Улучшенные теории коммунизма и капитализма

Источник: Журавлев, С. Улучшенные теории капитализма и коммунизма / С. Журавлев // Специалист. – 2009. – № 40.

Как мы знаем, экономика — это по преимуществу наука о том, как трудятся рынки. Либо, в случае если совсем конкретно, отвечающая на вопрос, откуда берутся рыночные стоимости и из-за чего то стоит дороже, а это дешевле. Действительно, в том месте имеется и такая область, как макроэкономика, которая пробует разобраться, из-за чего в работе экономического организма появляются сбои и как должны надрыночные университеты — центральный банк и правительство, дабы эти сбои не допустить либо хотя бы амортизировать. Но то скорее не теория, а комплект точек зрения, подкрепленных в лучшем случае несложными арифметическими формулами, в которых константами считается то, что ими на деле не есть, а зависимости восстанавливаются по значениям, в принципе известным только в одной точке. В макроэкономике все больше рулит эмпирика и эконометрика, а не теории. По данной причине ни Маркс, ни Кейнс, вероятнее, ни при каких обстоятельствах не привлекли бы внимание Нобелевского комитета, если бы премия шведского риксбанка памяти посмертного мецената и выдающегося изобретателя существовала во времена, в то время, когда они корпели над собственными трактатами, взорвавшими потом умы адептов.

Что касается настоящей экономики, той, которая претендует быть больше похожей на анатомию, нежели на медицину (правильнее — знахарство), то тут имеется как минимум две обстоятельства, из-за чего не считая теории ценообразования ее должно занимать еще что-то. Во-первых, рынки, на которых формируются эти цены, существуют не в вакууме, а поддерживаются определенными, в той либо другой мере выполняемыми, правилами, договорами и понятиями, иными словами — рыночными университетами. Они появляются и становятся неотъемлемым элементом хозяйственного механизма столь же конечно, как и сами рынки, и наглядный пример генезиса университетов мы имели возможность замечать у себя в 1990-е, с правоприменителями в кожаных куртках и с маленькими стрижками. Во-вторых, большая и, возможно, кроме того главная часть экономики на деле функционирует вне рынков, а в базирующихся на нерыночных правилах коллективов — компаний, прочих учреждений и домашних хозяйств. И значит, есть в праве на существование теории, растолковывающие, как эти организации трудятся и из-за чего они по большому счету появляются.

Этой сфере — комитет в собственном ответе обозначил ее как «развитие теории управления экономическими университетами» — лежит главной вклад лауреатов нынешнего года. Это 76-летняя Элинор Остром, доктор политических наук (у нас данный термин закрепился за говорящими головами, растолковывающими по телевизору, за кого нужно голосовать; но вообще-то за пределами России political science — это что-то иное, некоторый отвлечённый курс), и 77-летний Оливер Уильямсон, почетный доктор наук бизнеса, экономики и права Калифорнийского университета в Беркли, достаточно широко известный кроме этого и в отвлечённых кругах в Российской Федерации благодаря переводу во второй половине 90-ых годов XX века его фундаментального труда «Экономические университеты капитализма», и последовательности статей, в том числе и в редактировавшемся им сборнике.

Остром награждена за механизмов правоприменения и исследования правил, регулирующих эксплуатацию ресурсов неспециализированного пользования — тех, каковые хоть и принадлежат всем, но эксплуатируются и потребляются в частном порядке. самый типичным примером таких неспециализированных ресурсов являются, скажем, пастбища либо охотничьи и рыболовецкие угодья, где без регулирования любой будет норовить выловить рыбу всю, сходу и окончательно. Данный тип поведения хозяйствующих субъектов вошел в экономическую теорию как «катастрофа неспециализированного», и, пожалуй, нам, гражданам России, меньше вторых нужно растолковывать, что это такое: грезы о построении общества без эксплуатации человека человеком, основанного на неспециализированной собственности на средства производства, сплошь и рядом разбиваются как раз об эту «катастрофу».

Уильямсон внес предложение теорию, растолковывающую, из-за чего кое-какие операции происходят в компаний, а не посредством рынков. Как заключили в собственном резюме члены Нобелевского комитета, оба ученых существенно расширили отечественное познание нерыночных университетов.

Константин Семин. Коммунизм vs. капитализм


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: