Впрочем, это самый грубый способ самообмана. поговорим о достижениях

Философской и религиозной мысли, не страдающей примитивным редукционизмом

Подобного рода. В случае если покинуть в стороне агностиков, предпочитающих хранить

Ступорозное молчание, и солипсистов, с восхитительной прямотой отрицающих

Каждый мир вне себя, то остается три версии посмертного развития событий

Для личного сознания. Первая из них вселяет в собственных адептов

достаточно необычный оптимизм. Ее возможно назвать версией океанического

сознания. Другими словами, берется что-то, вечно большее, чем человек, и

Наделяется сознательной судьбой — такая жизнь, конечно же, непостижима для

Отечественного мелкого эго, но только красива и вечна.

Расставаясь с неотёсанной и тщедушной оболочкой, сознающая капля, обогащенная

Опытом личностных стремлений и страданий, сливается с безотносительным и

Всемогущим Субъектом в несказанном экстазе. Так, например, мыслит

Объективный идеализм (будь то европейский либо индийский), так мыслят

Пантеисты и христианствующие философы — любой на собственный лад. Они

предполагают в данной трансформации некую высшую жизнь и, Наверное,

Весьма к ней стремятся. Вторая версия является точной копией

Первой. Тут космический Объект играется в кармический хоровод, неизменно

Отторгая от себя энергетические структуры, каковые по заносчивости собственной

Культивируют независимое, изолированное сознание. Будущее для того чтобы

Сознания неисправима и полна страданий. Единственный выход — возвратиться в

Безличный Объект и в том месте насладиться покоем небытия. Думаю, вы легко определили

Описание буддистской Нирваны.

Что же касается третьей версии, то она полностью выдумана и

В намного большей степени относится к религии и мифологии, чем к

Философии. Тут речь заходит о независимом существовании психики в

Намерено отведенном пространстве. Искусственность таковой идеи выражается

уже хотя бы в том, что навеки спасенное сознание не имеет никакого

Смысла в движении и развитии. Эта концепция характерна христианскому

космосу. Атеисты и сейчас обожают подшучивать на тему страшной скуки,

Царящей в раю, где праведники знают лишь одно развлечение — всегда

Прославлять Славу Господню.

В первых двух случаях мы имеем дело с полным растворением центра

Восприятия. В итоге, нам все равно — заменить личное осознание на

Полный Космический Разум либо на Вакуум буддистов. Жизнь сознания,

Которая неизменно имеется поле сотрудничества между объектом и субъектом,

Машинально заканчивается при устранения хотя бы одного элемента

Пары. А также в третьем случае, в то время, когда индивидуальность сохранена, ее жизнь

Больше напоминает условность. Личное сознание может принимать во внимание

Таковым, если оно сохраняет возможность и способность постигать, двигаться

И развиваться. Законсервированная в астральных небесах монада со

Стабильным и монотонным переживанием одного и того же опыта отрицает своим

Существованием все главные атрибуты судьбы, а, значит, вероятна только в

Качестве абстракции — в головах религиозных философов и богословов.

Итак, честность вынуждает нас признать, что все три версии

Окончательной судьбы человека в равной мере неудовлетворительны —

Неудовлетворительны вследствие того что вместо будущего развития подсовывают нам

Тот либо другой метод небытия: в космическом Субъекте, в космическом

Объекте либо в космической банке с формалином. В каждом случае мыслитель

Находит предлог для восхищения. Кроме того материалисты на собственный лад утешаются

Круговоротом веществ: дескать, из могилки вырастут цветочки, в них будут жить

Всякие козявки — и тому подобная сентиментальная чепуха. Идеалисты, в собственную

Очередь, прославляют неистощимые сокровища вселенского Духа (Идеи, Логоса),

Среди которых мы якобы получим величайшее удовлетворение. Действительно, совсем

Неясно, кто, фактически говоря, окажется этим счастливчиком, в случае если

вездесущий и полный Брахман манифестирует себя лишь в отсутствии я

И по определению есть совсем безличным. Буддисты вовсе

оставили без внимания всяческие восхищения, открыто свели все к Пустоте, и

Нам можно только предпологать, из-за чего возвращение к данной Пустоте именуется

просветлением. Нужно думать, что спасение от ограничений и страданий

Эго сулит такое несказанное счастье, что для него возможно пожертвовать

Самим бытием.

Традиция дона Хуана провозглашает собственной целью достижение совсем

особенного состояния. Оно принципиально отличается от йогического самадхи,

от буддистской нирваны и не имеет ничего общего с потусторонней

неподвижностью. Скорее, это новый уровень функционирования существа, не

потерявшего ничего из собственной целостности, не считая неестественных ограничений

тоналя и малоподвижности восприятия. Обращение ни за что не идет о

слиянии субъекта с над-субъектной Действительностью. Центр восприятия

сохраняет собственную автономность и сообщается с внешним всеми вероятными

в мире методами. Таковой уровень деятельности сознания дон-хуановские волшебники

именуют третьим вниманием. Сам выбор слова тут крайне важен, потому что

демонстрирует наличие принимающего, соответственно, и внешнего по отношению к

нему поля опыта. Утверждение судьбы как направленности вовне лишний раз

обосновывает необыкновенную реалистичность дон-хуановского знания, его

естественное недоверие к идеальностям любого рода, его отказ разрывать

мир и опыт на области узкие и неотёсанные, посюсторонние и

потусторонние. Для дона Хуана жизнь вне взаимоотношений, вне реакций и

постижений — ничто, безлюдный звук, философский обман.

И вправду: третье внимание как непостижимая грань полноценного

Реальности и взаимопроникновения субъекта полностью воплощает

самотрансценденцию человека. Быть человеком — значит быть направленным не

на себя, а на что-то иное. Возможно дать согласие, что такая трансценденция

объявляет тут собственную полную манифестацию, потому что субъект касается Объекта —

Действительности, кроме которой нет ничего, что существует — всею собственной природой,

ставшей совсем сознательной. И это единственный метод жить в

Действительности. В. Франкл справедливо отмечает: Авторы, каковые делают вид,

что преодолели дихотомию субъекта и объекта, не сознают, что настоящий

феноменологический анализ найдёт, что нет таковой вещи, как познание вне

поля напряжения, появляющегося между субъектом и объектом. Эти авторы

привыкли сказать о бытии-в-мире. Но дабы верно осознать эту фразу,

необходимо признать, что быть человеком в глубоком смысле — значит быть

вовлеченным, втянутым в обстановку, быть противопоставленным миру,

реальность и объективность которого нисколько не умаляется субъективностью

того бытия, которое находится в мире. (В. Франкл. Что такое суть.)

Однако, мистическое чувство не хочет мириться с подобным

положением дел. Все оккультисты трепетно ожидают невыразимого unio

mystica, прославляют торжество безличного переживания, которое бытийствует

в себе и не обращается более к личному сознанию — и однако,

трансформированная личность (уже не личность, а обнаженная пустота,

потерявшая кроме того личный центр восприятия) как-то соучаствует в игре

равнодушных энергий. Меррел-Вольф в собственной книге прямо заявляет:

субъектно-объектное сознание заканчивается по окончании Освобождения, потому что в

Трансцендентном нет объекта (!). Так, идеалом делается

сознание без объекта (!). Дон Хуан был бы вправе вскрикнуть: кому необходимы

подобные умствования? Лишь неистребимое желание человека получить

убежище, скрыться от страхи смерти, заставляет его так изощренно играться

словами, что смерть оказывается судьбой, а бесчувственность атома в океане

материи — пределом совершенства и духовной гармонии.

Да, дон-хуановские солдаты не опасаются смерти, но вычисляют верхом

людской глупости стремиться к ней как к особой благодати. Солдаты

ищут новую форму судьбы, и они открыли ее достижимость и реальность. Возможно

заявить, что третье внимание — это действительно свободное осознание, т.е.

такое осознание, что способно резонировать со всеми энергопотоками,

окружающими форму существа.

Итак, в соответствии с природой вещей, громадные эманации фиксируют

эманации в кокона. И фокус подлинного осознания пребывает в том, дабы

разрешить фиксирующим эманациям слиться с теми, каковые находятся в

нас. И в случае если нам удастся сделать так, дабы это случилось, мы становимся

такими, каковы мы в конечном итоге — текучими, движущимися, вечными.

(VII, 312)

Пускай вас не запутает выражение слиться. В действительности обращение

идет только о снятии всех преград, ограничивающих энергообмен между громадными

внутренними волокнами и эманациями вселенной кокона. Растворение формы не

происходит. Легко структура делается полностью сознательной и полностью

открытой к Действительности. Возможно, тут уместно сравнение с водоворотом,

в то время, когда субстанция вольно движется, попадая вовнутрь него и уходя вовне. В

отечественном случае центром для того чтобы водоворота может служить точка сборки, где

организуется восприятие. Неуничтожимость водоворота гарантируется

полным осознанием формы, т.е. распространением резонансных процессов

на все волокна кокона:

Третье внимание достигается, в то время, когда свечение осознания преобразовывается в

пламя изнутри — свечение, которое зажигает не по одной полосе за раз, а

в один момент все эманации Орла в кокона человеке (VII, 320)

Задротская Академия — Сюжет Payday (Payday 2) [#6]


Также читать:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: