Виды контрактов и механизмы управления трансакциями

Частота сделок Специфичность ресурсов
неспециализированного назначения малоспецифические идиосинкразические
Единичные Хороший (управление при помощи механизма стоимостей) Неоклассический (трехсторонняя структура управления) Неоклассический/отношенческий (двусторонняя структура управления)
Спорадические Хороший (управление при помощи механизма стоимостей) Неоклассический (трехсторонняя структура управления) Неоклассический/отношенческий (двусторонняя структура управления)
Регулярные (постоянные) Хороший (управление при помощи механизма стоимостей) Отношенческий (двусторонняя структура управления) Отношенческий (односторонняя структура управления)

В случае если активы малоспецифические либо идиосинкразические, а частота сделок – единичная либо спорадическая, более действенными выясняются неоклассические договора, снабжающие гибкость сотрудничества и адаптацию к трансформациям среды при сохранении автономности агентов. Но требуется трехсторонняя структура управления, для разрешения распрей нужна третья сторона, в частности арбитражные либо специальные суды.

Неприятность значительно меняется, в то время, когда рассматриваются трансакционно-своеобразные инвестиции, а сотрудничество осуществляется на систематично повторяющейся базе. В таких случаях отношенческий договор более уместен. О. Уильямсон говорит о двух организационных формах: двустороннем управлении и объединенном управлении (либо односторонней структуре управления). Двустороннее управление свидетельствует, что стороны остаются формально независимыми, не смотря на то, что механизм стоимостей дополняется графиками и объёмами поставки, направляться.е. долговременными двусторонними договорами. При одностороннем управлении рыночные трансакции преобразовываются во внутрифирменные, происходит вертикальная интеграция вперед и/либо назад. И в том и другом случае имеет место частный порядок и фундаментальная трансформация улаживания распрей. Заключающие договор ограниченно рациональные стороны обсуждают вопросы и соглашаются на подходящие организационные средства для собственных взаимоотношений.

Догадка пребывает в том, что стороны будут формулировать контрактную конституцию так, дабы минимизировать издержки адаптации к неизменно изменяющимся условиям экономической среды. Цель содержится в том, дабы отыскать действенную конституцию для отношенческого договора, которая предполагает достижение желаемого результата с минимально вероятными неспециализированными трансформационными и трансакционными издержками. По словам О. Уильямсона, нужно организовать трансакции так, дабы сэкономить на ограниченной рациональности и в один момент защититься от оппортунизма. Так, вертикальная интеграция (при помощи поглощения, слияния, создания собственного производства с нуля) рассматривается не только как рвение компании к максимизации экономической прибыли, но и как средство экономии на трансакционных издержках.

В. Голдберг в 1980 г. писал «Модель отношенческого обмена уделяет внимание множеству компаний, довольно часто разглядываемых в стандартной микроэкономике. Она кроме этого предполагает, что во многих контекстах значение вопроса статической оптимальности, с которым экономисты в большинстве случаев имеют дело, было переоценено. Стороны готовься поглотить много очевидной статической неэффективности в преследовании собственных отношенческих целей»15. Основная мысль приведенной цитаты содержится в том, что теория неполных контрактов и отношенческого обмена отвергает любую модель, основанную на статической определенности, и связана с оптимизацией во времени. В аналитическом замысле это изменение плодотворно, но многие экономисты предлагают более совершенно верно сформулировать проблему оптимизации. В то время, когда рассматривается поведение компании, быть может, не хватает заявить, что цель состоит легко в минимизации суммы производственных и трансакционных издержек. Предполагается ли, что эта процедура ведет к максимизации прибыли? Либо, в случае если цель компании состоит не в максимизации прибыли, то тогда в чем? По сути дела, должно быть узнано: имеется ли у компании постоянная, прекрасно определенная целевая функция.

В наше время деловые компании довольно часто имеют сложные структуры и фактически стремятся к разделению дохода и прав контроля в организации среди множества различных людей. Исходя из этого действия компаний при других равных условиях зависят от того, какие конкретно индивиды принимают решения в компании, каковы персональные задачи и планируемые горизонты этих индивидов, как поведение принимающих ответ людей контролируется вторыми заинтересованными сторонами в организации и т.д., и каковы факторы, воздействующие на вознаграждения, предназначенные для разных участников компании. Вправду, внутренняя организация компании воздействует на распределение польз и исходя из этого на личное поведение. При определенных структурах прав собственности проводимая политика может и не быть направленной на минимизацию суммы производственных и трансакционных издержек компании. Более того, в мире с асимметричной информацией, громадной неопределенностью и нередкими экзогенными шоками для предупреждения отклонений от строгой минимизации издержек нельзя полагаться на воздействие идеальной борьбе. Исходя из этого высказывается вывод, что для лучшего понимания факторов, формирующих институциональные соглашения, а также контрактные, нужно обратить внимание на другие нюансы, а не только на атрибуты трансакций и трансакционные издержки. В этом, быть может, будет состоять совершенствование институциональной экономической теории.

Договор со смертью [реж. Д.Х. Астрахан] (1998)


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: