям их отличий. Очевидно, товарный рынок в полном измерении так же, как и прежде остается столь же замечательным экономическим причиной, как и прежде, но он уже больше не есть господствующим сегментом торговли и бизнеса промышленными товарами, как и прежние времена. В этом отношении первостепенную роль играется рынок долговременного ссудного капитала, что стал самая характерной чертой современной экономики и отождествляется с большим уровнем “кредитной экономики” как такой. В таковой кредитной экономике стало привычным обращение к рынку как каналу, по которому поступают финансовые накопления, и источнику предложения капитала1.

При ветхом режиме торговля носила темперамент купли-продажи товаров; основной своеобразной чертой нового режима есть торговля капиталом кроме торговли товарами. На рынке капитала, как и на товарном рынке, действуют опытные торговцы, и продавцы и покупатели, иногда прибегающие к рынку с целью распродажи и пополнения собственных

запасов, продавцы и эти покупатели удовлетворяют собственные запросы при помощи благ, каковые предлагает им рынок. При любом варианте опытной торговой деятельности темперамент целей, каковые преследуют вовлеченные в нее агенты, по сути однообразен. Рвения занятых торговым бизнесом лиц брать для того, дабы реализовывать, и реализовывать для того, дабы брать, направлены на извлечение финансового дохода при помощи благоприятного для них расхождения между ценой, которую они платят, и той, которую они приобретают; но в случае если сказать о тех, кто обращается к рынку с целью удовлетворения собственных запросов, то цели тут неодинаковы. Конечный клиент благ получает их для потребления, в то время как конечный участник переговоров на рынке капитала берёт для будущей прибыли; по сути, он берёт, дабы реализовать с пользой. Польза, которую он ожидает, обязана показаться из доходов от капитала, по поводу которого он ведет переговоры. Его конечной целью в данной трансакции есть превращение сокровищ, по поводу которых он ведет переговоры, в большую величину финансовых сокровищ независимо от того, производственный процесс либо что-либо подобное может вклиниться между конечной целью и начальной стадией его операций1.

Тем самым сокровище любого данного вида капитала реализует его потенциальный доход, либо, на языке математики, сокровище капитала есть функцией его потенциального дохода2,

а не его начальной стоимости либо его механической эффективности. Только раздельно и через посредничество потенциального дохода эти последние факторы ощутимо воздействуют на сокровище капитала. Со своей стороны данный потенциальный доход от капитала зависит не столько от механической эффективности сокровищ, являющихся предметами купли-продажи на рынке капитала, сколько от напряженности на товарном рынке. Обращаясь к выражению, уже использовавшемуся в подобной связи, возможно заявить, что потенциальная доходность капитала имеет отношение в первую очередь к вопросу о его эффективности в смысле продаваемости и лишь во вторую очередь к эффективности в смысле его производительного применения. Но потенциальная доходность, создающая землю для оценки имеющего спрос капитала либо для рыночной капитализации ценных бумаг реализовываемых и покупаемых, — это не прошедшая либо текущая потенциальная доходность, а предполагаемая будущая потенциальная доходность; так что колебания на рынке капитала, т.е. изменчивость рыночной капитализации ценных бумаг, рационально меняют мнимые будущие события. В отдельном случае прогноз возможно более либо менее предусмотрительным, но неизменно базой рыночной котировки ценных бумаг являются расчеты на будущее, а не оперирование данными, почерпнутыми из прошлого.

Целый капитал, представленный на рынке, подлежит нескончаемому процессу переоценки и оценки, т.е. повторной капитализации и капитализации на базе предполагаемого потенциального дохода, что есть более либо менее неосязаемым. Но самые иллюзорными и неосязаемыми элементами этого процесса, очевидно, являются те, каковые представлены капитализированными неосязаемыми активами, потому, что последние сначала и до конца остаются неосязаемыми благами. Этот фактор, который связан с неосязаемыми элементами капитала, есть обстоятельством мгновенного сокращения потенциального дохода, и как раз этим причиной обусловлены широкие и свободные колебания рыночной конъюнктуры. Колебания капитализированной цене пригодных для продажи неосязаемых активов самый масштабны и импульсивны, что наглядно демонстрирует котировка обычных акций.

Так, на рынке капитала товаром, являющимся предметом торговли, помогает предполагаемый капитализирован-

ный потенциальный доход от собственности, покрываемой покупаемыми и реализовываемыми ценными бумагами. Эта собственность частично осязаема, частично неосязаема, причем между ними двумя категориями редко возможно совершить четкое разграничение. Стандартизация, выраженная в финансовых единицах, придает этим предметам купли-продажи соответствующую торговым параметрам форму, наряду с этим они дробятся на эргономичные в обращении акции, каковые очень значительно способствуют торговле. Потенциальный доход, на базе которого осуществляется рыночная капитализация и что выступает конечной целью торговли капиталом, есть в действительности только гипотетическим доходом. Из этого следует, что такая гипотетическая потенциальная доходность с данного совокупного капитала в той форме, в какой он представляется внешним инвесторам, может значительно отличаться от фактической потенциальной доходности с капитала, размер которого известен менеджерам предприятия; и в полной мере быть может, что эти менеджеры заинтересованы в происхождении для того чтобы расхождения между гипотетической и фактической потенциальной доходностью1. В то время, когда, к примеру, гипотетическая потенциальная доходность капитала, покрываемого серией ценных бумаг, что отражено их биржевой котировкой, значительно превышает то, что менеджеры вычисляют настоящей потенциальной доходностью, такое расхождение разрешает извлечь пользу методом продажи еще не оплаченных ценных бумаг предприятия либо еще не выкупленных ценных бумаг без покрытия; причем в обратной обстановке менеджеры предпочитают брать акции. Гипотетическая потенциальная доходность складывается как совокупный итог разнообразных догадок многих лиц по поводу перспективной выручки и т.п.; эти догадки смогут быть различными у различных лиц, потому, что опираются на неполную, во многом вызывающую большие сомнения данные об имеющихся на сегодня источниках потенциального дохода и на еще менее идеальное знание будущего состояния товарного рынка и страте-

гии корпораций. Следовательно, частота распродаж ценных бумаг связана как с прогнозами непосвящённых и разными оценками лиц, так и с тем событием, что информация, которой владеют эти последние, не сходится с тайной информацией лиц, владеющих ею в силу собственного служебного положения. В следствии определенный “кусок” капитала, воображающий, к примеру, контрольный пакет акций данного промышленного предприятия, может на практике, как это в большинстве случаев имеет место, значительно чаще переходить от одних собственников к вторым, нежели промышленное предприятие в условиях ветхого режима, перед тем как он растворится в капитале второй акционерной компании1.

Из этого следует, что при таких событиях начальники промышленного предприятия, акции которого котируются на бирже, в полной мере смогут индуцировать расхождение между гипотетическим и фактическим потенциальным доходом, прибегая к прекрасно известным средствам, оправдывающим данную цель. Частичная информация, как и дезинформация, разумно предаваемая гласности в критической обстановке, окажет достаточное влияние на создание временного расхождения подобного рода и так предоставит менеджерам возможность брать либо реализовывать акции предприятия в целях собственной пользы. В случае если это достаточно проницательные предприниматели, каковыми они, в большинстве случаев, являются, они будут стремиться руководить делами предприятия, ориентируясь на удачную куплю-продажу его капитала, а не на будущее процветание либо на удачный сбыт товаров либо одолжений, создаваемых при помощи применения этого капитала в производственных целях.

Другими словами интересы управления современной корпорации необязательно должны совпадать с долгосрочными заинтересованностями самой корпорации как функционирующего предприятия; не совпадают они и с заинтересованностью общества в целом в действенном управлении корпорацией как производственным предприятием. В интересах общества предприятие должно управляться так, дабы поставлять качественный и максимальный комплект услуг и товаров; интерес же корпорации как функционирующего предприятия пребывает в том,

дабы ею руководили с целью сохранения ее эффективности и сбыта для того чтобы количества продукции, что возможно в долговременной возможности реализовать по самым удачным стоимостям; но и менеджеры, и собственники заинтересованы в таком управлении предприятием, которое разрешило бы им скупать либо реализовывать его акции как возможно стремительнее и с максимальной пользой. Интересы общества в целом требуют эксплуатационной надёжности и производственной эффективности продукции; одновременно с этим деловые интересы предприятия как такового требуют товарности продукции; со своей стороны интерес тех, кто владеет последним словом в управлении корпорациями, требует товарности капитала корпорации. Общество в целом заинтересовано в том, дабы материальные издержки, сопряженные с выпуском продукции, оправдывались высокой эксплуатационной надежностью последней; интересы корпорации требуют благоприятной для нее финансовой отличия между доходами и расходами, и между продажной ценой и издержками производства продукции, выраженной в финансовых единицах; а правление корпорации заинтересовано в том, дабы имело место благоприятное с позиций купли-продажи расхождение между фактической и гипотетической потенциальной доходностью капитала корпорации.

В одной из прошлых глав отмечалось неизбежное расхождение, а часто и контраст между производственными деловыми нуждами и запросами общества корпорации. При ветхом режиме “финансовой экономики”, в то время, когда преобладали партнерство и право частной собственности на предприятия, дискреционное управление производственными процессами осуществляли лица, заинтересованность которых в промышленной деятельности отдалена на одну ступень от заинтересованностей всего общества. Но при более полном развитии “кредитной экономики”, с пригодным для продажи акционерном капиталом1,

интересы лиц, пользующихся свободой действий в делах индустрии, отдалены на одну ступень от заинтересованностей фирм, которыми они руководят, и на две ступени от заинтересованностей всего общества.

Деловые интересы менеджеров требуют не эксплуатационной надежности продукции а также не ее товарного вида, а удачного расхождения, лежащего в базе рыночной оценки капитала, которым они руководят. Готовый к продаже акционерный капитал корпорации в значительной степени отчуждает интересы менеджеров от заинтересованностей управляемой ими корпорации, которой они навязывают деловую стратегию, и в следствии их упрочнения сосредоточены на расхождениях между фактическим и гипотетическим потенциальным доходом, а не на долгосрочной эффективности предприятия. Их сообщение с предприятием по сути эфемерна; она может скоро и незаметно прерваться, коль не так долго осталось ждать их личное благосостояние потребует для того чтобы разрыва. Аналогичных примеров очень много, в особенности в управлении железными дорогами, где таковой разрыв между частными и деловыми интересами предприятия заинтересованностями менеджеров в течение определенного времени ведет к очень необычному формированию событий, которое не имело возможности бы иметь места, если бы интересы корпорации преобладали над заинтересованностями ее управления. Любопытно, что значительно чаще мы сталкиваемся с поразительными примерами для того чтобы преследующего индивидуальные цели управления корпорацией как раз в ЖД деле, где средства и методы управления финансами современной корпорации достигли большой степени совершенства. В полной мере возможно предположение, что при беспристрастном взоре на сущность дела окажется, что финансы корпорации более надежны, в то время, когда они сосредоточены в полезных бумагах промышленных компаний. Вправду, сферу обращения таких ценных бумаг ни в коси мере нельзя считать лишенной примеров, сопоставимых с более зрелыми и предусмотрительными денежными операциями в ЖД бизнесе1.

-Заинтересованность управляющих промышленными корпорациями в операциях на фондовой бирже очень широка и многогранна. Она не сводится к прибыльной купле-продаже собственности, которая, быть может, и без того уже находится в их распоряжении. Также менеджеры заинтересованы кроме этого в осуществлении разнообразных мероприятий, призванных создавать либо, напротив, подрывать объединение либо реструкуризацию фирм, и в этих целях они возлагают на себя “манипулирование” ценными бумагами, стремясь создавать куплю- продажу так, дабы иметь возможность осуществлять контроль их курс1. Следовательно, правилом данного сегмента биржевой торговли есть умение маскироваться, иногда создавая видимость оплошности, дабы обезопасить собственный трезвый расчет. При таком управлении направленность промышленной деятельности в значительной степени, если не всецело, связана с созданием правдоподобной видимости процветания либо ударов судьбы — в зависимости от обстановки. В этих условиях целью тех, кто осуществляет контроль положение дел, есть сохранение хорошей мины при нехорошей игре. Запросы стремящегося к личному обогащению промышленного магната, отличающиеся от потребностей контролируемой им корпорации, иногда смогут оптимальнее удовлетворяться при помощи кажущегося, в противном случае и фактического плохого управления производством. Убедительные проявления спада либо провала понизят гипотетическую потенциальную доходность и тем самым откроют удобные возможности для приобретения акционерного капитала компании в ожидании худущего подъема либо в целях стратегического контроля. Кроме создания образа нехорошего управления существуют другие, прекрасно узнаваемые специалистам, разнообразные средства, при-

05 Человеческий капитал современной организации


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: